Элиан Тарс – Возвращение в Сумрак [СИ] (страница 46)

— О, тоже слышали про капитана-алти? Поговаривают, он взял караван шёлка!

— А ещё разграбил чью-то шахту! Зверский пират!

— А я, наоборот, слышал, что он забрал у пиратов добро!

— Ты в это веришь?

— А ты нет⁈ Круто, если появится такой капитан. Хоть встряхнётся болото!

— А то тебе тряски не хватает. И вообще, он алти! Какое ему мореходство!

Генри Смитт шёл с невозмутимым выражением лица, хотя в душе он ликовал. Слухи разносятся. И это отлично.

В отдельном зале его уже ждали. Роскошная женщина с длинными волнистыми волосами, собранными в хвост, ловкими движениями ножа и вилки разделывала перепёлку. Одета она была, как и обычно, в красный флотский китель, туго перетягивающий объёмную грудь.

— Пришёл? Садись. Я заказала, — она указала на место за столом напротив себя.

Смитт знал, что капитан Морган не любит, когда ей мешают. В том числе, когда прерывают её трапезу. Потому был настроен вести разговор после еды. Хотя ему самому не терпелось начать.

Однако едва официанты начали выставлять перед Смиттом блюда, Оливия Морган с грохотом швырнула приборы на стол.

Официанта, как ветром сдуло, а женщина-капитан вперилась в губернатора взглядом:

— Это правда⁈

— Что именно? — так и не прикоснувшись к еде, спросил Смитт.

— Не придуривайся, губернатор. Правда, что на твоём острове вовсю кутит Лаграндж с командой? Правда ли, что они сами на каждом углу трубят, что их трюмы полны лунной пыли и титановым шёлком?

— Правда, — сдержанно ответил Генри Смитт. — Как и то, что многие утверждают, будто бы капитан Лаграндж самый удалой из капитанов.

Губернатор внимательно наблюдал за реакцией собеседницы, но та неожиданно спокойно хмыкнула, и взяв бокал с белым вином, сделала глоток.

— Ну а ты? Стало быть, не смог добыть титановый шёлк? Так чего пришёл?

Смитт сжал кулаки, сдержаться было трудно. Он плавно выдохнул, чем вызвал смешок Оливии Морган.

— Увы, мой корабль потерпел кораблекрушение, — нарочито спокойно проговорил он. — Мне едва удалось спастись. Меня и других выживших взял к себе на борт капитан Лаграндж. Он же и доставил меня домой. И продал часть титанового шёлка, который я привёз тебе в обмен на свободу сына.

Лишь на секунду губернатор Смитт смог увидеть удивление в глаза собеседницы. А затем ему показалось, что она воодушевилась, но пытается это скрыть.

— Стало быть, у тебя хорошие отношения с Лагранджем? — изображая безразличие и покачивая бокал с вином, спросила она.

— Вряд ли так можно сказать, — хмыкнул Смитт. — Этот Лаграндж тот ещё самоуверенный тип.

Губернатор с силой ударил кулаком по столу, выплёскивая прошлые чувства.

Оливия заливисто рассмеялась.

— Вижу, он в самом деле тебя достал. Он что, не захотел тебе продать весь шёлк?

— Представь себе! И говорит, мол, слишком жирно сбывать такую ценную добычу на одном лишь острове. Представляешь! Губернатор для него маловат! Говорит, если и продавать всё в одни руки, то минимум Вице-Премьеру. Что тогда… Может быть, шёлк разделят справедливо. Правда, после этого он добавил, что вряд ли даже Вице-Премьер сможет убедить его продать ему всё в одни руки.

Генри Смитт тяжело вздохнул и пригубил вина. Искоса он бросил взгляд на Оливию. Та, казалось, была на седьмом небе от счастья.

— Я отдам тебе шёлк, который у меня есть, — быстро произнёс Смитт, поставив бокал. — Но ты обещала вернуть мне сына!

— А ты обещал лично добыть весь шёлк с того каравана, — невозмутимо парировала женщина.

— Я сделал всё, что мог!

— Но этого недостаточно!

— Но…

— Но! — перебила она его громко и, подняв указательный палец, хищно улыбнулась. — Я могу закрыть глаза на некоторые нюансы. Организуй мне встречу с этим Лагранджем. Где-нибудь в тихой бухте. Скажи, что Вице-Премьер заинтересован в его шёлке и готов дать очень хорошую цену. Ты должен сделать всё, чтобы Лаграндж явился. И тогда… — её глаза сверкнули. — И тогда я верну тебе сына. С почестями, живого и здорового. А ещё сделаю так, чтобы Джекман больше не докучал ни тебе, ни твоей семье. Поверь мне, я смогу убедить нашего Вице-Премьера. Ну? По рукам? — она протянула через стол свою хрупкую на вид ладошку.

