Эльхан Аскеров – Шатун: Шаг в неизвестность. Казачий князь (страница 102)

Котёл двойного расширения, топить который можно будет тем же мазутом. Благо нефть в бочках им привозили в товарных количествах, и запасы этой смеси у них имелись вполне солидные. К тому же у приятелей скопилось несколько бочек керосина и пара бочек бензина. Эти жидкости получались при выпаривании нефти. Их фракции были более летучими, так что при получении соляра для изготовления мазута приходилось ещё и думать, куда девать бензин, который тут называли газолином.

Вопрос с керосином Рязанов предложил решить просто. Продавать его населению для освещения домов.

Керосиновые лампы уже начали получать интерес у обывателей, так что жидкость для заправки их вполне может стать ещё одной статьёй дохода. Но прежде керосин требовалось очистить. Так что Руслану предстояло решить вопрос с кубом для вторичной перегонки продукта.

Занятый этими мыслями, Шатун не заметил, как Михаил подсунул ему под руку лист бумаги и карандаш. Привычно подвинув к себе и то и другое, парень принялся вычерчивать и перегонный куб, и паровой двигатель. Вспомнив, что пластичность и теплоотдача у бронзы гораздо выше, Руслан решил попробовать сделать двигатель из неё. Трубы для нагрева воды он решил делать медными. В общем, спустя час проект двигателя был готов.

– Что это? – ткнул пальцем в чертёж Рязанов, дождавшись, когда Руслан закончит.

– Паровой двигатель. Ничего нового. Такие уже много где известны, – отмахнулся он, предупреждая возражения приятеля.

– Знаю. Читал, – кивнул граф. – Думаешь, получится сделать?

– Ну, у Митрича моего руки золотые, а выжимать из этого механизма всё возможное нам просто не нужно. Главное, чтобы ему хватало мощности вал крутить. А для облегчения этого процесса мы тот вал на подшипники посадим, – принялся объяснять Руслан, ещё не отойдя от размышлений о механике.

– Всё, всё, я понял, что в этих делах дурак дураком, – поспешно открестился майор, шутливо вскидывая руки.

К удивлению приятелей, после разгрома османских сил на побережье в предгорьях притихли все. Даже самые непримиримые кланы, об упрямстве которых уже слагали легенды, и те взяли паузу, выжидая непонятно чего. Это и радовало, и настораживало господ офицеров. В штабе линейные офицеры то и дело задавали вопросы, интересуясь, как долго продлится это спокойствие, но приятели только напускали на себя загадочный вид и наводили тень на плетень.

Ведь сказать им по большому счёту было нечего. Майор тряс своих осведомителей, пытаясь выловить хоть какие-то крупицы правдивой информации. Руслан каждую неделю выезжал в ближайшие к городу аулы, пытаясь услышать хоть что-то в пересказываемых новостях, но всё было тщетно. Противник словно вымер. Весь и сразу. Но через три недели, когда приятели, устав от всех этих пустых усилий, занялись текущими делами, в имении Руслана произошло очередное событие. Шатун как раз закончил устанавливать в цеху новые станки, когда прискакавший Мишка, едва осадив коня, доложил:

– Княже, там к тебе тот абрек приехал, что давеча в городе у тебя гостевал.

– Ахмат? – удивлённо уточнил Руслан.

– Он, княже.

– Давно приехал? – быстро спросил Шатун, отвязывая коня.

– Только что.

– Езжай обратно. Прими как гостя дорогого. Чаем угости. Я сейчас буду, – скомандовал Руслан, жестом подзывая к себе свою охрану. – Так, вы двое, по границе имение объезжайте, гляньте, нет ли кого стороннего в лесу. Только осторожно. Без нужды головами не рискуйте, – приказал он двум бойцам.

Мишка уже умчался к дому, а Руслан, сев в седло, двинул коня неторопливым шагом. Нужно было переварить полученную новость и прикинуть, для чего абреку из непримиримых вдруг потребовался этот визит. Но сообразив, что для анализа информации просто не имеется, решил действовать по обстановке. Войдя в дом, Руслан быстрым шагом прошёл в столовую, куда и проводили гостя, и, войдя в комнату, с лёгкой улыбкой произнёс:

– Ас-салам, Ахмат. Присаживайся к столу, будь моим гостем.

– Алейкум-ас-салам, князь, – коротко поклонился горец. – Благодарю тебя за хлеб и кров. Но я приехал по делу.

– Не сомневаюсь, Ахмат. Но прежде чем мы станем говорить о деле, позволь мне до конца остаться хозяином и скажи, где твои люди. Я прикажу отправить им еду и воду, – продолжал изображать из себя гостеприимного владетеля Руслан.

– Я приехал один, князь, – благодарно кивнув, ответил горец.

Мишка внёс в комнату поднос с чаем и всем потребным для вдумчивого чаепития и, расставив всё на столе, исчез. Но Руслан отлично знал, что казачок притаился за дверью, готовый в любой момент поддержать его словом или пулей.

– Присаживайся, Ахмат. Спешить нам некуда, – пригласил Шатун, отодвигая от стола стул.

