Эльхан Аскеров – Случайный шаг (страница 46)

Аккуратно сняв эту систему, парень отложил ее в сторону и, высунувшись из кузни, внимательно осмотрелся. Получить случайного свидетеля ему не хотелось. Хоть и не любят в станице подобных граждан, а поберечься все равно не мешало. Устраивать бойню с пришлыми из-за случайного убийства было нежелательно. Как ни крути, а и тут, и там русские люди. Славяне. Их и без того хватает кому убивать.

Убедившись, что рядом с подворьем кузнеца нет даже вездесущих мальчишек, Беломир ухватил труп за шиворот и, втащив в кузню, вздохнул:

– Придется нам тут дотемна сидеть. После за околицу вынесем и в распадке бросим. Пусть пришлые сами ищут, кто его там пришил.

– К чему пришил? – озадачился Векша.

– В смысле прирезал.

– Так я его не резал. Я его гвоздем.

– Ой, Векша, лучше молчи, – не удержавшись, тихо рассмеялся Беломир. – Силы, как у быка, а в серьезном деле телок телком. Прикрой его пока чем. Мало ли зайдет кто. А как стемнеет, вынесем.

– Ага, сделаю, – кивнув, подхватился кузнец, даже не подумав обидеться «на телка».

Беломир так и не смог разобраться, почему вдруг этот громадный, неимоверной силы мужик безоговорочно принял над собой его главенство. Любое решение парня, практически во всем, кузнец воспринимал как нечто само собой разумеющееся. Откуда это взялось и почему, Кречет так и не смог понять. Но это было, и иногда такое отношение доставляло парню некоторое неудобство.

Подхватив труп, кузнец оттащил его в дальний угол кузни и, прикрыв куском старой рогожи, завалил стопкой старых корзин, в которых хранил уголь. Убедившись, что от двери тело заметить невозможно, Беломир только одобрительно кивнул и, вернувшись к верстаку, растерянно почесал в затылке. Заниматься чем-то после всего случившегося не хотелось. Что называется, мысль ускользнула. Векша, словно почувствовав его настроение, встал рядом и, рассматривая рисунок на пергаменте, тихо спросил:

– Рассказывать кому станешь?

– К чему? – удивился Беломир.

– Ну так, хоть и ворон, а все одно живой человек был. Выходит, неправедное я дело свершил, – чуть дрогнувшим голосом произнес кузнец.

– Уймись, друже. Вышло, как вышло. А другим знать за то не надобно. И без того весь стан взбаламутили. Не нужно лишней крови лить. А без драки тут не обойдется. Нет, не нужно за то никому знать. Раз уж так сложилось, пусть это промеж нас останется. И еще. Ничего ты дурного не сделал, – свернул парень тему. – Если уж ты от одного вида такой рясы от злости себя не помнишь, выходит, есть тому причина серьезная. Так что забудь. Вот унесем его отсюда и забудем.

– Благодарствуй, Беломир. Век не забуду, – еле слышно произнес кузнец.

– Не на чем, – коротко кивнул парень. – Давай лучше о станках подумаем.

– А чего тут думать? – удивился кузнец. – Винт такой я тебе за седмицу спроворю. А вот как ты станешь им дерево выгибать, тебе думать.

– Бочка старая нужна, – задумчиво протянул парень. – Бочку ведь изначально выгнутой делают. Выходит, взять старые доски с нее и из них круг гнутый сделать. А после уж на нем выгибать и станем.

– Есть у меня бочка. Погоди, – помолчав, вдруг подхватился кузнец. Выскочив из кузни, он куда-то умчался. А минут через пять, пыхтя и тихо ругаясь, втащил в помещение старую, но еще целую бочку примерно в метр высотой и диаметром сантиметров семьдесят.

– Такая пойдет? – грохнув ее на пол, спросил Векша, отдуваясь.

– Что у тебя в ней? – удивленно уточнил Беломир. Зная его силу, такая реакция на перенос не самой большой тары была ему непонятна.

– Да я тут камни для гнета хранил, – отмахнулся Векша.

– А теперь ты их куда? – не понял парень.

– А вон, в углу ссыплю, и пусть лежат. Надо будет, отмою, – отмахнулся Векша.

– А прежде не ссыпать было? Нет, упирался, полный тащил, – рассмеялся Беломир.

– Да не подумал как-то, – снова смутился кузнец.

– Вываливай, – махнул парень рукой, продолжая смеяться.

Принесенная бочка и вправду подходила им по всем параметрам. Оставалось только правильно ее переделать. К тому же она давно уже успела рассохнуться, так что жалеть тару никто не собирался. Сбив деревянные обручи, приятели разложили бочку на составные части и, очистив верстак, принялись выкладывать примерное расположение досок. Рисунки и мысли – это интересно, а вот наглядно посмотреть, как оно получится, было важнее.

