Элеонора Барон – Наложница. Тайная одержимость повелителя (страница 5)

Да и подвластные нам города уже не справляются. Скоро, конечно, ситуация выровняется. Жирок наши земли наберут, и все будет, но это потом. А сейчас, если девки в Колыбель всё-таки уходить начнут, у нас вообще мало останется.

Наш род Вершителей занимает вот эти земли, —и он пальцем показал на довольно большой, по сравнению с другими тремя, квадрат, примыкающий к черной жирной черте. – А теперь смотрите, какие земли за кем закрепляю, —и они снова склонились над картой.

Жирная красная черта зигзагом разрезала ее наполовину. Видимо, за ней и начинались человеческие земли. Хотя я не была в этом уверена. Что-то было написано на незнакомом мне языке. Его символы напоминали мне руны.

Одну я даже запомнила, ту, что рабыня нарисовала на слое пыли. Язык, чтобы бежать, надо учить. Это я поняла точно. Хотя бы для того, чтобы понять, в какую сторону двигаться. А потом моя нить задергалась, будто зовя меня в тело.

Что-то случилось? И я рванула в барак.

Глава 7

Я летела на всех парах, не понимая, что могло случиться. Я умираю? Или что-то еще? Солнце садилось, окрашивая мир в красные краски. И тут я увидела, что в барак в сопровождении двух обмотанных радхаров входит шаман. Он единственный не обезопасился от заразы. Хотя, может, кулон в виде солнца, блестевший у него на груди, и работал как защита?

Держась на расстоянии, я влетела вслед за ними и зависла около противоположной стены. Шаман пошел по рядам, низко склоняясь над телами девушек, как будто их обнюхивая. Скоро мой топчан. Напряжение, колотившее мою душу, не отпускало меня ни на миг. Проклятье! С того момента, как он меня учуял, этот мужчина вселял в меня безграничный животный ужас. Вот сейчас. Я подлетела наверх к потолку. Что же меня так дергает-то?

И тут я замерла. Мой топчан был пуст. Я не поняла. Шаман пошел дальше. Я заметила, как переглянулись за его спиной двое сопровождающих. Хотя ничего сказано вслух не было, один кивком показал второму на дверь. Тот, пятясь, удалился.

Стоп, а где мое тело и почему, ёлки зелёные, меня так потряхивает? Вот только сейчас я обратила внимание, что серебряная нить не вела меня в барак, а буквально тащила куда-то в лесок. Аааа, и я полетела сквозь кусты в небольшую рощицу.

Нет, нет, нет. Только не это. Этот здоровый мудак, повернутый на моей груди, уложил меня на траву и стал медленно, как будто смакуя, стаскивать с меня одежду. Причем голыми руками. Слышь, озабоченный, не смей! И сам заразишься, и меня подставишь. Меня тогда на цепь в бордель отправят! Не хочу. У меня несколько другие планы на незапланированную жизнь. Я с размаху врезалась в теперь уже свое тело. Даже зацепилась как-то.

Но я не только мяукнуть, пошевелиться не могла. Сходное с этим ощущение ты испытываешь, когда уснул днем. С одной стороны, ты понимаешь, что это сон и чувствуешь свое тело, с другой стороны, Аленушкой на дне реки ощущаешь, когда:

«Тяжел камень на дно тянет,

Шелкова трава ноги спутала,

Желты пески на груди легли».

А бронзовые руки по телу шарят. Я лихорадочно пробовала закричать— бесполезно. Что же делать? Судя по переглядываниям сопровождающих шамана радхаров, они поняли, что я пропала, но, побоявшись признаваться, пойдут меня искать потихоньку. Ну, пустой топчан— подумаешь. Таких в бараке хватало. Найдут, притащат и уложат, только боюсь, потом, при осмотре, обнаружат что я не девушка, и отправят меня понятно куда.

Я аж заголосила в душе от таких перспектив. Нет, не так я себе представляла свой первый раз! Я же и в той жизни девственницей была.

А этот маньяк уже раздел меня полностью, и не так, как раньше в бараке, разрывая на мне одежду, а медленно, сантиметр за сантиметр, оголяя мое тело. Я с трудом разлепила глаза и сквозь маленькую щель в бессилии наблюдала за остекленевшими глазами радхара и физически ощущала прикосновение, его липкого облизывающего взгляда.

Потом он стал стягивать с себя штаны. Глаза резко захотелось закрыть, стоило сфокусироваться на его орудии, вздыбившемся, как конь. Мамочка, я собственными глазами этот орган впервые вижу. Только на видео да на картинках приходилось, тогда, в прошлой жизни. В этой, душой уже конечно насмотрелась, но это так – как понарошку было.

Так, мне надо приоткрыть рот, чтобы вдохнуть воздух. Тогда можно будет попробовать крикнуть, застонать, хоть замычать, но погромче. Бесполезно— челюсти свело, как в судороге.

Бронзовокожая громадина широко раздвинула мне ноги и, опустившись на колени, нависла над моим телом. Такое ощущение, что у него слюни изо рта, сейчас закапают мне на живот. Фу! Уберите его от меня кто-нибудь! Я готова была даже шамана на помощь позвать.

