Эльхан Аскеров – Рокировка: Рокировка. Дворянин поневоле (страница 128)

– Катарина умная девочка и не сделает подобной глупости, – заверил его испанец и, достав из кармана часы, бросил на них быстрый взгляд. – Я предлагаю отправиться в нашу гостиницу прямо сейчас. Я вас познакомлю, расскажу ей о вашем предложении, а потом мы расстанемся до того момента, когда вы получите все необходимые сведения. Не думаю, что это займет у вас много времени. Заодно я там же верну вам долг.

– Хуан, ради всего святого, – скривился Сашка. – Это не те деньги, ради которых я стану беспокоиться. К тому же они сейчас вам гораздо нужнее. Решим этот вопрос позже. Так что, едем?

– Едем, – растерянно кивнул испанец, глядя на него неверящим взглядом.

Сашка дернул за шнур, которым вызывали официанта, и, дождавшись его появления, приказал подать счет. Быстро оплатив его и оставив щедрые чаевые, он поднялся и, расправив плечи, озорно глянул на притихшего иностранца.

– Что с вами, друг мой?

– Я не знаю, как воспринимать ваш ответ, Александр, – откровенно признался испанец. – Любой другой на вашем месте сначала дождался бы возврата долга, а только потом стал бы говорить о каких-то совместных делах. А вы… – тут он замолчал, словно не находя слов.

– Идемте, друг мой, – усмехнулся Сашка. – По дороге я попробую объяснить вам свой взгляд на эти вещи.

Они спустились к машине, и испанец назвал гостиницу, где они поселились. Не «Астория», конечно, но вполне приличное заведение недалеко от Сенной площади. Оказавшись на месте, они поднялись в номер, но по пути, Сашка успел приказать портье подать им кофе и свежих пирожных. Любой серьезный разговор следовало вести с соблюдением приличий. Они вошли в светлый двухместный номер, и Хуан, извинившись, оставив гостя в столовой, отправился в комнату сестры, предупредить ее, что вернулся не один.

Пока они там секретничали, в номер принесли все заказанное, и Сашка, усевшись в кресло, снова достал трубку. Набив ее, он сунул чубук в зубы, не раскуривая ее. Прежде чем закурить, этикет требовал спросить разрешения у дамы. Спустя четверть часа в столовую вошли Хуан с тонкой, словно тростинка, девушкой в длинном черном платье.

– Хуан, вы не сказали, что ваша сестра носит траур, – укоризненно сказал Сашка, поднявшись.

– Как ни стыдно мне это признавать, друг мой, но это единственное приличное платье, которое у нее осталось, – тихо ответил испанец, опуская глаза и заметно краснея.

– Вам нечего стыдиться, Хуан. Было время, когда и я ходил в одном старом мундире и прохудившихся сапогах, – понимающе кивнул парень. – Тяжелые времена могут случиться у каждого.

– Благодарю, – кивнул испанец и, встряхнувшись, продолжил: – Катарина, позволь представить тебе моего спасителя и друга, князя Александра. Князь, это моя единокровная сестра, Катарина де ла Вега.

– Рада знакомству, сеньор, – сделав легкий книксен, мелодично произнесла девушка. – Я всегда просила Мадонну позволить мне лично поблагодарить человека, который спас моего единственного брата из лап пиратов.

– Это был мой долг, сеньорита, – склонил голову парень, при этом не отрывая взгляда от лица девушки.

А там было на что посмотреть. Чистая матовая кожа, бархатные брови, прямой носик, мягкие, четко очерченные губы и огромные ярко-синие глаза под длиннющими пушистыми ресницами. Она и вправду была красавицей. Плюс к тому точеная фигурка и заметная даже в таком платье грудь. Про все остальное, по понятным причинам, Сашка мог только догадываться.

– Прошу вас, сеньоры, присаживайтесь, – на правах хозяйки предложила Катарина. – Князь, можете спокойно курить, если желаете.

– Для вас, сеньорита, только Александр, – улыбнулся Сашка, снова закусывая чубук трубки. – Я позволил себе приказать принести сюда кофе и немного сладостей. Надеюсь, он еще горячий. А пока мы балуемся десертом, Хуан расскажет вам о моем предложении. Надеюсь, сеньорита Катарина, вы его примете.

– Для вас, Александр, как для близкого друга моего брата, я просто Катарина, – мило улыбнулась девушка, блеснув ямочками на щеках.

– Вы оказываете мне честь, Катарина, – благодарно улыбнулся Сашка.

– Это для меня честь, Александр. Налейте мне кофе.

Поднявшись, Сашка аккуратно наполнил ее чашечку и слегка подвинул блюдо с пирожными. Отпивая напиток крошечными глотками, девушка внимательно слушала брата, при этом не забывая и про сладости. Узнав, что ей предстоит обучать сирот, она удивленно посмотрела на Сашку и, качнув буйной гривой иссиня-черных волос, забранных в какую-то сетку, удивленно протянула:

– Вы снова удивили меня, Александр. Взять на себя заботу о сиротах решится далеко не каждый.

