Эли Макнамара – Магазинчик счастья Кейт и Клары (страница 52)
– Рада слышать. – Анита вешает в подсобке кардиган и сумку. – Просто до меня дошли новости, у тебя вчера были проблемы.
– Проблемы? Да нет, что ты. А кто тебе сказал?
Я решила ничего не говорить Аните про визит Джоула. У меня было не больше желания ссориться с ней, чем с Джеком или с Джулианом.
– Рита из «Веселой русалки» рассказала Дженис из аптеки, и когда я нынче утром зашла за лекарством, она спросила меня, все ли у тебя в порядке.
Я качаю головой. Слухи у нас разлетаются просто с невероятной скоростью!
– Якобы ты пулей вылетела из паба, а Джек погнался за тобой, – говорит Анита, появляясь из подсобки. – Она ведь явно что-то напутала?
– Ну не совсем, – вздыхаю я, – мы действительно немного поспорили, но сейчас со всем разобрались. – Вспоминая вчерашний вечер на холме, я не могу сдержать улыбку.
Мы с Джеком долго-долго любовались закатом – сидели, тесно прижавшись друг к другу, и это сближало нас еще больше. Потом на смену невероятному закату пришло усыпанное звездами небо, которое мы разглядывали с неменьшим единодушным удивлением, пока наконец не похолодало настолько, что нам, увы, пришлось возвращаться в город.
Мы немного поспорили о том, стоит ли провести ночь вместе, но пришли к выводу, что дети могут забеспокоиться, поутру не обнаружив одного из родителей в постели. Или, напротив, с изумлением обнаружить в родительской спальне неожиданного гостя.
Как нам ни было жаль, но мы расстались, условившись встретиться на следующий день.
– Судя по выражению твоего лица, – улыбается Анита, – вы более чем успешно
– Скажем так, наши с Джеком отношения перешли на новый уровень, – сияю улыбкой я.
Анита, к своей чести, удовлетворенно кивает, но от дальнейших расспросов воздерживается.
– Всем доброе утро! – объявляет Себастиан, несколько минут спустя появляясь в магазине. Сегодня у нас большая поставка, и мне нужны оба моих сотрудника, чтобы это не сильно отразилось на работе магазина. – Ну, босс, что у вас стряслось? – с пакостной ухмылкой интересуется Себастиан. – В городе только разговоров, что о вас!
– Только не говори, что ты ходил в аптеку, а Дженис спросила, все ли у меня в порядке, – устало отмахиваюсь я.
– Нет, – с озадаченным видом говорит Себастиан, – я был в кондитерской, и Ант спросил, что у вас с Джеком. Я сказал, что не понимаю, о чем он, а он сказал, что вчера вечером на закате вас видели на холме – вы целовались и обжимались.
Я закатываю глаза.
– Тебе известно, что в городе только и разговоров, что о нас? – чуть позже спрашивает Джек, когда я прихожу к нему с очередной вышивкой. Сейчас они появляются то и дело, а поскольку все вокруг, включая моих родных и друзей, похоже, в курсе, что у нас с Джеком роман, нам не составило труда уединяться под предлогом, что нам надо «побыть вдвоем».
– Да, до меня уже дошли слухи, – говорю я, поднимая мольберт в гостиную. – Судя по всему, вчера вечером нас видели.
– Тебя это напрягает? – интересуется Джек, когда я ставлю стул рядом с ним.
– А что, похоже? – Я обхожу стул и нагибаюсь к Джеку, чтобы его поцеловать. Его реакция на это спонтанное движение столь же пылкая, как и прошлым вечером, он тянет меня к себе на колени.
– Джек, – наконец говорю я, стараясь немного отстраниться, – надо взглянуть на картинки. У нас мало времени.
– У меня есть идея получше, как распорядиться этим временем, – не отпуская меня, шепчет Джек.
– Не хочу, чтобы у нас было
– Этого я обещать не могу, – усмехается Джек, – но я буду очень стараться.
– Итак, картинки! – Я высвобождаюсь из его объятий и принимаюсь совмещать первую пару. – Сегодня у нас два комплекта… Интересно, почему они появились вместе?
– Кто его знает. Возможно, эта серия мыльной оперы пятидесятых годов состоит из двух частей? Я уже перестал задаваться вопросами. Просто воспринимаю как есть.
– Должна признаться, первая меня слегка смущает, – говорю я, усаживаясь рядом с Джеком. – Выглядит мрачновато, да?
– Мне тоже так подумалось. Похоже на церковь. Может, нам покажут свадьбу Клары и Арти?
– Если так, то день явно не задался, – я с подозрением смотрю на стоящую перед нами картину. Джек прав: это точно церковь, но выдержанная в тускло-серых, темно-синих тонах – совсем не так, как принято изображать радостный день свадьбы. На вышивке могильные плиты перед церковью. – Я надеюсь, с ними ничего плохого не случилось.
Джек берет меня за руку, я сдвигаю вышивку на нужное место, и мы с нетерпением ждем очередного путешествия в старый Сент-Феликс.
