Элиан Тарс – Паства (страница 42)

— Думаю, он тоже был рад с тобой повидаться, — улыбнулся я. — Все будет хорошо. Ты главное верь в нас и не высовывайся из воды, даже если бои будут проходить на самом берегу, хорошо?

— Дого-о-оворились, — кивнул сидящий на дне земноводный.

— А это вклад в наше дальнейшее сотрудничество, — я огляделся по сторонам, убедившись, что мою руку никто не видит. Материализовал небольшой камешек и, разжав пальцы, спустил его в воду.

— Хо-о-орошо, — протянул он, наблюдая, как я набираю в кувшин сегодняшнюю порцию «Хранителя Сути».

Когда я шел от Озера, ко мне присоединилась Уна. Девушка в двух словах рассказала о прибывших с бароном солдатах: всего сто семьдесят человек, минимальный уровень — пятидесятый, и все они Последователи Рюгуса.

— А разве может быть иначе? — удивился я. — Ведь идет открытая война между Рюгусом и другими Богами, так?

— Так, — кивнула Уна, — Но это не значит, что все в одночасье начали нападать на рядовых Последователей Великого, даже если они и бароны. Пока Великий несколько дней назад не решил сделать Гоца Адептом, тот и знать не знал о расколе между Богами. Разве что слухи мог ловить. Но теперь барон — Адепт, а значит и носитель воли Великого. Теперь и он участвует в нашей, скажем так, религиозной войне. И первым его шагом было объявить в своем замке, что остаться могут лишь те, кто поклоняется Великому. Их и так было большинство, а после заявления барона иноверцев и вовсе не осталось — те из них, кто не примкнул к Великому, покинули Шельт.

А раз среди наших союзников только Последователи Бога Контроля, то в их рядах проблемы с целителями. Когда барон участвовал лишь в светских войнах, он мог держать, к примеру, десяток Последователей Хиллиссы и столько же Последователей Гурь-Шуя. Теперь же нет. А среди заклинаний Рюгуса, которыми он одаривает своих бойцов, нет тех, что могут восстанавливать здоровье.

Но Бог Контроля не носил бы столь пафосный титул, если б играл по правилам и действовал только прямолинейно. У Уны (как у Отблеска) и всех остальных его Адептов, достигших сотого уровня, есть заклинания позволяющее подчинять себе чужие способности. Звучит, конечно, угрожающе. Я пытался выведать особенности этого умения (на всякий случай, вдруг потребуются контрмеры), но волшебница юлила, как змея на раскаленной сковороде. Так что стопроцентного ответа не получил, но путем наблюдений и размышлений пришел к умозаключению — один человек может одновременно держать в арсенале только одну чужеродную способность.

Именно поэтому Уна умеет исцелять.

И именно поэтому направляется в мой дом подальше от чужих глаз. Я решил пожертвовать ей половину сегодняшнего запаса «Хранителя Сути». Пусть с его помощью создаст зелье-копию хиллерского умения. Даже если на Последователях Старика оно не сработает и будет давать обратный эффект, продлить жизнь союзникам необходимо.

— Смотри-ка! Получилось! — восторженно проговорила волшебница, разглядывая кувшин со своим творением. — Слушай, по-союзнически, сколько ты хочешь за литр этой воды? — в Отблеске Бога Контроля проснулась деловая хватка.

— Давай вернемся к этому разговору после, — проговорил я, создав зелье «Простого Спокойствия Тьмы» в другом кувшине.

— Хорошо, — выдохнула она, и устало плюхнулась на стул. — Перекусить не желаешь?

— Давай, — согласился я.

Я достал из инвентаря приготовленные женой Шона пирожки и разлил по кружкам вино. Сначала обсудили кой-какие детали предстоящей битвы, а потом Уна задала вопрос, который, честно говоря, я ждал от нее еще вчера.

— Скажи, — непринужденно произнесла волшебница, — а что произошло на кладбище, а?

— Раз уж ты спрашиваешь, — спокойно ответил я, — значит в курсе, что все надгробья разрушены, — я замолчал на пару секунд, но все же потом добавил: — А вместе с ними моя и твоя точка воскрешения.

— Верно, — кивнула она и, прищурившись, впилась в меня подозрительным взглядом. — Кто это сделал, Дэрк?

По сути Уна лишилась одной из точек воскрешения из-за меня. Неизвестный Бог-вандал, не зная, какое именно надгробие наделено моей энергией посмертия, разрушил все, чтоб наверняка. Однако в глазах Отблеска Рюгуса произошедшее вполне может выглядеть иначе: я видел, где она воскресла после нашей стычки с бароном Цунтером, а значит я вполне попадаю под подозрения. Мотивы? Тут у каждого целый сундук тайн, мало ли что и кого могло толкнуть на столь отвратительный шаг.

— Это не я, — твердо произнес я. — Точно какой-то Бог. Но кто именно, нам не известно.

Уна некоторое время буравила меня взглядом, а потом хмыкнула и откинулась на спинку стула:

— Поняла.