– Я знаю, что такое быть сиротой, Катарина, – вздохнул Сашка. – Я расскажу вам свою историю, но позже, когда у нас будет для этого время. А теперь, когда мы все обговорили, я должен откланяться, – закруглил Сашка разговор, поднимаясь. – Надеюсь, вы примете мое предложение, Катарина.

– Но ведь это значит, что мне придется оставить брата и ехать в ваше имение, – протянула девушка с некоторым сомнением.

– Вас это пугает? – насторожился Сашка. – Или у вас есть сомнения в моей порядочности по отношению к вам? – жестко закончил он. – Я знаю, что моя физиономия не внушает доверия, но внешность для мужчины не главное. Так меня когда-то учили…

– Александр! – вскочив, перебила его девушка. – Ваши шрамы меня совершенно не пугают, поверьте. Я дочь и сестра боевых офицеров и знаю, что это не врожденные уродства, а боевые отметены. А в вашей порядочности я и не думала сомневаться, клянусь спасением моей души. Просто я не знаю, как к этому отнесется местное общество.

– Вот уж о чем нам нужно беспокоиться меньше всего, сестренка, – проворчал Хуан с заметным облегчением.

Алексей Михайлович с интересом рассматривал сидящих перед ним гостей, машинально поглаживая бороду. Появление испанца, да еще и с сестрой, стало для него неожиданностью. Впрочем, как и для всех. Но то, что этот испанец решил оставить родину и искать счастья в чужой стране, повергло старого князя в оторопь. Обычно, а это князь знал не понаслышке, эти гранды покидали страну, только чтобы служить ей в колониях или для войны. Искать же удачи в других местах, да еще и увозя с собой родню, было не для них. Впрочем, иностранцам искать счастья в России было известной игрой для многих.

Точнее, в их среде это считалось моветоном. Впрочем, у этого человека и так вся жизнь один сплошной моветон. Чего только стоит его временное пребывание в рабстве у турецких пиратов. Солдатское счастье переменчиво, но для касты это было не важно. Он был рабом, и это главное. Алексей Михайлович бросил очередной взгляд на разложенные перед ним бумаги и, вздохнув, негромко спросил:

– Вы уверены, сеньор Хуан, что желаете остаться в нашей стране? Поверьте, я не имею ничего против, но возможно, вы вам было бы комфортнее где-нибудь в Европе?

– Понимаю ваш скепсис, князь, но я слишком хорошо знаю, что такое эта самая Европа, – грустно усмехнулся испанец. – Нам больше нет в ней места. И эта горькая правда, которую я не имею права скрывать от вас.

– Князь, – вдруг вступила в разговор молчавшая до этого момента девушка. – Я знаю, что у вас нет ни одной причины верить нам, но клянусь спасением своей души, мой брат сказал чистую правду. У нас отняли все, и кроме вас, нам не к кому больше обратиться за помощью.

– Сеньорита Катарина, я ни в коей мере не подвергаю сомнению слова вашего брата, – улыбнулся ей старик, – но прошу понять меня правильно. Я должен быть уверен, что ваш брат принял окончательное решение и уверен в нем.

– Это так, князь, уверяю вас, – истово произнесла Катарина, прижимая кулачки к груди.

– Значит, говоришь, решили создать школу военного искусства? – повернулся князь к внуку. Из вежливости разговор шел по-французски.

– Это решение напрашивалось само, – пожал Сашка плечами. – Хуан солдат и умеет лучше всего то, что должен уметь хороший солдат.

– Пожалуй, – задумчиво кивнул Алексей Михайлович. – Ты уже решил, где именно собираешься ставить школу?

– Я бы использовал пустырь за Путиловским заводом. И рядом с городом, и место такое, что уже дурную славу имеет. Если его не использовать, добром не закончится.

– Это да, – понимающе усмехнулся князь, припомнив, какую операцию провернул парень на том самом пустыре. – Хорошо. Решу этот вопрос. На строительство деньги есть? – задал он следующий вопрос.

– Есть. Но я думаю пристегнуть к Хуану пару толковых юристов. Он только приехал в страну и наших реалий не знает. А те крючкотворы сами кого хочешь оберут. Те еще акулы. Дай палец, так они глотку перегрызут, особенно если выгоду почуют.

– Это правильно, – одобрительно хихикнул Алексей Михайлович, по достоинству оценив его замысел. – А вы, милейшая сеньорита, решили отправиться в имение, я правильно понял?

– Да, ваше сиятельство, – кивнул Катарина, старательно выговаривая обращение к старику по-русски.

– Что ж, надеюсь, вам там понравится, – кивнул князь. – Саша, мой вагон в твоем распоряжении.

– Стоп! Деда. Ты мне что обещал? – моментально ощетинившись, мрачно уточнил парень. – И не делай такие глаза. Пока не поправишься, я тебя на службу не выпущу. А если потребуется, прикажу слугам на руках в вагон отнести. Тем более что государь не приказывал тебе срочно возвращаться к делам. Нас вызвали из-за истории с галерой. Всё. Точка.