Клара, Арти и Мэгги стоят на кладбище под пронизывающим ветром и смотрят на свежую могилу. На ней пока нет надгробия, только сырая земля, и это значит, что почивший лежит в ней недавно.
Они все в темном. Арти, вопреки обыкновению, в костюме, Клара и Мэгги в черных строгих платьях. Кроме того, на Кларе маленькая черная шляпка, а длинные волосы Мэгги перехвачены черной лентой.
– Странно, что так мало людей пришло на похороны, – Клара смотрит на могилу. – Только мы трое и еще несколько человек. Это очень грустно.
– Он жил сам по себе, – говорит стоящий возле нее Арти. – Держался от всех особняком. Только он и его картины. Он говорил, что после смерти жены Айрин у него никого не осталось.
– Я все же думала, что больше людей захотят с ним проститься. Это просто вопрос воспитания.
Арти стискивает Кларину руку в перчатке.
– Ты в порядке, Мэгги? – Он обнимает ее за плечи.
Мэгги только кивает. С тех пор как умер Фредди, она как-то притихла. По словам врача, он скончался во сне, а обнаружил его сосед, которому показалось странным, что верхняя створка двери дома закрыта, а Фредди держал ее открытой всегда, лил ли дождь, сияло ли солнце, – чтобы «впустить воздух Сент-Феликса».
– И что теперь будет с его картинами? – спрашивает Мэгги, и это очень хороший вопрос, о котором никто пока не подумал. – А вдруг их выбросят, когда будут освобождать дом? Фредди бы это не понравилось.
– Мэгги, мы позаботимся о том, чтобы этого не случилось, – успокаивает ее Арти. – Давайте завтра сходим и узнаем, какие у домовладельца планы на этот счет.
Мэгги кивает.
– Ну, Мэгги, время прощаться, – мягко говорит Клара. До известия о его смерти она не подозревала, как много этот славный старик значил для Мэгги. Клара и Арти пережили войну, во время которой известия о гибели людей были привычным делом, но для Мэгги смерть и все с ней связанное было новым, очень тягостным опытом.
Мэгги кивает.
– До свидания, дорогой Фредди, – печально говорит она. – Спасибо за прекрасное время, которое мы провели вместе. Я никогда тебя не забуду. – Она кладет на могилу белый цветок.
– Нам всем есть за что поблагодарить Фредди, – Арти снова смотрит на могилу, а затем на Клару. – Если бы не он, возможно, мы с твоей мамой не были бы вместе.
Клара согласно кивает. Она знает, что Арти имеет в виду тот первый раз, когда он свозил Мэгги к Фредди убедиться, что все в порядке. Тогда она поняла, что он желает им только добра, и смягчилась к нему. После этого их отношения крепли день ото дня, и, наконец, несколько месяцев назад она приняла его предложение, и теперь они были обручены.
– Жаль, что он не узнал, – печально говорит Клара.
– Я думаю, Фредди знал гораздо больше, чем считалось. – Мэгги отходит от могилы и берет мать за руку. – Много-много больше.
– Как грустно. – Я отвожу взгляд от изображений, которые снова начинают расплываться.
– Да, но он был стариком, – серьезно говорит Джек, – и прожил хорошую жизнь.
– Думаю, да, но Мэгги была очень близка с ним, и, судя по всему, это ее здорово расстроило… – я замолкаю. – Будем смотреть вторую пару? Цвета немного ярче. Кажется, это домик Фредди.
– Вроде бы да. Хорошо, что мы смотрим их в порядке появления, так не нарушается хронология. Иначе было бы непонятно, что происходит… Я, если на то пошло, с трудом понимаю, что к чему.
– А ты лгунишка, – усмехаюсь я, ставя на мольберт вторую картину. – Тебе же это нравится не меньше, чем мне.
– Мне нравится, что здесь есть ты, – скалится он, берет меня за руку и ждет, пока я совмещу вышивку с полотном в нужном месте. – Вот за что мне действительно нужно благодарить эти картинки.
Я стискиваю его руку.
– Готов? – спрашиваю я, сдвигая лоскут.
– Всегда готов!
Мэгги и Арти идут по направлению к коттеджу Фредди. Они знают, что его уже нет там, и от этого им обоим не по себе.
За последний год Арти не раз сопровождал Мэгги и неплохо узнал Фредди. Он был человеком тихим, мягким и интеллигентным, и Арти не меньше, чем Мэгги, нравилось рисовать рядом с ним и слушать его рассказы о старом Сент-Феликсе. Он подарил старику несколько своих холстов под предлогом того, что больше не использует эти размеры. Фредди был гордым, и Арти понимал, что он не примет ничего, похожего на подачку, поэтому все принесенные «расходники» неизменно сопровождались оговоркой про «ненужное и неиспользуемое». Наверное, Фредди о чем-то догадывался, но принимал подарки радушно и без ненужной суеты.
У домика Фредди они с удивлением обнаруживают, что двери открыты настежь и изнутри слышится перестук молотков, резкие удары и громкие голоса.
– Доброе утро! – Арти неуверенно заглядывает внутрь.
– Здрасьте. Вам чего? – из кухни навстречу им движется мужчина в синем комбинезоне и твидовой кепке.