Убедившись, что идея рабочая и все должно получиться, они тут же взялись за обработку досок, попутно обсуждая, как будет лучше сделать опоры для краев, чтобы винтом не разломать всю конструкцию. К тому моменту, когда на улице совсем стемнело, нужная форма была почти готова. Бросив взгляд в небольшое окошко кузни, Беломир отложил стамеску и, кивая в угол, где лежало тело, тихо скомандовал:

– Я сейчас гляну, чтобы на улице не было никого, и, как знак подам, выноси его. Только в крови не измажься.

– В рогоже и понесу, – быстро нашелся Векша.

– Добре. Жди, – кивнул парень, выскальзывая из кузни.

Выскочив на улицу, он быстро пробежался до самого ее конца и, убедившись, что праздношатающихся не имеется, вернулся обратно. Заглянув в кузню, жестом позвал Векшу за собой и снова выскочил за плетень. Кузнец вышел за ним, держа убитого в руках, словно девчонку. Легко и как-то даже небрежно. Впрочем, при его силе это было не удивительно. Перешагнув тын, Векша вопросительно уставился на приятеля.

Указав ему нужное направление, Беломир двинулся в сторону околицы, благо до нее от кузни было рукой подать. Кузница в любом поселении – это источник повышенной пожарной опасности, так что и подворье кузнеца, и сама кузня стояли немного на отшибе. Практически на самом краю поселения. Да еще и рядом с берегом ручья. Первой мыслью Беломира было сбросить труп в него, но подумав, парень решил этого не делать.

Не хотелось пачкать мертвечиной воду, которую станичники пили и которой поливали свои огороды. Выбравшись за пределы станицы, приятели быстрым шагом направились к старому распадку, что находился примерно в версте от поселения. Ничего нужного станичникам там не было, так что обнаружить труп там могли только случайно.

Добравшись почти до середины этого недооврага, они приметили подходящий кустарник, и Беломир ткнул в него пальцем и тихо скомандовал:

– Сунь эту падаль туда и не забудь рогожу с гвоздем забрать.

– Зачем? – не понял кузнец.

– Рогожу в горне спалишь, а гвоздь от крови ототри и в первую же плавку отправь.

– Ага, завтра и перекую, – кивнул Векша, направляясь в указанную сторону.

Сунув труп в самые заросли, он вернулся обратно, деловито сворачивая испачканную кровью тряпку и оттирая ею же гвоздь. Все тем же быстрым шагом вернувшись обратно, приятели прихватили лучины и принялись осматривать полы и порог кузни на предмет пятен крови. К огромному удивлению Беломира, нашлось ее всего несколько небольших пятен. Как так получилось, он не понимал, но факт имел место быть.

Наконец пришло время разобрать найденное на трупе. Развязав один кисет, парень заглянул в него и, усмехнувшись, поддел приятеля:

– Да ты, друже, теперь богач. Глянь, с каким добром к тебе ворон залетал, – с этими словами он высыпал на ладонь десяток восточных золотых монет и увесистый брусок серебра. Здесь это называлось гривной.

– И вправду богач, – буркнул Векша, поворошив пальцем монеты.

– А вот это уже не смешно, – зло усмехнулся Беломир, вынимая из другого кисета несколько стеклянных фиалов с какой-то маслянистой жидкостью.

– Зелье, – с ходу заявил кузнец, бросив на них один только взгляд. – Извести кого-то приходил. У них в чести такое.

– Может, и так, – задумчиво кивнул Беломир, пряча фиалы обратно.

От дела их отвлек вызов старейшины, как решил про себя называть Беломир Далебора. Так ему было проще. Вбежавший мальчишка с порога протараторил, что их обоих желают видеть на околице, и, не дожидаясь ответа, умчался. Удивленно переглянувшись, приятели недоуменно пожали плечами и, убедившись, что вспыхнуть в кузне ничего не может, отправились на околицу. По пути они успели перекинуться мнениями, почему встреча назначена именно там, но уже через четверть часа дружно остановились, словно на стену налетели.

У ворот околицы собралось почти все население станицы. За околицей явно готовилось какое-то действо. В недоумении почесав в затылке, Беломир чуть пожал плечами и, оглядевшись, удивленно проворчал:

– Блин, или я дурак, или лыжи не едут.

– Чего? – тут же отреагировал Векша.

– Странно это все, говорю, – перефразировал парень свое выражение.

– Похоже, карать кого-то станут, – вытянув шею, задумчиво протянул Векша, оглядывая происходящее за околицей с высоты своего роста.

– А нам до того какое дело? – не понял Беломир.

– К Далебору пошли. Он скажет, – напомнил кузнец и решительно двинулся сквозь толпу.

Протолкавшись к старику, приятели вежливо поздоровались и дружно уставились на него с вопросительным выражением на лицах.

– Ага, явились, – многозначительно хмыкнул старейшина. – Тут стойте, сейчас начнут.

– Чего начнут-то? – не удержался Беломир от вопроса.

– Гонец от сотника был, баял, что тех, кто на тебя напал, сегодня пороть станут, – коротко пояснил Далебор.

– А нам-то что с того? – не понял Беломир.

– Так ведь на тебя напали. Тебе в первую голову и смотреть, – пожал старик плечами.

– Да нужны они мне, – фыркнул парень. – Там дел невпроворот, а я тут стану даром время терять?