Эльхан Аскеров – Зигзаги судьбы (страница 52)

– Так, может, будет лучше, если я в имение уеду? – в очередной раз задал Егор важный для себя вопрос. – Ну, сами подумайте, дядюшка. Тут я словно три тополя на Плющихе. Со всех сторон видать. А в имении так просто ко мне и не подступишься. Дома я любого репортера окоротить смогу.

– И что им говорить станешь? – с сомнением поинтересовался дядя.

– А что я могу сказать? – пожал парень плечами. – Пришли, стали вам вызов бросать, ничего толком не объясняя. Я и влез, потому как знаю, что вы с оружием не очень. Все на службе радеете. А там уж вышло, как вышло.

– Выходит, про заговор ничего говорить не станешь? – осторожно уточнил Игнат Иванович.

– За то пусть они у того полковника спрашивают. Я в те дела не допущен, – с ходу ушел Егор в глухой отказ.

– Ладно, подумаю, – отреагировал Игнат Иванович совершенно непонятным образом.

– О чем? – растерялся парень.

– Тут такое дело, Егорка, – помолчав, явно нехотя заговорил дядя. – Его величество мне весьма прозрачно намекнул, что тебе пока лучше тут побыть.

– Государь? Зачем? – окончательно завис Егор. – К чему я ему тут?

– Самому бы знать, – скривился дядя.

– Ничего не понимаю, – проворчал парень, почесывая в затылке. – Ладно. Раз так, я завтра снова по городу кататься поеду. Сил моих боле нет попусту дома сидеть.

– Делай, как сам решишь. Главное, чтобы все тихо было, – быстро кивнул Игнат Иванович.

– Да вроде ни с кем драться не собираюсь, – фыркнул Егор. – А что у вас с Еленой Всеславовной? Складывается? – сменил он на всякий случай тему.

– Трудно сказать. При встрече вроде рада меня видеть, улыбается, а как одни остаемся, так словно сторониться начинает, – смущенно признался дядя.

– Так, может, вам какое-то время не видеться? – осторожно предложил Егор.

– И что тогда будет? – удивился Игнат Иванович.

– Ну, тогда и вы сами, и она сможете для себя решить, хотите ли и далее видеться, – пожал парень плечами, вовремя вспомнив про такой женский прием – удержание на расстоянии. И сломать его можно только вот так. Резко оборвав встречи на время. – Уж вам-то объяснить это будет проще простого. По службе заняты были, – быстро добавил он.

– Знаешь, а может, ты и прав, – задумчиво проворчал Игнат Иванович.

Разговор увял, и чуть позже родичи разошлись по своим комнатам, спать. А утром, едва позавтракав, Егор приказал запрягать и, прихватив с собой дядьку, отправился в город. Побродив по всяким лавкам и магазинам, он набрел на магазин оружейных товаров и тут завис надолго. Перебирая всякое оружие, он выбрал себе охотничье ружье и принялся осматривать нарезное оружие. Внимание парня привлекла винтовка фирмы «Лепаж». Оружие не особо украшенное, но с хорошей механикой, примерно в три дюйма калибром.

Повертев в руках саму винтовку, Егор принялся рассматривать патрон. На первый взгляд, обычная бутылочная гильза с закраиной. Пуля с круглым носом в медной рубашке. Ничего примечательного. Но мысль о том, что эту пулю можно будет сменить на свинцовую с медной опояской, а после просто откреститься от такого боеприпаса, его не покидала. Сделать такую пулю не особо сложно. Главное, это оружие как следует пристрелять. Плюнув на все сложности, Егор купил винтовку и к ней тысячу патронов. Если уж стрелять, так от души.

Выйдя из магазина, парень задумчиво огляделся и, махнув на все рукой, велел Никите везти их к Гостиному двору. В кофейню. Уже в заведении, сделав привычный заказ, Егор с головой погрузился в размышления о возможности избавиться от графа Румянцева. Уж очень ему не понравилась попытка аристократа натравить на него полицию. Этот поступок ясно дал парню понять, что в покое их с дядей не оставят. В общем, появление в кофейне Елены Всеславовны и Натальи он снова благополучно пропустил.

Очнулся, только когда дамы в очередной раз остановились у его столика. Вскочив, Егор почтительно поздоровался и, усадив дам, усилием воли заставил себя вернуться в реальность.

– Егор Матвеевич, а что у Игната Ивановича случилось? Я сегодня получила странное письмо от него, что он будет занят по службе и не сможет к нам заехать, – пригубив чашку с напитком, осторожно поинтересовалась Елена.

– Признаться, толком и не знаю, но суета там какая-то и вправду есть, – туманно отозвался парень, про себя похвалив дядю за оперативность и решительность. – К тому же дядюшка опаску имеет, что не шибко приятен вам.

– С чего бы? – моментально подобралась женщина, словно кошка.

– Ну, об отношениях ваших он мне не сказывал, так что могу только гадать, – пожал парень плечами. – Но как он сам говаривал, не молод, не красавец, да и служба много времени отнимает. А дамы все время к себе внимания требуют. Вот и опасается, что вы вдруг кем помоложе заинтересуетесь, – подлил он масла в огонь.

