Эльхан Аскеров – Случайный шаг (страница 49)

– Правда? – чуть всхлипнув, тихо спросила Лада.

– Ну конечно. Сама глянь, мы уж сколь бьемся, а на нем ни царапины, – закивал Беломир, разворачиваясь так, чтобы девочка увидела своего названого отца.

– Ладушка, милая, это ж и вправду шутейный бой был, – быстро заговорил кузнец, бросая оружие и разводя руки в стороны, чтобы показать, что и вправду цел.

Вместо ответа девочка развернулась и протянула к нему ручонки. Выхватив у приятеля ребенка, кузнец прижал ее к груди и, ласково поглаживая по голове, принялся тихо шептать что-то успокаивающее.

– Не было печали, – с сожалением вздохнул Беломир, глядя на эту картину. – Теперь еще придется следить, чтобы она таких тренировок не видела.

– Прости, дяденька Беломир, – успокоившись, обернулась к нему Лада. – Я ж и вправду решила, что вы поссорились.

– Род с тобой, маленькая. С чего нам ссориться? – растерялся парень. – Мы с ним друзья.

– В стане все бают, что дяденька Векша однажды тебя до греха доведет или ты его обидишь. Тогда или ты его зарежешь, или он тебя молотом убьет, – вдруг выдала девочка.

– Не слушай их, Ладушка, – отмахнулся Беломир. – То дурни глупые бают. Мы с ним друзья, а что спорим порой, так то не со зла, а потому как нужное в деле ищем. Нет промеж нас обид. И никогда не будет.

– Правда? – с дикой надеждой спросила девочка.

– Слово тебе в том даю, – глядя ей в глаза, твердо пообещал Беломир.

– Благодарствуй, друже, – чуть вздрогнув, тихо произнес Векша. – И тебе слово мое. Что ни случись, для меня ты завсегда другом сердечным будешь. Не слушай никого, Ладушка. Дядька Беломир добрый, хотя вой знатный. Его по умениям давно пора витязем назвать, да только некому тут. А витязи никогда простым людям худого не сделают, – поглаживая девочку по спине, принялся объяснять кузнец.

Кое-как успокоив ребенка, они усадили ее на лавку у крыльца и, переглянувшись, молча собрали оружие. Забрав у Векши поочередно щит и булаву, парень внимательно осмотрел и то и другое и, с довольным видом усмехнувшись, произнес:

– Добрую справу мы тебе сладили, друже. И щит все мои удары выдержал, и булава только оцарапана. Осталось только научить тебя всем этим управляться правильно.

– А надо ли? – задумчиво спросил Векша, выразительно покосившись в сторону девочки.

– Вот ради нее и надо, – решительно подтвердил его приятель. – Я ведь не всегда смогу рядом быть. В поход уйду или уехать куда придется, что тогда?

– Добре. Понял я тебя, друже, – помолчав, мрачно кивнул кузнец и, тряхнув головой, добавил: – Учи, друже. Всему, что сам решишь, учи.

– Вот и сговорились, – с улыбкой хлопнув его по плечу, ответил Беломир, вздохнув с заметным облегчением.

К его огромному удивлению, местные отлично владели саблями и луками, а вот чем-то другим – нет. Да, имелись умельцы, способные орудовать любым оружием, но таких можно было по пальцам пересчитать. Почему так сложилось, он не понимал. Впрочем, и самого парня универсалом назвать было нельзя, но за время общения с реконструкторами ему довелось подержать в руках самые разные виды холодного оружия, и с каждым из них он пытался найти общий язык, выучив пару-тройку приемов.

Именно это и делало его настоящим воином в глазах местных. Ведь как ни крути, а из всех своих стычек с местными он умудрился выйти победителем. Да, спасали отличная реакция и владение приемами рукопашного боя. А главное, он отучился бояться. Умение задавить свой страх появилось в армии, когда над головой свистели пули, а попадание в плен могло закончиться смертью под пытками. Так что здесь он выходил на бой спокойным и сосредоточенным.

Зимний торг устраивался приблизительно к христианскому Рождеству. Во всяком случае, по прикидкам Беломира, выходило именно так. Они с Векшей выехали из столицы в составе пары десятков казаков, также собравшихся расторговаться имевшимися товарами. Впрочем, ничего особенного там не было. Немного зерна, репа, домашняя утварь, сделанная умельцами, кожи, в общем, все то, что можно найти в любом большом селе, где имеются свои ремесленники. К слову сказать, даже в больших селах подобных умельцев не всегда можно было найти.

Только приятели везли в кошеле серебряные и золотые цепочки, которые Беломир накрутил, а Векша отлил по технологии парня. Украшения эти были дороги, и потому казаки, даже зная об их существовании, и не думали спрашивать цену. Понимали, что такие изделия им не по карману. Сам же парень не раз в разговорах пробрасывал мысль, что ежели кому из станичников захочется порадовать кого из своих женщин, то он готов помочь. Что называется, из материала заказчика. За работу и вовсе можно было не платить.

