Элеонора Жорова – Династия Амадесто (страница 2)

― Приветствую вас, любимые студенты, но таковыми останутся не все по

окончанию заключительного экзамена, — улыбнулась она.

― Здесь 436 человек, а останется 84, — стремительно вошел в аудиторию

Роберт, что было очень эффектно.

Декан в бордовом пиджаке притягивал взгляды, но был сдержан в жестах и словах.

Каждая его фраза — выдержана, суха, понятна. Его называли капитаном в узких кругах, но причину дедушка Вероники никогда не рассказывал.

― Спешу познакомить вас с человеком, который, как раз и определит этих

счастливчиков — наш декан Роберт Фокк. Астролог, целитель, белый маг и провидец в седьмом поколении, — с восхищением произнесла Оливия.

Сам Роберт сиял от гордости, но студентам было не до восхищения — к они были напряжены конкуренцией в этом году, которая выше в полтора раза, чем обычно.

― Что ж, не будем ходить вокруг да около, перейдем сразу к делу. В этом

корпусе университета скрыто 84 артефакта, которые принадлежали ранее нашим знаменитым студентам, а позже ученым. Задание: найти их просто почувствовав, если вы одаренный человек, не составит труда. Главное отключить логику и действовать по интуиции. Удачи каждому из вас! - И Роберт покинул аудиторию, оставив студентов с Оливией

― Дорогие мои, время ограничено! Оно закончится либо когда самые

удачливые из вас придут с некими объектами в эту аудиторию, после чего будет объявлено 84 новых студента. Либо просто через 4 часа, если все артефакты собрать не удастся. Но! Если вы найдете только 50 или 40 артефактов, количество студентов будет равно этому количеству. Поехали, ласточки, — взмахнула руками Оливия и выпроводила всех по очереди в коридор.

Студенты объединились в команды и стали думать, что может быть стопроцентным артефактом. Но Роберт абсолютно правильно сказал — логика здесь ни при чем.

Кто-то подходил к окну и закрывал глаза, чтобы поймать дзен. Другие достали из карманов свои амулеты в ожидании, что те укажут на нужные предметы.

Вероника вышла последней из аудитории, потому что ее не покидали мысли об утреннем происшествии. Этот крик и стук… может, она стала сходить с ума?

Отбросив назойливые мысли, Вероника стала спускаться по лестнице и тут… услышала стук, на этот раз уже в другой части корпуса. Она побежала вниз по лестнице в лабораторию, куда обычно не пускают никого, кроме ограниченного круга лиц. «Вероника, ты меня слышишь?» - снова раздалось у нее в голове. «Милая, я здесь…». Голос был таким знакомым и таким теплым. Но она не могла вспомнить, откуда его знает.

Вероника буквально ворвалась на этаж лабораторий. На каждой двери был знак, похожий на знаки Зодиака и надпись большими буквами: «Посторонним вход воспрещен». Она зашла в лабораторию со знаком Скорпион. Большая просторная комната, в которой находилось бесчисленное количество техники и реагентов и удивительно, что никто не обратил на нее внимания. Сюда не мог войти кто попало, но замок открылся самостоятельно, и Вероника просто обязана была зайти в эту комнату.

На краю стола лежала небольшая монета с изображением луны, обвитой жасмином.

Веронике был необъяснимо приятен этот рисунок, она почувствовала, что это артефакт. Монета заискрилась и стала казаться раскаленной. Вероника побоялась брать голыми руками артефакт, края которого искрили мини-молниями, и достала из кармана жакета платок. Ведь указание было — принести в аудиторию.

Она нашла нужную дверь, села в аудитории и стала ждать, когда все начнут собираться. Время тянулось медленно. Вероника все это время рассматривала монету, которая словно намагничивала ее своей энергией. Когда аудитория стала понемногу заполняться, счастливчиков можно было узнать по уверенности во взгляде. Но и неуверенных было немало. Вероника в их числе. Если стук утром и крик был ненастоящими, то и монета могла просто померещиться.

И вот последний абитуриент зашел в аудиторию и сел напротив Оливии. У каждого был свой номер, Оливия начала называть всех по порядку и нумеровала найденные артефакты. Вероника подошла и отдала вместе с платком монету, которую она нашла в лаборатории. По реакции Оливии определить, тот ли это артефакт, было невозможно — их знал только Роберт.

Через полчаса пришел декан и начал называть по очереди номера с правильными артефактами. Тех, кому посчастливилось пройти дальше, было видно сразу — они и вправду имели дар. Вероника только загибала пальцы, подсчитывая, сколько артефактов найдено. И к ее большому разочарованию последний, восемьдесят четвертый, артефакт был у Алекс. Номер Вероники не прозвучал, на нее словно вылили ушат холодной воды — как же так, ведь точно знала, что пройдет. Она была уверена в том, что чувствовала и видела.

