Элин Хильдебранд – Золотая девочка (страница 73)

Она решает подумать об этом позже. Сейчас надо сосредоточиться на дочери.

Уилла, Карсон и Виви вместе собираются в «Мани Пит». Вивиан приготовила великолепный фруктовый салат (она потрудилась почистить шесть киви, хотя их никто так и не ел), а сразу после пробежки купила в «Борн энд Брэд» лепешки с чеддером.

Ест только Карсон: Уилла слишком нервничает, Виви чересчур волнуется.

Она открывает бутылку винтажной «Вдовы Клико» и делает «мимозы» со свежевыжатым соком. Уилла в комбинезоне, с мокрыми волосами. Карсон подает сестре шиньон с косой (они просмотрели тысячи фотографий в интернете и выбрали этот стиль), а из салона «Дарьи» приходит джентльмен по имени Рэйф, чтобы сделать им макияж. В любую минуту должна объявиться Лори Ричардс, фотограф, чтобы сделать снимки «приготовлений». Но сейчас здесь только Виви и две ее дочери. Они в спальне Вивиан, больше напоминающей общежитие колледжа: матрас и пружинный блок лежат на полу, одежда для бега вываливается из джутовой корзины рядом с комодом, купленным ею в магазине «Возьми или оставь» на городской свалке. Верх комода заставлен свечами, которые Виви зажигает для атмосферы; еще там квитанции, ручки, английские булавки, кисть, полдюжины красных помад и пачка спичек от бара на 21-й Федерал, куда они с Джеем Пи пошли на свое первое свидание. Иными словами, в комнате царит бардак. Виви не может позволить Лори фотографировать здесь – или может? Так много вещей в жизни Вивиан находится в стадии разработки (в конце концов она отремонтирует эту комнату; ей хочется круглую кровать, какой-нибудь классный светильник, стиль бохо-шик), но этот момент будто вырван прямиком из ее снов. Шон Мендес из беспроводной колонки поет «Относись к себе лучше». (Уилла – беззастенчивая поклонница «Топ-40» и всегда ею была).

– Мои прекрасные девочки, – говорит Виви. Она знает, что обе возмутятся, если мать слишком расчувствуется, но как тут можно сдержаться? Ее старшая девочка выходит замуж, младшая дочь – подружка невесты. Кто-нибудь, пожалуйста, расскажите Виви: когда успели пролететь годы? Такое ощущение, что она пять минут назад принесла Уиллу домой из больницы, расплакалась, потому что Люсинда заявила, что «ненавидит» выбранное имя, и Джею Пи пришлось объяснять матери, что они (вернее, Виви) решили назвать ребенка в честь писательницы Уиллы Кэтер. («Первенцев всегда называют в честь родственников, – отрезала Люсинда. – Эта самая Уилла Кэтер нам что, родня?»)

А как насчет кошмара, который довелось пережить Виви, когда Уилла ходила в детский сад на полдня, а Карсон еще лежала в люльке? Потом кошмар номер два, когда девочкам исполнилось шесть и три, а на свет появился Лео. Дочки принялись бороться за оставшееся внимание Виви; обзывали друг друга и таскали за волосы. За просмотром мультиков Уилла бросила пульт и попала Карсон выше глаза (как результат – швы). Сестра не осталась в долгу и укусила Уиллу во время купания, да так, что порвала кожу (Джей Пи пошутил, не проверить ли дочерей на бешенство, а Виви, уже бредившая от недосыпа, рассмеялась).

Виви поднимает свое шампанское, девочки – тоже. Сквозь слезы она видит, что три их бокала стукаются; Шон Мендес передает эстафету Леди Гаге. Виви улучает минутку на поздравления. Она прошла этот путь вместе со своими девочками. Уилла и Карсон всегда любили друг друга. И сегодня поддерживают одна другую.

– За тебя, Уилли, – говорит Карсон.

Уилла улыбается. Она выглядит прекрасной как никогда: без прически, без макияжа, без шелкового платья цвета слоновой кости, которое висит на задней дверце шкафа Виви, – потому что буквально светится изнутри. Пылает любовью.

Флористка превзошла саму себя: повсюду розовые розы, розовые лилии и плющ. Подружки невесты – в розовом, друзья жениха – в темно-синих блейзерах, брюках оттенка пыльной розы и розовых же галстуках-бабочках. Струнный квартет играет «Канон Пахельбеля» в тональности ре мажор. Как мать невесты Виви – последняя, кого проводят на место перед началом процессии. Она идет под руку с Заком Бриджманом. Деннис, в своих чересчур тесных серых брюках, следует за ней, держась на шаг позади. Зак усаживает Виви и Денниса на скамью вместе с Эми, которую приводят прямо перед Тинк Бонэм. Любовница Джея Пи делает вид, что поглощена программкой.

Когда входят подружки невесты, Виви улыбается им и подмигивает Карсон, но и она сама, и все остальные в церкви ждут встречи с Уиллой.

Раздаются первые звуки «Соло для трубы» Джереми Кларка. Все встают, и Виви поворачивается. Уилла и Джей Пи появляются в проходе; по всей церкви проносится вздох восхищения.

Виви мельком смотрит на Рипа и видит, что его глаза блестят от слез. Он выглядит именно так, как должен: как будто в мире нет другой такой женщины, как Уилла. «Никогда не было, – с уверенностью думает Виви, – и никогда не будет».