Несколько секунд поколебавшись, Генри Смитт ответил на рукопожатие женщины, едва не сломавшей ему кисть.

— Ну что, дружище? Тоже не терпится узнать, что нас ждёт? — с улыбкой спросил я, повернувшись к Джу. Я сидел за столом в своей каюте, а вот карликовый баран, который, за время, проведённое вместе со мной, вырос вдвое, сидел на столе.

Своей тушей он занимал почти всё свободное пространство. Шкатулка-сундук, добытая нами у погибшего титосийского капитана, и набор инструментов да ингредиентов, едва помещались рядом с кудрявым барашком.

— Ми! — решительно выкрикнул он, тряхнув витыми рогами, а затем во все глаза уставился на шкатулку-сундук.

Питомец весь в хозяина — сгорает от нетерпения узнать что-то новое. И ведь мы долго ждали этого момент! Тогда на острове я хоть и сказал Починкко, что сам смогу открыть этот артефактный замок, на деле… Ну да, я мог открыть его ещё в первый день. Однако пока сохранялась вероятность повредить содержимое — не рисковал. Благо торопило нас лишь моё любопытство. Так что пришлось терпеть до Шервиля, где я мог приобрести недостающие ингредиенты. А их там не оказалось в наличии… Но повезло — подвезли ровно в тот день, когда мы отплывали.

И теперь дело сделано.

Осталось открыть крышку.

— Я открываю, — сказал я барашку.

Тот злобно на меня зыркнул и начал яростно чесать рог копытом с характерным звуком:

— Джу! Джу!

— Хватит! Хватит! — закричал я. — Стол трясётся!

Барашек гневно выдохнул, так что у него затряслись ноздри и с вызовом уставился на меня.

Как на новые ворота! Хах!

Я молча кивнул и поднял крышку шкатулки.

— Да уж… — удивлённо пробормотал я, глядя на небольшие артефакты разной формы. Одни были круглые, другие в виде капелек или клыков.

— Ми-и-и… — задумчиво протянул баран.

— Что «ми-и-и»? — передразнил я. — Ты как будто понимаешь, что это?

Он уставился на меня своими умными глазами, ожидая пояснения. Я вздохнул и произнёс:

— Артефакты для сражения с морскими охотниками.

Сунув руку в сундук, я достал ближайший кругляш, повертел его, отложил в сторону и потянулся к белому клыку с узорами.

Вид артефактов отличается разительно, а вот функции — не очень. Разве что мощность да заряд разные. Но суть… Суть проста. Активируя артефакт, ты можешь на секунду-другую вызвать ступор у морского охотника. Грубо говоря, он замрёт во время атаки. Ну или немного иной эффект — пробежит мимо, развернётся или упадёт под ноги другому монстру. Звучит сильно? Возможно. Но время действия слишком ограничено. Более того, активация длится дольше, чем действуют подобные артефакты.

Лично я считаю, что быстрее выхватить пистоль-кулеврину и нажать спусковой крючок, чем пытаться хотя бы на секунду подчинить чудище.

И все же, будь у меня материалы, я бы наделал несколько подобных артефактов. Чисто на всякий случай. Однако в их основе лежит мозг морского шелкопряда, которого найти сложнее, чем новое месторождение лунной пыли.

В общем, овчинка выделки не стоит.

Но кто-то собрал целый сундук таких артефактов. Двенадцать штук. Очень много и… вероятно, дорого. Некоторые артефакты выглядят как новые, но другие будто выкуплены из частных коллекций.

— Скажи мне, милый друг, — я повернулся к Джу. — Зачем кому-то столько бесполезных артефактов контроля? И в самом ли дели заказчик — адмирал де Кастанеда — папашка моего старого знакомого Мистера Пёсика?

— Ми-и-и-и… — вновь дал развёрнутый ответ барашек.

— И то, что на наших с тобой глазах лунный алти заставил бешеную фугу себя сожрать — совпадение? А до этого заставил малого левиафана взорваться?

Вместо ответа Джу смешно хлопнул глазёнками.

Я же в очередной раз взглянул на выложенные на столе артефакты.

Ничего странного в них нет! Контуры обычные. Не могут они дать полный контроль над морскими охотниками.