― Все остальные, прошу прощения, но не прошли в этом году, развивайте свои

способности, ждем вас в следующем, — с улыбкой сказал Роберт.

Но вдруг увидел сверток, который принесла Вероника. Еще улыбаясь, развернул его и тут его лицо окаменело. Роберт взял монету и пошел к Оливии, спросить это ли нашла Вероника. Та только кивнула.

― Впервые в истории нашей академии студентов будет 85, Вероника, поздравляю, — произнес Роберт, делая вид, что так и было задумано.

С одной стороны, это могло оказаться подачкой, потому что дедушка Лукас вполне мог замолвить словечко за внучку. Но с другой — лицо декана было уж больно удивленным для заговора.

― Спасибо, — улыбнулась Вероника и спокойно пошла из аудитории вниз по

лестнице.

― Ждем всех, кто прошел испытание, завтра к девяти утра на первом этаже для

распределения по группам, — сказала Оливия.

Как только закрылась дверь после последнего студента, Роберт как ошпаренный влетел в лабораторию на минус-первый этаж.

― Вы что больные, кто посмел покинуть лабораторию на момент прохождения

испытания?! — Роберт, не подбирая слов, прервал рабочий процесс подчиненных.

― Роберт, никто не выходил, — ответил один из старших научных сотрудников,

— все наши перерывы регламентированы, лаборатория не остается без

присмотра.

― Да? Серьезно? — и Роберт и достал из кармана монету, которую нашла

Вероника.

― Этого не может быть, она была здесь…— оправдываясь, начала одна из

девушек.

― Не может быть… угадайте лучше, кто ее нашел? — с сарказмом спросил

Роберт.

Оливия стояла сзади и переминалась с ноги на ногу.

― Просто представьте на секундочку, что у Вероники любопытство перелилось

через край и она взяла бы ее в руки… Представили?

В лаборатории наступила гробовая тишина.

— Мы еще не знаем, что она умеет, чем руководствуется. Но без нее всем нам

крышка. Всем - и тебе, и тебе, и мне, — показывая на сотрудников пальцем, кричал Роберт.

― Если она будет под контролем, то этот риск минимизируем, — сказала Оливия

тихим голосом.

― Замечательно, тогда сама этим и займешься, контролерша, — грубо ответил

Роберт и сразу покинул лабораторию, оставив всех в угнетенном состоянии.

Роберт зашел в свой кабинет, закурил сигару и сел у окна, за которым шел дождь. Он достал из внутреннего кармана монету с изображением судна в момент шторма.

Зажал ее между большим и безымянным пальцами левой руки, и за окном появился океан в диком шторме, а также незнакомое старое судно. Роберт распахнул окно и сделал шаг навстречу своей стихии.

Земля 2010 год Неизбежное зло — неизбежно

Город был повергнут в ночную тишину и зимнюю стужу. Только изредка, открыв окно, можно было услышать, как одинокие люди говорят о сокровенном, которое при свете дня все привыкли скрывать и делать вид, будто все хорошо.

Лишь одно окно на весь девятиэтажный дом светилось в это время. Тусклый свет, но такой теплый. Он был теплым от атмосферы, в которой находились двое в этой комнате. Комната была темной и недостаточно уютной. Многие вещи в ней напоминали о былых временах и казалось: если сохранить их, то можно будет вернуть хотя бы на минуту былое чувство комфорта, любви или обстоятельств. Кто-то назвал бы эту комнату захламленной, но она просто пропитана жизнью и воспоминаниями. Похожий по цвету и форме на картонный домик диван достаточно удобен. На нем его владелец часто читал перед сном, чтобы выветрить все накопленные за день мысли, что не давали спокойно уснуть.

Из окна видна большая арка — как портал в иное измерение, разрисованный розами разного размера. Алые бутоны были такими яркими и реалистичными, что казались свисающей над головой гирляндой, о которую можно уколоться. За аркой

— балкон с самыми важными вещами. Не так много, но трогать их членам семьи не

разрешалось. За окном виднелась река — шум разбивающегося о камни мощного потока успокаивал мысли и будто напоминал, что все в этом мире быстротечно.

Простой стол с полками, на которых несколько фотографий — дочки, сына и внучки.

Маленькие копии лежали в его портмоне. Говорить он мог чаще с фото, потому что его работа требовала просто неимоверных жертв. Путешествия и постоянные перелеты стали неотъемлемой частью его жизни. В полете он чувствовал себя зависшим надо всем — проблемами, работой, жизнью. Все это давало хорошие плоды, но видеть родных получалось разве что несколько раз за год.

Как только зажигалась маленькая лампа, которая нагревалась до температуры сковороды, в комнате становилось уютно. Табуреты, стол. И двое, сидящих друг напротив друга.