После церемонии Уилла и Рип забираются в запряженную лошадьми повозку, которая отвезет их в клуб «Весло и поле». Все гости расходятся, кроме Люсинды и Пенни Роузен, их повезут Джей Пи и Эми.

Деннис занят болтовней с Джо Де Сантисом, поэтому Виви берет за руку Саванну. Вивиан гуляла по улицам города тысячи раз, но сегодня день свадьбы ее дочери, так что все кажется особенным.

– Пока все хорошо, – говорит Саванна. – Все ведут себя цивилизованно. – Она имеет в виду Эми и намекает на Денниса.

– Конечно, – отвечает Виви. – Мы все взрослые люди.

Она говорит немного увереннее, чем чувствует себя. Церемония была легкой частью, а вот по поводу приема у Виви есть сомнения. Она возмущена тем, что Джей Пи настоял на том, чтобы провести свадьбу дочери в клубе, который не принял Вивиан после развода. Муж и Эми будут выглядеть главными, хотя счет на самом деле оплачивает Виви.

«На широкую ногу», – напоминает она себе. Она предпочитает жить на широкую ногу! «Весло и поле» организует красивые свадьбы. Виви сама там вышла замуж.

Семья и гости фотографируются на лужайке. Виви одета в шелковое платье-комбинацию персикового цвета, которое может показаться слишком сексуальным для пятидесятилетней матери невесты, но оно далеко не так привлекает внимание, как наряд Эми. Та в аметистовом платье-колонне с вырезом, который доходит почти до пупка и обнажает непозволительное количество тела. Эми, кажется, сожалеет о своем выборе; она дергает и поправляет наряд, неловко улыбается, затем дергает и поправляет его еще немного. В конце концов она исчезает, а когда возвращается, декольте неуклюже заколото английской булавкой.

Коктейли и закуски. Виви мысленно делает снимки: вот Саванна, наклонившись вперед, выпивает устрицу из раковины, чтобы не капнуть на платье; вот Лео, Круз, Марисса и Джезмин позируют для фото, в то время как Питер Бриджман утаскивает со стола «морской бриз» своей матери и тайком делает глоток; вот Тинк Бонэм смеется с Горди и Амелией Хэстингс и говорит: «Держу пари, месяца не пройдет, как Уилла будет на сносях!»

Обед. Ребрышки и картофель «Дюшес» подаются с тремя стеблями белой спаржи и карамелизированной брюссельской капустой; тарелка украшена цветами настурции. Виви пробует блюдо: оно острое. Подготовка этой свадьбы отняла год и стоит… да, много. Виви выходит из-за обеденного стола, чтобы пообщаться с людьми и заглянуть в бар. К ужину подают только вино, а ей хочется текилы, особенно «Каса Драгонес». В клубе такой нет, поэтому Виви утром припрятала бутылку.

Едва она успевает глотнуть, как кто-то присоединяется к ней в баре: Зак Бриджман.

– «Мейкерс Марк» со льдом, пожалуйста, – говорит он бармену. – О, Виви. Во-первых, свадьба шикарная. Спасибо.

– Пожалуйста.

– Во-вторых, хотел посоветовать вам книгу. Вы читали «Хамнета» Мэгги О’Фаррелл?

– Как раз собиралась! У меня для вас тоже есть предложение. – Виви делает глоток текилы и – а-а-а – сразу чувствует себя лучше. – «Морская жена» Эмити Гейдж. Рассказ идет с разных точек зрения, от лица жены и из дневниковых записей мужа…

Их прерывает Памела, которая выглядит немного сурово в концептуальном черном платье с асимметричным вырезом и подолом. Откровенно говоря, такое впечатление, что ее наряд обкорнал ножницами воспитанник детского сада.

– Пытаешься увести моего мужика? – спрашивает Памела. – Лучше последи за своим.

– Стой, что? – Виви заглядывает в бальный зал и видит Денниса, стоящего с поднятым бокалом. Он произносит тост. Виви плохо слышно, но его дикие движения руками настораживают. Она видит, как Горди Хэстингс, сидящий за столиком Люсинды, опускает голову и хмуро смотрит на салфетку на коленях. Горди Хэстингс, как знает Виви, ответственен за то, что ей не позволили вернуться в клуб после развода.

Вероятно, теперь он поздравляет себя с принятием верного решения.

«Деннис, сядь!» – думает Виви. Она спешит вверх по черной лестнице, в тайную уборную на втором этаже. Виви велела Деннису просто расслабиться и повеселиться. Какой смысл пытаться перещеголять Джея Пи в плане выполнения отцовских обязанностей? С чего он вообще решил, будто произносить тост хоть сколько-нибудь уместно? И ведь подождал, пока Виви отошла от стола. Вряд ли это может быть случайностью.

Виви чувствует, что у нее наворачиваются слезы, и пытается успокоиться: сегодня день Уиллы, а не ее, и дочь, возможно, тронул тост Денниса, кто знает? Виви берет салфетку из коробки у раковины, осторожно вытирает уголки глаз – макияж! – и тут, открыв дверь одной из кабинок, выходит Марисса. На ней белое кружевное платье, которое смутно напоминает свадебное.