Эльхан Аскеров – Шатун: Шаг в неизвестность. Казачий князь (страница 104)

– Так. Рассказывай, – развернувшись к нему всем телом, потребовал Шатун.

– Да были тут пара офицеров из жандармов. Всё норовили в кузню заглянуть. Благо мы как раз новую партию стволов ковали. Вот они от искр и шарахнулись. Про картечницу твою всё расспрашивали.

– Чего хотели? – мрачно уточнил Шатун.

– Интересовались, смогу ли такую же сделать, только под тот патрон, что для трёхлинейки пользуют, – вздохнул кузнец.

– И как? Сможешь? – с интересом спросил Руслан.

– Да чего там мочь, – отмахнулся мастер. – Механика простая.

– Так ты, ирод, успел и сам пулемёт разобрать? – деланно возмутился Руслан.

– Так должен же я знать, как он устроен, – возмутился в ответ мастер. – Всё одно как сломается, так ко мне привезёшь.

– Это верно, – рассмеялся Руслан, крепко хлопнув его по плечу. – А со стволами как? Тоже сдюжишь?

– Сдюжу, княже, – с достоинством кивнул мастер. – Мне б патронов тех с пару десятков, чтобы для образца были, и точно сдюжу.

– Будут тебе патроны, Митрич, – подумав, решительно кивнул Шатун. – А что по той машинке, что я тебе на бумаге рисовал?

– Да понял я уже, что ты такую же картечницу задумал сделать, только с одним стволом и подачей одной долгой лентой, – отмахнулся кузнец. – Как уродца этого увидел, так и понял, – кивнул он на пулемёт. – Только тут вот какая беда. Механика там больно точная получается. А пружин толковых у меня пока так и не получается свить. Садятся быстро. Ну, нет у меня железа разного, чтобы сплав добрый подобрать, – обиженно признался он.

– У нас там все пружины на сжатие работают, так? – задумчиво уточнил Шатун.

– Так, – настороженно кивнул мастер.

– А ежели мы их на растяжку переделаем? И не одну, а две.

– Так тогда сам корпус шире делать придётся.

– Да и хрен с ним. В бою что шире, что уже, не важно. Главное, чтобы стреляло, – отмахнулся Руслан. – А по ленте что?

– Вот с лентой всё просто получилось. Я на десяток патронов кусочек сделал, так он работает. Признаться, я из той машинки даже пострелять смог. Но после полусотни выстрелов пружины садятся так, что в механизме патрон перекашивает, – нехотя признался мастер.

– Змей ты старый. У него уже готовый пулемёт имеется, а он молчит, как сыч, – возмутился Руслан.

– А чего говорить, коли он не работает толком? – развёл кузнец руками.

– Переделывай под две пружины на растяжку. Будем так пробовать, – решительно приказал Шатун. – Но сам корпус попробуй сделать так, чтобы пружины те легко менять было. Ну, крышечку откинул, пружину снял, новую натянул, закрыл, и стреляй. Получится?

– Должно. Посмотреть надо, – задумчиво кивнул мастер. – Этого-то уродца забирать будешь?

– А как же. Денег за работу сколько? – на всякий случай уточнил Руслан.

– Отстань, княже, – отмахнулся мастер. – Я из доли твоей взял, так что сейчас остаток принесу.

– Вот это правильно, – одобрил Шатун действия мастера.

Спустя пару минут кузнец вручил ему очередной кошель с монетами и купюрами, после чего казаки, по команде Руслана, разобрали пулемёт и, завернув его в рогожу, погрузили на лошадей. Такое увеличение огневой мощи отряда Шатуна очень порадовало. Как ни крути, а протащить по лесу орудийный лафет задача нетривиальная. Не говоря уже о сложности этого дела, про соблюдение режима тишины можно было не вспоминать. А тут четыре крепких бойца пронесут машинку, куда надо, и устроят противнику местный филиал ада.

Да, система ещё сырая, толком не отработанная. Машина часто осекается, но всё равно в первые минуты стрельбы она способна создать такую плотность огня, что мало не покажется никому. А в их деле это было самым главным. Что ни говори, а его отряд не предназначался для прямого столкновения с противником в чистом поле. Их дело – тихо прийти, тихо уйти, оставив после себя только трупы и пленных, доставленных для допроса. С этими мыслями Шатун сел в седло и направил коня к дому.

С того момента, как Рязанов узнал о беременности своей супруги, все их служебные дела медленно, но верно начали вестись именно в его имении. Сам же Руслан с самого начала решил переводить временный пункт базирования казаков рядом со своим домом. Отсюда им было гораздо удобнее уходить в любую от города сторону. К тому же и сами казаки чувствовали себя в имении гораздо свободнее, нежели в городе. Тут у них было только два начальника, которых они и так воспринимали как своих старшин.