Радхар медленно запустил руки мне под ошейник и сдавил шею. На мгновение, потом отпустил. Еще раз. Ему нравилось ощущать власть над моей жизнью, бьющуюся жилку под кожей. А потом руки медленно поползли вниз, обходя грудь, как когда ты ешь пирожное – самое вкусное оставляешь на потом.

Мозолистые ладони царапали нежную кожу. Большими пальцами он провел по ямкам между ребер. Потом, опершись двумя руками в землю, склонился над животом и языком нарисовал круг вокруг пупка. А потом его ладони опустились мне на низ живота и медленно поползли вниз. Меня заколотило мелкой дрожью.

–-Нет! Нет! Нет! Я не так представляла свой первый раз. Ну да, сумасбродная, но романтическая. Я ж хотела по великой любви, красиво, после предложения руки и сердца.

И тут он забормотал как не в себе:

–Ни волосинки нигде. Только кожица. Мягкая, бархатистая. И лобок, как у младенчика. Не думал, как это приятно.

А потом я почувствовала, как его пальцы огладили мои половые губы. Широко раздвинутые ноги, видимо, давали полную картину для обозрения.

–Какая розовенькая у нас девочка. Не красная, как девка в борделе, а нежненькая, как цветок миндаля весной, и нетронутая. А это что за бутончик? Вишенка для храброго радхара. А если он сейчас лизнет её? Какая она на вкус окажется? Сладкая или с кислинкой?

От понимания того, что дальше последует, меня уже затрясло по-крупному, и рот наконец приоткрылся. Я судорожно втянула воздух и выдохнула его, стараясь издать хоть какой-то звук. Из горла донесся стон. Меня выгнуло.

Радхар, испугавшись, накрыл мой рот своей лапищей и заозирался, шепча:

–Что же ты? Что же ты? Еще рано стонать. Это потом, когда я в тебе буду. Тише, тише.

Его лапа накрыла не только мой рот, но и нос, перекрывая доступ воздуха. Мое тело снова выгнуло. Вдалеке послышались голоса и тяжелые шаги, а мой похититель, вместо того, чтобы бежать решил идти ва-банк.

У него, похоже, башку снесло напрочь. Он, отпустив мой рот, больно сжал груди двумя руками. Я издала еще один стон. Громкий, протяжный, а радхар улегся на меня всей тушей и со всей силы стал тыкать в меня своей палкой. Стащили его в последний момент, и мое тело, обмякнув, опять погрузилось в сон. А я незримым облачком зависла рядом. Оглядела себя. Нет –проникновения не было. Пронесло.

А несостоявшегося насильника начали избивать. Три замотанных радхара просто использовали его как грушу, приговаривая:

– Сбрендил сам и нас еще хотел подставить. Теперь девки на вес золота, а эта во дворец предназначена. Трое уже головы потеряли, потому что не уследили. Сам одной ногой в могиле – голый к девке под заклятьем прикоснулся, так еще и нас бы потом заразил.

Когда похититель обмяк, двое утащили его куда-то в лес, а третий, натянув на меня одежду, сначала прислушался, потом поднял меня, взвалил на плечо, как мешок, и понес в барак. Уже стемнело, никто нам не попадался, и меня аккуратно притащили и положили на топчан. Поправили одежду, вначале так, без церемоний, потом радхар, воровато оглянувшись, запустил руку ко мне за пазуху и сжал грудь.

Вот елки зеленые! Да здесь вокруг сексуальные маньки!

Глава 8

Да что происходит! Ребята, блин, отойдите от меня. Хорошо, что снаружи донесся шорох, и мою намятую грудь наконец отпустили. Радхар покинул барак и, закрыв дверь, повесил на неё огромный амбарный замок.

Из меня, как из шарика с гелием, воздух выпустили, и я опустилась на изголовье.

Мне нужен план. Чёткий план действий. Хотя это, наверное, потом, сейчас, пока есть возможность, нужна информация. Лети, Катюня, и превращайся в большие уши и глаза. Подготовиться можно только пока ты спишь. Потом—неизвестно что будет. Правда, сейчас, наверное, уже все улеглись, поэтому давай, девушка, мозги включаем.

Я поежилась, вспоминая долгий сегодняшний день. Нормальный бы человек в тоску зеленую впал, как я после того великого облома в моей в личной жизни. Первого облома, надо сказать. Как-то у меня не складывались раньше отношения . Всегда своим парнем была для всех, хотя мечтала о большой и чистой любви, как та селянка. Но, один раз получив удар под дых, вот прямо чувствую, что изменилась. Эволюционировала, так сказать, после смерти.

Кем была? Веселушкой, умной, да—вспыльчивой, но, мечтательницей редкостной. И это надо признать. Меня обидели. А кто? Леха?

Так он даже не поцеловал меня ни разу. Оборачиваясь назад, понимаю, что да, конечно, он был со мной не честен, но многое я сама себе дорисовала. И фату на голове, и ипотеку, и дачу за городом. Тьфу на себя. Дура. Намечтала себе мужика.

Теперь никаких иллюзий, не до этого. Все—мыслим реалистично! Сейчас судьба мне даровала второй шанс, и я не должна его профукать. Хотя не понимаю, как. Меня засунули в задницу, бронзовую, и я мало понимаю, как мне из неё выбираться. Но это пока – я же умная, я же книги читала в больших количествах.