Вот так всего одним словом она закончила этот неприятный разговор. Притом, что именно «поняла» девушка, для меня большой вопрос. Спрашивать или просить не вмешиваться — лишь распалять ее любопытство. Пусть Рюгус решает, нужно ли его Отблеску влезать в это дело или нет. Я не против. Буду даже рад, если Уна раскопает какую-нибудь информацию и поделится со мной.

В дверь постучали. Поднявшись, я откинул щеколду и, открыв дверь, увидел на пороге Риру. Так подумал в первые полмгновенья, пока не заметил тяжелый слегка надменный взгляд девушки. Все ясно, ко мне в гости пожаловал Глозейск.

— Заходи, — кивнув, указал вглубь дома.

Бог Знаний приветственно помахал рукой подошедшей Уне и вновь обратился ко мне:

— Спасибо, Отблеск-ган. Откажусь. Мои Последователи скоро будут здесь, нужно убрать лишние глаза от Озера Благодати, если не хочешь сейчас отвечать на неудобные вопросы.

Я поморщился и тяжело вздохнул.

— Эти вопросы все равно возникнут. Даже если свиней в клетках никто не увидит, то хрюканье и, уж тем более, жалобный визг услышат многие. Не говоря уже о том, что повозки Тайона заедут на закрытую зону.

— Ну ты ж умный, Отблеск-ган, найдешь, что людям сказать, — усмехнулся Глозейск.

— Куда ж я денусь. Пойдем принимать твоих. Забор вокруг Озера достроили, пялиться никто на тебя не будет.

Караван в Ильенте не задержался. Оставив клетки-повозки с двенадцатью здоровенными хрюшками и немного поторговав с людьми барона, Последователи Глозейска засобирались обратно.

— Вот теперь, надеюсь, мы точно в Ленант, — улыбнулся Тайон, протянув мне руку на прощанье. — Удачи, мой дорогой клиент. Искренне надеюсь, что мы еще встретимся.

— И я тоже, — произнес я в ответ.

Все были готовы к бою: мои волчьи всадники, санитары, свободные волки, Адепты Рюгуса и барон со своими людьми. Из лесу вернулись Кейн и Мара, с гордостью продемонстрировавшие нам пятерку гигантских медведий-умертвий, каждый шестидесятого уровня. Мы провели очередное собрание, проверили запасы… нервничали, чего уж скажешь. И, кажется, многие обрадовались тому, что ожидание наконец-то закончилось:

— Идут! — крикнул некромант, в очередной раз подключившийся к одному из своих разведчиков.

— Приготовиться к бою! — тут же закричал барон Гоц.

— За Великого! — поддержала его Уна.

— За Бога Тьмы!!! — в едином порыве взревели крестьяне.

Глава 30. Битва

Карл Цунтер в сопровождении двенадцати высокоуровневых бойцов выехал вперед, оставив основное войско позади, и остановился метрах в двадцати пяти от деревенского забора. Барон громогласно произнес:

— Жители Ильенты и примкнувшие к ним жители Шельта, сдайте нам всех Адептов, находящихся в деревне и выберите себе новых Покровителей! Клянусь честью, если вы это сделаете, мы пощадим ваши жизни!

— Старший Адепт, не ссы, не кинем мы тебя! — горячо зашептал Шон, расположившийся рядом со мной на прибитой к жердям забора горизонтальной доске, представляющей собой отдаленное подобие полатей. На всякий случай староста грозно зыркнул через плечо на остальных селян: и на тех, кто напряженно выглядывал из-за углов домов, и на тех, кто следил за происходящим поверх перевернутых телег.

— Не верьте Цунтеру, — приподняв забрало начищенного шлема, Гоц улыбнулся, обращаясь к Последователям Рюгуса, — он не станет тратить время, чтобы спасти вас и ваши семьи от Тления.

— Во-во! — староста закивал, все еще глядя на своих. — Слушайте, что умный человек говорит! Кроме Адептов Бога Тьмы и этого… как его, — он виновато посмотрел на Гоца, однако тут же вспомнил: — Бога Контроля, до вас нет никому дела!

Я держал себя в руках и внешне выглядел абсолютно спокойным. Возможно, мне это удавалось лишь потому, что я Отблеск. Могу умереть и воскреснуть, могу просто в любой момент перенестись к выбранной точке воскрешения с помощью «Неуловимой Тьмы». А тем, у кого жизнь одна, гораздо сложнее контролировать эмоции. Поэтому до последнего будет оставаться риск получить удар в спину. Да, у рядовых солдат и селян есть разумные причины сражаться на нашей стороне. Вот только оказавшись перед лицом смерти, далеко не все способны сохранить хладнокровие.

— Повторяю! — над ночной Ильентой вновь разнесся голос Цунтера. — Сдайте Адептов, и мы сохраним вам жизнь!

Хорошо, что на «полатях» стоят исключительно лидеры нашего союзнического отряда и только они видят десятки факелов на опушке леса. Моих крестьян могла бы напугать многочисленность врага.

— Могу предложить тебе тоже самое, мой дорогой Карл! — беззлобно ответил Альв Гоц. — Забирай своих друзей, оставь деревню, и мы сохраним тебе жизнь.

Даже издали я видел, как нахмурился барон Леронта. Он материализовал черный массивный шлем и водрузил его на голову.