Элеонора Тейт – По ту сторону Тёмного леса (страница 10)

– Нет,– ответила я, не задумываясь. – Страха нет.

Я оставила правду при себе: меня охватило непреодолимое притяжение. Не зная, как справиться с нахлынувшими чувствами, я резко вскочила.

Встав, Ландер приблизился ко мне, и его тёплая ладонь осторожно коснулась моей.

– Доброй ночи, Оливия, – прошептал он, прежде чем выйти из беседки.

Я осталась одна, погружённая в полный сумбур мыслей и чувств.

В своей комнате, лёжа на кровати, я вновь и вновь прокручивала услышанное. Сегодня мне открылась главная тайна моего королевства. Хотя могла ли я всё ещё считать его своим?

Я по-прежнему любила Кламель и Арабден, хранила воспоминания о тех землях, о людях, с которыми росла. Но там я никогда не была по-настоящему свободна. В сердце крепло желание остаться здесь, у границ Граарда, где волки, ведьмы и люди живут сообща, а магия струится свободными потоками, наполняя всё вокруг.

С этой мыслью я провалилась в сон. Мне снился Граард с высоты птичьего полёта. Сверху он казался бескрайним и величественным. Я парила в небе и радовалась солнцу, поднимающемуся над далёкими горными вершинами.

Глава 8

Утреннее солнце пробивалось сквозь неплотно задернутые занавески. Сладко потянувшись, я перекатилась на бок и села на кровать. Настроение было приподнятым. Несмотря на то, что спала я немного, чувствовала себя бодрой и полной сил. Сон казался мне хорошим предвестием.

«Я хочу остаться в этой деревне. Хочу узнать, каково это – жить в мире магии. Может быть, пойти в ученицы к Алике и на первых порах помогать ей во всём, чем бы она ни занималась», – эти мысли не давали мне покоя. Для начала хорошо бы понять, сильно ли мои познания в колдовстве отличаются от здешних.

Пока умывалась, я остановилась, глядя на поток воды, который с лёгким шумом лился из металлического крана. В моём мире подобное было невозможно. Воду обычно набирали из колодцев, а чтобы она была под рукой, приходилось приносить её ведрами. Я медленно повернула рычаг – вода перестала течь. Повернула обратно – поток возобновился.

«Трубы? – недоумённо подумала я, вспоминая, что краны встречались мне и в других частях дома. – Значит, вода как-то движется внутри стен».

Я наклонилась, чтобы лучше разглядеть блестящие металлические детали, но магии не ощутила. Возможно, всё это устроено как-то иначе – чем-то вроде хитроумной конструкции из рычагов и каналов. Мне стало интересно, каким образом этот механизм снабжает дом водой, но зацепиться за догадку не удалось.

Мысленно составив список тем, которые хотелось обсудить с Аликой, я вернулась в комнату. На кровати обнаружилась аккуратно сложенная одежда. Я улыбнулась, разворачивая тёмно-синюю юбку, расшитую белым орнаментом. Под ней лежала красивая белая блузка с широкими рукавами и манжетами в тон юбке. О нижнем белье тоже позаботились – оно скромно лежало в самом низу.

Могло ли настроение быть ещё лучше? Переодевшись, я вышла в коридор. Похоже, все уже проснулись. С кухни доносились голоса и детский смех. За обеденным столом сидели Финн, его мальчишки, Клин и Ландер. Алика стояла у плиты и, переворачивая на сковороде пышные блины, пританцовывала. Картина оказалась настолько домашней и уютной, что улыбка сама собой растянулась на лице.

– Доброе утро! – обратилась я ко всем.

– О, Лив, – сразу же отозвалась Алика, – прекрасно выглядишь! Как твоя спина?

– За ночь рана зажила, остались лишь небольшие шрамы. Всё благодаря тебе, – я благодарно улыбнулась.

– У мамы лучшая заживляющая мазь в Граарде! – гордо произнёс мальчик постарше.

– Познакомься, Лив. Это Вуд, – Финн положил руку на плечо старшего сына, – а это Арен, – он погладил по голове спешно жующего блины мальчика помладше.

– Приятно познакомиться.

Я села за стол напротив мужчин. Алика буйным вихрем закружилась по кухне и поставила передо мной тарелку с блинами, чашку с ароматным чаем и креманку с вареньем.

– Угощайся, дорогуша. После завтрака мы с тобой прогуляемся к реке. А вам, господа, – девушка повернулась к мужчинам, – уже пора идти.

Финн вышел из-за стола и поцеловал жену. За ним потянулись остальные. Мальчишки первыми выбежали во двор. Повернувшись, я заметила недалеко стоявшего Ландера. Он хотел подойти ко мне, но его отвлек Клин, и они вместе вышли вслед за Вудом и Ареном. Я почувствовала одновременно досаду и облегчение. Наверное, лучше мне держаться подальше от этого мужчины. Сейчас главное – научиться жить по-новому, и именно на это должно быть направлено моё внимание.

Когда на кухне мы остались одни, Алика села напротив. Её лисья улыбка намекала, что она что-то заметила. От хозяйки дома не укрылись наши с Ландером взгляды, но объяснять ей что-либо я не собиралась.

