Элиан Тарс – Среди лучших (страница 50)
Мышцы, кости и даже внутренние органы поднывали после поединка с Арвином. Но тем не менее состояние мое было далеко от критического. Я стал крепче, сильнее, а во время боя в основном использовал облако альтеры, которая бьет по организму не так мощно, как концентрация альтеры в теле.
И все же я решил наплевать на просмотр второго полуфинала и полежать в холодной ванне. Ну а что? Восстановление важнее, чем узнать исход боя, который на девяносто девять процентов известен мне заранее. Я видел предыдущие поединки Шереметева и знаю, чего от него ждать. Вряд ли его соперница по полуфиналу заставит парня выложить все свои козыри. Не настолько она сильна.
Потому, отбросив мысли о предстоящем поединке, я расслабился.
Жизнь прекрасна!
Княжич Новочеркасский все-таки оказался Арвином. Помню, когда в одном из боев противник княжича создал меч изо льда, княжич тут же создал меч из камня. И… его движения мне показались очень знакомыми. До этого момента Арвин не пользовался мечом на турнирных боях, но когда ему бросил вызов мечник – не смог этот вызов проигнорировать.
Однако подойти и поговорить с ним открыто было слишком рискованно – в конце концов, княжич Новочеркасский мог оказаться и не Арвином. При этом, если он действительно Арвин – значит, мы в любом случае встретились бы друг с другом в одном из турнирных боев.
Так и вышло.
Во время первых секунд боя все окончательно стало ясно.
Эх… Интересно, как давно Арвин в этом мире? До приема поговорить нам не удастся. Да и для окружающих наш разговор сразу после боя может выглядеть подозрительно. Мы, конечно, вдвоем показали зрителям прекрасный и захватывающий бой, в котором разве что совсем уж безумный параноик может заподозрить постановку, но все же… даже на приеме нужно быть предельно осторожными.
Форкх меня дери, а бой получился знатный! Как в старые добрые времена. Мы ведь сегодня сражались за победу! И пусть оба понимали, что с мечом из атрибута живы Арвину меня не победить, мы не забывали – в бою может произойти любая неожиданность. В наших спаррингах такое иногда случалось.
Да, мы провели много совместных тренировочных боев. Но ни одного официального. Различные турниры частенько проводились на родине или на дружественных планетах, однако мы с Арвином никогда не участвовали в одном турнире вместе. Либо он, либо я. Мериться силой друг с другом мы предпочитали без посторонних глаз. Даже Первым Мечом Империи Арвин стал потому, что я не претендовал на это. Иначе Арвин просто не стал бы участвовать. А как мечник он меня превосходит на три головы…
Вспоминая былые деньки и думая о деньках грядущих, я и задремал в ванне.
А проснулся от размеренного стука в дверь.
– Кто там?
– Это Тихон, Аскольд Игоревич. Вам принесли кушанья, блюда подобраны по настоянию ее светлости младшей княжны Выборгской.
Софьи? Мило с ее стороны. И забавно, что местный слуга подчеркнул, кто именно составлял заказ. Мол, если вам не понравится – мы здесь ни при чем.
– Благодарю, – отозвался я, решив побыстрее закончить с водными процедурами.
Что ж, плюс сто очков Софье Троекуровой. Отличный выбор блюда для того, кто только что выкладывался в поединке. Суп как основа, на случай если я сильно устал и не смогу сразу переварить твердую пищу. Хлеб с перекрученным вареным мясом как дополнение, на случай, если устал, но не очень сильно.
И чай, похожий на тот, что мы пили в «Райских кущах».
Перекусив, я завалился на кровать. Вновь задремал и на сей раз проснулся от приглушенных разговоров за стеной.
Группа поддержки дала мне час на отдых, а затем все же решили меня проведать.
Когда я вышел в гостиную, получил огромную порцию теплых поздравлений.
– Как вы себя чувствуете, Аскольд Игоревич? – учтиво поинтересовалась Софья. – Готовы к финальному бою?
– С Шереметевым? – уточнил я.
– Да, Петр Петрович, как и ожидалось, без труда победил в полуфинале, – кивнула Царица лицея.
– Готов, – проговорил я и подумал, что чуда не произошло.
В гостиной моего блока молчаливой статуей стояла одна из местных служанок. Девушка, как я понимаю, выполняла сразу две функции: прямую – была готова в случае необходимости прислуживать гостям, и скрытую – присматривала за нами. Например, чтобы среди гостей не оказалось целительницы или кто-нибудь не пронес целительские артефакты. Это против правил. По задумке организаторов турнира, если в один день у участника несколько боев, он должен уметь правильно рассчитать свои силы. А не использовать стороннюю помощь для восстановления.
С родными и друзьями мы просидели двенадцать минут. Я чувствовал тепло и поддержку, исходящие от каждого из них. Даже от Юлии, которая в последние дни стала еще более молчаливой, чем обычно.