– Чушь, – фыркнула Елена, гораздо эмоциональнее, чем это было нужно.

– Еще раз повторю, Елена Всеславовна, это только мои догадки. О дамах, мы с ним не говорим. Тут у каждого своя жизнь и свои тайны.

– И у вас? – моментально отреагировала Наталья.

– Так ведь и я живой человек, – хмыкнул Егор в ответ.

– И что, имеете к кому-то сердечный интерес? – ехидно усмехнулась женщина, бросая на дочку выразительный взгляд.

– Нет. Такого интереса не имеется, – едва заметно усмехнулся Егор. – Я в московском обществе белая ворона. Так что родители юных дев стараются держать их от меня подальше.

– Вы это серьезно? – растерялась Елена от такого ответа.

– Совершенно. Похоже, считают, что я могу повести себя как-то неправильно, – презрительно скривился парень. – Впрочем, это только их беда. Мне до того и дела нет.

– А разве вы не собираетесь жениться? – задала женщина прямой вопрос.

– Собираюсь, но не теперь. Рано. Первым делом нужно с самим собой определиться. Решить, что делать дальше и как жить. А после уж можно будет и семью создать.

– Но ведь вы нам вот в этой самой кофейне не так давно говорили совсем обратное. И планы у вас были вполне себе серьезные, – быстро напомнила Елена.

– Слыхали поговорку «хочешь насмешить бога, тогда расскажи ему о своих планах»? Вот я и не хочу господа смешить. А то, что сказывал, так это правда. Но только в общих чертах. Как оно на самом деле будет, посмотрим. Время еще есть.

– Ну, судя по тому, как вы лихо влезаете во всякие дуэли, в этом можно усомниться, – поддела его женщина.

Ответить Егор не успел. В кофейню вошли человек пять мужчин разного возраста и, быстро осмотревшись, направились прямиком к их столику. Обступив его со всех сторон, мужчины дружно уставились на парня. Затем один из них, достав из кармана блокнот, решительно произнес:

– Господин Вяземский, мы хотел бы задать вам несколько вопросов.

– Ну, чего там вам хочется, это только ваши проблемы, – жестко осадил его парень. – В данное время я отдыхаю и имею беседу с дамами, а ваше поведение, господа, переходит все границы приличий. И посему я попрошу вас оставить нас. Я занят, господа, – твердо ответил Егор, окидывая репортеров жестким, злым взглядом.

– Но у читателей имеются вопросы к вам, – с пафосом начал все тот же репортер.

– Это проблемы читателей, – фыркнул Егор. – Никто не обязан удовлетворять чужое любопытство. Как я уже сказал, я занят.

– Господин Вяземский, этого разговора все равно не избежать, – неожиданно вылез еще один писака. – Сюда едут еще с дюжину наших коллег, так что просто уйти или отмолчаться у вас не получится.

– Получится. Я просто попрошу хозяина вызвать полицию, – жестко усмехнулся Егор. – А на улице сяду в свою карету и уеду, не говоря ни слова.

– Но почему вы так жестко настроены против этого разговора. В прошлые разы вы были куда как лояльнее к прессе, – напомнил первый репортер.

– Тогда все было организовано и упорядоченно. Как это принято у воспитанных людей. А сейчас вы устроили просто какой-то бандитский налет. Вон, даже посетители заведения уже стали на вас коситься, – кивнул Егор в сторону мрачно поглядывавших в их сторону отцов семейств. – Люди сидят, разговаривают, отдыхают, а вы встали посреди заведения, словно столбы, да еще и смеете чего-то требовать. Увольте. В подобном положении я разговаривать не стану.

Словно специально, в кофейню начали заходить еще репортеры и тут же направлялись к уже стоящим. В конечном итоге, у стола и вправду собралось человек пятнадцать пишущей братии. Все посетители, оставив свои беседы, дружно уставились на эту картину, явно ожидая чего-то интересного. Егор, делая вид, что его это совершенно не касается, вернулся к питию кофе.

– Хорошо. Если мы извинимся перед вашими спутницами и рассядемся, вы поговорите с нами? – подумав, выдвинул заводила новое условие.

– Вам не просто придется сесть, а еще и сделать заказ. Это кофейня, господа, а не общественный сквер, – ехидно усмехнулся парень. – И ради ваших хотелок никто не станет терпеть убытков.

– Вы правы, – чуть поморщившись, кивнул заводила. – Рассаживаемся, господа. Рассаживаемся. Официант, кофе, – скомандовал он, усаживаясь за соседний столик.

Выждав, когда все репортеры усядутся и получат напиток, Егор глянул на заводилу и выразительно выгнул бровь. Вздохнув, тот поднялся и, снова подойдя к столу, произнес, вежливо поклонившись:

– Сударыни, я от лица всех собравшихся приношу вам свои искренние извинения за нашу несдержанность. Покорнейше прошу простить.