Наполнив чаем грушевидные стаканчики, Руслан подвинул гостю корзинку со свежей выпечкой и первым пригубил свой стаканчик с напитком. Ахмат, откусив от булочки с вареньем, не торопясь запил выпечку чаем и, вздохнув, тихо произнёс:

– Я виноват перед тобой, князь.

– В чём? – откровенно удивился Руслан, не ожидавший такого захода.

– Когда они привезли в аул твою женщину, я должен был сразу угадать, что следом придёшь ты. А значит, они навлекли беду на весь клан. Я должен был сразу прогнать их, отобрав её. Это моя ошибка.

– Они украли не просто женщину, Ахмат. Они украли мою беременную жену. И за это я бы уничтожил всех, кто живёт в этих горах. Но слава Всевышнему, он наставил вас на истинный путь, и мне не пришлось проливать невинную кровь. Оглянись вокруг, друг мой, – едва заметно улыбнулся Шатун. – Ты сидишь сейчас в моём доме, за моим столом, и делишь со мной хлеб. Думаешь, я стал бы так встречать человека, которого считаю врагом? Я не горец, но я законы гостеприимства и обычаи гор знаю. И почитаю, считая их правильными. Ты мой гость, и тебе не о чем беспокоиться.

– Благодарю тебя, князь. Когда я ехал сюда, многие мне говорили, что ты не станешь мне верить и что даже не станешь разговаривать со мной. Но я отвечал, что ты умный, и поймёшь: в том, что случилось, нет нашей вины. Кто-то даже говорил, что твои казаки убьют меня, едва увидев.

– Посла не душат, посредника не убивают, – ответил ему Руслан древней арабской пословицей. – Я принимал тебя гостем, когда жил в городе. Принимаю сейчас, и приму ещё раз, если твой клан и дальше будет жить так, как живёт сейчас. Тихо и спокойно. Не проливая крови невинных людей.

– Благодарю тебя, князь, – снова склонил Ахмат голову. – Я надеялся, что так будет. Но я приехал не мириться, мы не ссорились, а предупредить тебя.

– О чём? – насторожился Руслан.

– Османы поссорились с инглизами, и те ушли из Турции. Что там случилось, я не знаю, но на их место пришли франки. А теперь эти франки пытаются навязать свою волю непримиримым кланам. Ты закрыл перевалы, но они идут по хребту от моря. Много оружия и пороха так не пронесёшь, но они очень стараются. Продают горцам винтовки едва не по цене овечьего навоза. А пять дней назад тридцать сабель турок и трое франков спустились в предгорья. Не спрашивай зачем, я не знаю. Но это точно. Они уже где-то здесь, – не поднимая глаз, глухо поведал горец.

– Я благодарю тебя, Ахмат. Это очень важная для меня весть, – ответил Шатун, мысленно прикидывая, куда именно мог направиться этот отряд. – Могу я что-то сделать для тебя?

– Да, – помолчав, кивнул горец с явной неохотой. – В клане была плохая весна. Мало хлеба. Дети часто сидят голодными. Мне дали серебра, чтобы я купил хоть немного муки. Но денег мало, а муки надо много. Ты можешь мне её продать?

– Мишка! – вместо ответа позвал Руслан денщика.

– Тут я, княже, – моментально нарисовался казачок.

– Захара Ивановича мне найди. Срочно, – скомандовал Руслан, и Мишка тут же исчез, словно растворился. – Как ты собирался везти муку? – повернулся Руслан к горцу. – У тебя есть арба или заводные кони?

– В соседнем ауле у меня живёт кунак. Я оставил у него арбу и двух коней, – удивлённо признался Аслан.

– Хорошо. Значит, до аула муку тебе довезут, – решительно кивнул Шатун.

Вошедший в комнату управляющий бросил на гостя настороженный взгляд, но, заметив на блюдце крошки от съеденной булочки, заметно расслабился. Горец никогда не преломит хлеб с врагом. Особенно если пришёл с враждебными намерениями.

– Захар Иванович, тут такое дело, – указав управляющему на стул, заговорил Руслан. – Гостю моему мука нужна. Весна в горах была холодная, у них дети голодают. Нужно в телегу десять мешков муки положить и отвезти до аула. Ахмат покажет, куда именно.

– Сделаю, княже, – коротко кивнул управляющий. – Дай два часа. Телегу подобрать надо толковую.

– А что, у нас ещё и бестолковые имеются? – откровенно удивился Руслан.

– У нас всякое имеется, – усмехнулся управляющий в усы и, поднявшись, вышел.

– Возьми, князь, – придя в себя от услышанного, засуетился горец, доставая из-за пазухи кисет с серебром. – Здесь меньше, чем стоит десять мешков, но больше у нас просто нет.

– Оставь, – отмахнулся Руслан. – Я с этих денег не разбогатею. Пусть будут. Год ещё не закончился.

– Что для тебя сделать, князь? – помолчав, глухо спросил Ахмат, сжимая в пальцах кисет так, что монеты захрустели.

– Просто расскажи всему клану правду. О том, как ты был у меня в гостях и как я тебя принимал. И о том, откуда у тебя мука.

– Мне не поверят, – растерянно усмехнулся Ахмат. – Ведь ты пришёл к нам за своей женой, готов был убить всех. А теперь спасаешь наших детей. Почему?