А затем мы всей честной компанией отправились на трибуны. Пропускать бой Арвина за третье место мне не хотелось.
От коридора, в котором находился мой блок, к отведенным для нас местам на трибунах вела отдельная лестница, так что ни с кем из зрителей я не столкнулся. Когда я занял место на диване рядом с братьями и тетей, то отметил, что появление моей персоны не осталось незамеченным. На меня были обращены взгляды знакомых и незнакомых аристократов. Кое-кто из них мне улыбался и кивал. Некоторые даже поднимали бокалы с вином – мол, пьют в мою честь. Но кое-кто раздраженно отворачивался.
В перерывах между поединками на арене проходили костюмированные представления с песнями, плясками и гонками медведей на велосипедах – как-никак сегодня праздник.
Но, наконец, посторонние покинули арену, и на нее вышел судья.
– Дамы и господа! – объявил он в микрофон. – Сегодня вам выпала удача лицезреть бои лучших из лучших! Бои тех, кто победами во многих поединках доказал свое право сражаться на главной арене империи в последний день турнира и праздник зимнего солнцестояния. Совсем скоро мы узнаем имя победителя турнира! Ну а пока мы готовы начать бой за третье место!
Трибуны поддержали его слова громкими аплодисментами. Судья представил первого бойца, когда на арену вышла девушка, совсем недавно проигравшая в полуфинале Шереметеву. На огромном экране по ее движениям было отчетливо видно, что она устала. Однако пылающий взгляд выдавал огромное желание победить.
А вот Арвин выглядел бодрячком. Он улыбался, приветствуя трибуны.
– Его сиятельство на удивление хорошо держится, – услышал я с соседнего диванчика голос Юли.
– Даже и не скажешь, что он сегодня сражался с Аскольдом, – поддержала разговор Яна. – Достойный кандидат.
– Кандидат? На что? – спросила у сестры Алиса.
– На победу в утешительном финале, разумеется, – мгновенно ответила Яна.
Спустя две минуты на трибунах воцарилась тишина.
– Как-то даже жалко ее, – глядя на поверженную девушку, лежащую без чувств в центре арены, тихо проговорила Алиса.
– Не нужно жалеть воина, который по собственной воле вышел на бой, – заметила Софья. – Стоит похвалить ее за то, что так далеко продвинулась в турнирной сетке.
– И все же отчасти я согласна с утверждением, что лучше проиграть в полуфинале и выиграть утешительный финал, чем выиграть в полуфинале и проиграть финал, – ответила Алиса.
Тем временем на арене Арвин отбил воинское приветствие поверженному противнику, а затем, подняв вверх кулак, повернулся к трибунам.
– Смотрите, ведет себя так, будто турнир выиграл, – не отводя взгляда от огромного экрана, произнесла Юля. – Уверен в себе, держится достойно и гордо. Похвальное самообладание и чувство собственного достоинства.
– Я уверена, Юлия Евгеньевна: тот, кто выиграет этот турнир, будет держаться еще достойнее, – чуть холоднее, чем следовало, сказала Софья Антоновна.
Спустя полторы минуты за мной пришел Тихон.
– Аскольд, – тихо проговорила тетя, взяв меня за руку, – я… не хочу, чтобы ты пострадал. Но я понимаю, насколько для тебя важна эта победа. Иди и добейся своей цели. А мы будем ждать тебя! И… нам не важен результат. Но очень хочется, чтобы ты выиграл.
– Спасибо. – Я приобнял ее за плечи.
– Аск, ты для нас путеводная звезда, знай это, – серьезным тоном проговорил Глеб.
– Так что не это… не померкни! – вставил умное слово Боря.
Кивнув братьям, я повернулся к своим школьным друзьям.
– Талантливый человек талантлив во всем, – улыбнулся Влад. – Раз уж ты обошел Васю в учебе, что, на мой взгляд, было практически нереальным, давай уже и турнир выиграй!
– Поддерживаю, – лаконично сказал Антохин.
– И я, – буркнула Маша Роднина.
– Спасибо, ребята, – отозвался я.
Все присутствующие высказали мне добрые напутствия. Даже великая княгиня Тверская произнесла пару слов.
– Эта арена покорится «Алой Мудрости»? – тихо спросила Софья.
Я улыбнулся, вспомнив, что сказал ей в день открытия третьего этапа турнира.
– Конечно, Софья Антоновна. В этом году. Я ведь всегда выполняю свои обещания.
А еще через шестнадцать минут я, надев абсолютно новый комплект традиционного боевого костюма, шел по коридору подтрибунного помещения.
Наконец этот день настал! Он уже принес мне огромную радость – весть о том, что Арвин не сгинул в Аномалии, а переродился так же, как и я с Архуном. Но радостные события на этом не закончатся, я уверен.
– Дамы и господа! Первый участник финального поединка всеимперского бойцовского турнира – чемпион Юго-Востока Москвы и главное открытие турнира этого года – Аскольд Игоревич Сидоров!