Элеонора Гильм – Серебряная кожа. Истории, от которых невозможно оторваться (страница 10)
– Пару раз видел подозрительные следы. Но ничего серьезного… Уже года три, как мы общими усилиями навели порядок.
– Это радует. Ой, Эдуард, ты видишь? – Юлия всмотрелась в зеленую даль.
– Движение?
– Да… Может, Лили тебя встречает?
– Вряд ли. На открытом месте леопард появляться не будет.
– И кто это?
– Я не знаю. Надо проверить.
– Давай не будем. Сообщим ребятам…
– А вдруг что-то серьезное… Похоже на человека.
– Не надо! Не ходи туда, пожалуйста.
– Держи рацию. Вот на эту кнопку нажмешь и сообщишь о подозрительных передвижениях по заповеднику в квадрате 3.5. И спрячься там, – Эдуард махнул рукой в сторону грота.
Юлия замерла в небольшом углублении, что природа вымыла за тысячи лет в рыхлой породе. Сердце билось громко, и в ушах отдавалось: «Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук».
Эдуард, пригнувшись, шел по направлению к той поляне, где они заметили движение. Юля следила за его фигурой, парень исчез в зарослях кустарника. Тишина.
Прекратили петь птицы. Не слышно пчел и жуков. Тук-тук. Тук-тук.
Юлия нажала на кнопку рации. Отвечать не спешили.
– Да где вы там? Ответьте.
– Добронравов на связи, – солидный голос дяди Степы снял напряжение.
– Это Юлия Смирнова. Здесь человек какой-то, может, браконьер… Эдик пошел проверить.
– Где вы?
Юля сообщила координаты и замерла. Оставалось только ждать.
Какой-то звук ударил по барабанным перепонкам.
Вскрик.
Не думая об опасности, она побежала к тому месту, где раздался выстрел. Эдуард лежал, уткнувшись лицом в траву, а рядом расплывалось красное пятно.
– Ты как? Что? – можно было не спрашивать.
– Шаман, – прошептал он и закрыл глаза.
10
– Все не то…
Она удалила написанные строки в пятый раз. Буквы расплывались перед глазами.
Каждое утро Юля думала, что ей приснился дурной сон о браконьерах и человеке, погибшем так нелепо. Да почему же нелепо – что за чушь она городит? Эдуард выполнял свой долг, защищал животных… Неделю Юля жила на базе. Гладила по голове Мару: та не ревела, а ругалась, проклинала убийцу и обещала с ним сделать такое… Юля давилась слезами, не спала долгими ночами, вспоминая о каждом миге, проведенном рядом с Эдуардом.
Он завещал похоронить его на «Земле леопарда». Земле, за которую отдал жизнь.
11
– Шаманский Виктор Валерьевич, вы признаетесь виновным в смерти Лисицкого Эдуарда Петровича и приговариваетесь к девяти годам лишения свободы в колонии строгого режима.
Юлия не смогла дослушать приговор, и вышла из зала суда. Прошел год, целый год, убийца, студенческий друг Лиса наказан. Он признался, что не ожидал появления кого-то из сотрудников зоопарка и выстрелил случайно.
Шаман давно исчез из поля зрения однокашников и друзей. Он занялся опасным и прибыльным делом – организовывал охоту для нуворишей, переехал в Китай и лишь изредка возвращался на родину. Шаман заработал хорошие деньги на беззащитных зверях. Шкура, когти, сердце леопарда – все на продажу. Жизни уникальных кошачьих из Красной Книги ради прихотей богачей.
– Пора уезжать, – прошептала Юлия.
12
Солнечным сентябрьским утром младший научный сотрудник национального парка «Земля леопарда» Юлия Смирнова познакомилась с Лили. Кошка вышла на пригорок и без боязни легла на взгорке. Солнце играло на ярко-желтой шкуре, кончик длинного хвоста подпрыгивал, а болотные глаза хитро щурились.
– Он за тебя жизнь отдал, цени, – прошептала Юля, и кошка, будто услышав ее, тихо мявкнула.
Нет, Лили не отвечала, всего лишь звала подросших котят. Пройдет еще месяц, и они покинут мать, начав самостоятельную, полную опасностей жизнь.
2019
Колченожка
1
– Кузенька, иди сюда. Скоро будешь бегать по зеленой травке-муравке, – упрашивала девочка.
Ее гладкие волосы были заплетены в две тугие косы и на солнце отливали рыжиной, словно лисий мех. Утренние лучи играли с молодой листвой, превращали деревья в сказочных существ. Жарки14 полыхали на лесных полянах, так и манили: «Подойди, погляди на мое оранжевое платье». Ветка, прижав нос к стеклу, мечтала оказаться там, посреди леса, срывать цветы и слушать забавных птичек.
Кузя не желал любоваться природой. Забившись под сиденье, он орал, как милицейская сирена, и возмущенно таращил глаза.
– Виолетта, что ты делаешь? Немедленно сядь!
Мать говорила строго, но Ветку не проведешь. Родители давно мечтали выбраться на дачу, «вывезти зверье», посадить грядки.
– Кузю поймать хочу. Вот спрятался, обормот.
Девочка ловила кота, который залез на заднюю площадку машины, гордо именуемой универсалом. Ее косы елозили по пыльному коврику автомобиля, а руки ухватили хвост. Рыжий орал все громче.
– Ветка, что ты там вытворяешь? – повернул голову отец, и его крепкие зубы сверкнули в улыбке.
– Витя!
Громкий крик матери. Удар. Чернота.
2
Белый потолок. Белые стены. Желтая капельница.
Маленькая девочка с трудом разлепила глаза.
– Ну слава Богу! Хорошая моя…
Вета не могла повернуть шею, но узнала родной, чуть хрипловатый голос.
– Деточка, заинька.
Стали видны красные глаза, седые растрепанные волосы, руки в синих узлах вен.
– Бабушка… А мама где? А папа? Позови их. – Вета еле разлепила сухие губы.
Шершавый язык прилип к небу и совсем не хотел ее слушаться.