В городе же то и дело приходилось оглядываться, чтобы случаем не зацепить кого-то из высокородных. Да, в обиду своих людей господа офицеры никому не давали, но подобные столкновения всё одно создавали ненужное напряжение. А с учётом того, что казакам сам чёрт был не брат и любой потерявший берега дворянин вполне мог огрести кулаком по рылу, то подобные опасения были понятны.

Как говорится, с Дону выдачи нет, так что в случае подобного развития событий проштрафившегося казака отсылали куда-нибудь в дальнюю станицу. Так что искать его не имело никакого смысла. Но это создавало между казачьими силами и всяческим приезжим дворянством ненужное напряжение. Местные давно знали, что трогать казаков себе дороже. А вот с приезжими подобное случалось регулярно. Даже Руслану уже приходилось пару раз осаживать подобных снобов.

Из кузницы парень отправился прямиком на своё стрельбище. Казаки, слетав в их арсенал, привезли магазины с боеприпасом и, установив пулемёт, дружно уставились на Шатуна. Правильно обращаться с этой машиной умел пока только он. Воткнув магазин в приёмник, Руслан опустился на одно колено и, наведя стволы на дальний конец стрельбища, принялся плавно вращать ручку. Пулемёт загрохотал, трясясь так, что парню пришлось прижать коленом одну ногу станка.

Но, к его удивлению, завалиться сам станок даже не пытался. Выпустив одной очередью весь магазин, Руслан поднялся и, задумчиво оглядев машинку, буркнул:

– Ну, как-то так.

– Это тебе, княже, так. А любому из нас одному с этой дурой не справиться, – задумчиво отозвался пластун Роман.

– Потому к нему у нас будет свой расчёт. Четверо, которые и будут его таскать да стрелять. Ещё четверо ко второму. Меньше тут не управятся. А теперь смотрите и слушайте внимательно, – ответил парень и, сняв пустой магазин, принялся обучать бойцов правильному обращению с пулемётом.

Спустя час, убедившись, что всё сказанное казаками усвоено, Руслан велел им зарядить пулемет и разрешил отстрелять каждому по магазину. В итоге алгоритм действий вырисовался сам собой. Один заряжает оружие и снаряжает магазины. Второй наводит пулемёт на цель, третий вращает рукоять стрельбы, а четвёртый присматривает, чтобы никто лишний не подобрался сзади или сбоку. Но пользоваться этой машиной обязаны были уметь в расчёте все.

Известие о появлении в предгорьях чужих заметно взбудоражило население. То и дело в город приезжали гонцы с вестью, что непонятных людей видели в том или ином месте. Понимая, что носиться с отрядом по всем предгорьям они могут долго, Руслан принял соломоново решение. Теперь к месту, где видели чужаков, отправлялся один казак из отряда, который мог точно сказать, что это за люди. Точнее, к какому роду-племени они принадлежат.

Таким образом было уничтожено несколько каторжных банд, которые решили воспользоваться войной и потянулись на Кавказ. Дурни решили, что в условиях боевых действий на их шалости никто и внимания не обратит. Благо банды эти были небольшими и разбирались с ними быстро и без особых проблем. Обученные Русланом казаки подбирались к ним на расстояние вытянутой руки. Лохматки бойцов и их умение тихо двигаться в лесу не оставляли каторжникам никаких шансов.

Дошло даже до того, что полицейское управление разразилось целой петицией в адрес армейской контрразведки с требованием передавать данные по бандитам им, а в случае столкновения обязательно брать их живыми, для дальнейшей передачи под суд. Прочтя эту бумагу, Руслан удивлённо почесал в затылке и, бросив документ на стол, растерянно поинтересовался:

– Они это серьёзно?

– Более чем, – презрительно скривился Рязанов. – По всем текущим делам наша контора сейчас является самой активной. Вот они и пытаются хоть как-то нам лавры сорвать.

– А они у нас есть, лавры? – иронично усмехнулся парень.

– Ну, какие-то имеются, – с довольным видом усмехнулся майор. – Тут, друг мой, всё зависит от того, как любое дело подать. И начальству, и нашему штабу. Благо в штабе все прекрасно понимают, что мы своё дело делаем правильно, и только потому линейные части не носятся по горам, высунув языки. Та история с твоим поединком весь уезд облетела. Так что теперь любую нашу бумагу читают внимательно и принимают всё за чистую монету. Ну и я стараюсь особо не зарываться и лишнего не вписывать. Благо о наших результатах можно судить по количеству твоих трофеев.

– Хочешь сказать, что теперь и за этим наблюдают? – подобрался Шатун.

– Давно уже, – кивнул граф. – Я ведь тебя не просто так предупреждал, чтобы ты своими трофеями лишний раз не размахивал.

– Так я сразу и внял, – развёл Руслан руками. – Всё казаки сами делают. А уж что мы после с вырученными деньгами делаем, только отряда касается.

– Всё правильно, – одобрительно кивнул майор.

– Ладно, с трофеями понятно. А что мы с этой писулькой делать будем? – вернулся Руслан к теме разговора.