Справившись с завтраком, я откинулась на спинку стула и поинтересовалась:

– Куда же ты отправила всех мужчин?

– Сегодня в деревне будут отмечать праздник летнего солнцеворота. Наши мужчины помогут собрать костры и займутся обустройством места для гуляний. Славный праздник: яркий, страстный. Он напоминает людям о единстве.

– В Кламеле праздников, связанных с природой, нет. Празднуются лишь дни, восхваляющие королевское правление.

– Природа и магия прочно связаны. Кламель избегает любого намека на почитание дара богов. Твердолобые глупцы. – Алика поднялась и, направившись к двери, произнесла: – Пойдем, хочу показать тебе кое-что. Заодно расскажешь, во что уже успел посвятить тебя Ландер. Птички нашептали, что вы прошлой ночью долгое время провели в беседке.

Она задорно рассмеялась, заметив охватившее меня смущение. Я предпочла промолчать. Обсуждать неоднозначные фразы и возможный, только возможный, обоюдный интерес мне не хотелось.

Пока мы шли по деревенским улицам в сторону проселочной дороги, я успела пересказать Алике всё, что узнала о прошлом когда-то единого королевства и населяющих его магических существах.

– Да, всё так. Сейчас королевством правят король Актеон и королева Хеб. По драконьей мерке их правление – это всего лишь мгновение. Всего около двадцати лет. Прежде на троне сидел старший брат нынешнего короля. Я о нем знаю мало. Говорят, его убили из-за того, что он выбрал себе в жены человеческую девушку вместо родовитой драконицы. Вся эта история обросла слухами и догадками. Правды не знает никто, кроме королевской семьи. Короля Актеона тогда поспешно короновали, чтобы избежать смуты и хаоса. Сейчас Граард процветает, и слава богам.

Дорога уходила в дубовую рощу. Под тенью величественных крон деревьев стояла приятная лесная прохлада. Мы шли по широкой тропинке, уводящей нас всё глубже в дубраву.

– В детстве нас пугали крылатыми чудовищами, которые съедали непослушных детей, чтобы обрести бессмертие. Это всё, что я знала о драконах, – сказала я с робкой улыбкой. – Сейчас такие сказки звучат глупо, но в детстве они вселяли в нас ужас, и послушными мы ходили ещё несколько дней подряд.

Алика понимающе хмыкнула.

– Драконы живут столетиями. Я слышала, что самому старому ящеру несколько тысяч лет. Он живет в западных горах Нигорахон. Туда отправляются драконы, которые устали от человеческой жизни. Они остаются в теле зверя и со временем забывают, кем были прежде. Это ужасает, но, с другой стороны, это единственный способ обрести покой для таких, как они.

Звучало это действительно страшно. Такая долгая жизнь… могла ли она приносить радость после стольких пережитых лет? В душе зародилось нечто похожее на сочувствие. Если вдруг дракону не посчастливилось потерять кого-то близкого или пережить чудовищную трагедию, им приходилось нести это бремя всю оставшуюся жизнь. А видеть, как знакомый тебе мир меняется, стирая привычный уклад, должно быть ещё тяжелее. Мда. Сама я такую жизнь выбирать не стала бы.

Алика восприняла мою задумчивость по-своему.

– Однако, если дракон выбирает спутницу жизни, он остается с ней и будет верен ей до самого конца. В этом они похожи на волков, – сказала она и бросила быстрый взгляд в мою сторону.

Не желая идти на поводу у её любопытства, я спросила:

– Если драконов создали ушедшие боги, то как появились оборотни?

– Ааа, это тоже интересная история. После того как боги ушли, сама природа помогала драконам выстраивать баланс. Так получилось, что равновесие оказалось хрупким. В противовес могуществу драконов природа наделила людей способностью соединяться душой с сильными хищниками. Но могли это сделать только избранные – те, кто служили лесу. Шаманы. Они и стали родоначальниками нынешних оборотней.

– Они тоже живут столетиями?

– Ох, нет, конечно. Кто-то из них доживает до двухсот лет, но в среднем они живут до 140–150 лет. Меньше, чем драконы, но больше, чем люди.

– Что насчёт превращения? Они могут становиться волком или медведем, когда захотят?

Мне было важно узнать об оборотнях как можно больше. Это могло помочь в будущем убедить Фредерико довериться мне. Предстоял тяжёлый разговор, и нужно было подготовиться.

– В основном, да. Но бывают случаи, когда они выходят из себя и превращаются против воли. Их животные инстинкты очень сильны. Сейчас у каждого оборотня есть оберег из зверобоя, заколдованный ведьмой, который помогает усмирить зверя в такие моменты.

Я так увлеклась новыми знаниями, что не заметила, как мы подошли к песчаному берегу небольшой реки. Здесь берег был особенно плавным – редкость для этих мест, где в основном преобладали обрывистые склоны. Чистая прозрачная вода искрилась в солнечных лучах, и, делая небольшой изгиб, исчезала в лесу. В зарослях камыша негромко квакали лягушки, а вдали беззаботно плескались мелкие рыбёшки. Атмосфера этого места умиротворяла. Хотелось расстелить плед у воды и понежиться в лучах солнца.