Но к его удивлению, на такие расходы пошел только Родомил, заказав тонкую цепочку для дочери, которую собирался отдавать замуж. Сделав ему колье из пяти цепочек разной длины, Беломир честно вернул казаку весь оставшийся металл, прямо заявив, что его можно использовать еще раз. Удивленно хмыкнув, казак от души поблагодарил парня и отправился радовать дочку. На этом вся деятельность Беломира на ювелирном поприще в станице и закончилось.

Так что оставалось только дожидаться торга. Дорога до самого торжища прошла спокойно, хотя казаки и готовы были в любой момент отбить нападение или сойтись с любым противником врукопашную. Разбив бивак на самом краю торгового поля, бойцы обиходили коней и принялись устраиваться на ночлег. Приехали они к самому началу торга. Приятели, быстро установив что-то вроде шатра, а точнее, натянув на жерди дерюгу и расстелив под ней листы войлока, развели костерок и, усевшись на седла, принялись ждать, когда вскипит вода для чая.

Векша к этому напитку относился равнодушно, а вот Беломир предпочитал именно его. Сказывалась прежняя привычка. Не торопясь, подбрасывая в костер собранные в степи шары перекати-поля, Векша задумчиво смотрел на пляшущие язычки пламени, думая о чем-то своем. Беломир же, бросая на него удивленные взгляды, старательно прислушивался к происходящему вокруг. Навалившаяся зимняя тьма не позволяла рассмотреть, что происходит за кругом света, отбрасываемого костром, так что приходилось больше полагаться на слух и чуйку. И она не подвела.

В спину парню вдруг дохнуло злостью и какой-то холодной яростью. Так у него уже бывало еще во времена службы. Так что, недолго думая, Беломир скатился с седла и, перекатившись в сторону, вскочил, выхватив из ножен шашку, которая лежала под рукой.

– Ловок, бес, – раздался одобрительный голос и к костру подошел все тот же сотник, рядом с которым оказался еще и княжич.

Сопровождали их четверо воинов в полной боевой экипировке. Едва заметив незваных гостей, Векша подхватил булаву и, угрюмо оглядев незваных гостей, глухо спросил:

– Чего надобно?

– Уймись, коваль. Не к тебе пришли, – отмахнулся сотник, опускаясь на корточки. – И ты присядь, витязь, мы не драться пришли. Дело до тебя имеется.

– Говори, – отозвался парень, опускаясь на седло и кладя шашку на колени.

– Гляжу, вы с татарами торговать готовы, – помол чав, начал сотник.

– И с хазарами тоже. И с горцами, – равнодушно перечислил Беломир.

– А не обидно? Они землю нашу зорят, а вы с ними торговлю ведете, – жестко усмехнулся воин.

– Так и мы в долгу не остаемся. Случается, и мы к ним за зипунами бегаем, – фыркнул парень, не понимая, к чему все это.

– Выходит, там война, а тут торг? – уточнил сотник, кивая куда-то в степь.

– Всегда так было. Иной раз воюем, а иной – торгуем, – пожал парень плечами. – Князья вон со всякими свеями да литвинами постоянно торгуют, а случись оказия, и от войны не побегут. Было уж такое.

– Хватит, сотник, о деле говори, – жестко перебил воина княжич, спесиво скривившись и со злостью поглядывая на Кречета.

– Нашли мы чернеца своего, – бросив через плечо недовольный взгляд, вздохнул сотник.

– Рад за вас, – безразлично усмехнулся Беломир. – Только мне до того что за дело?

– Так убили его, – развел сотник руками. – И не просто убили, а чем-то навроде вот такой булавы, только у которой шипы тупые.

– Это как так? – делано удивился Беломир, недоуменно покосившись на оружие приятеля. – Сколь себя помню, у булавы завсегда шипы острыми делались, чтобы сплошной доспех пробивать.

– То так, – решительно кивнул сотник. – И сказал я – не булавой, а чем-то навроде.

– Ну, может и так, только от меня-то ты чего хочешь? – прямо спросил парень. – Я такого оружия не видел. Тупое оружие – это глупость.

– От тебя я ответа хочу, – сменив позу, ответил сотник. – Он в ваш стан к тебе шел. Вот и ответь, дошел ли?

– Ко мне? – удивленно вскинул брови Беломир. – Это еще зачем?

– За то мне не ведомо. Знаю только, что ему придумщик местный нужен был. А это ты. Так что, был он у тебя?

– Нет, – коротко мотнул парень головой. – Да и как он мог в стан войти, коль Далебор ясно сказал, что чужакам там не рады?

Удивленно хмыкнув, сотник развернулся и вопросительно уставился на своего подопечного. Княжич, приметив этот взгляд, только недовольно дернул плечами, делая вид, что все происходящее его не касается.

– Так зачем я ему нужен был? – повторил Беломир свой вопрос.

– Не ведаю, – снизошел княжич до ответа.

– Ну и хрен с ним, – отмахнулся парень. – Раз не случилось разговора, значит, и не сильно надобно было.

– Язык придержи, святой человек помер, – вдруг вызверился княжич.