Елена Золотарева – В плену Хранителя (страница 30)

— Может, это и правильно. Быть полицейским просто. Ты выполняешь свою работу, в которой все ясно: убегают — догоняй, сопротивляются — стреляй. Все честно. Без лжи.

Профессор поднял бровь, явно несогласный с моим мнением.

— Иногда и ложь во благо… — спокойно ответил он.

— Нас вели по ложному следу, и чем глубже в века мы погружались, тем больше нас путали. А теперь должны как-то с этим жить.

— Девочка, мы всегда знали больше, чем обычные люди. И нужно смириться с тем, что есть инстанции выше нас, они знают то, чего не знаем мы. И им решать, что верно, а что нет. А мы с тобой не боги. Мы ученые. Подумай над этим.

Мы сидели еще минут пять, думая каждый о своем. Относительно теплый весенний вечер был тихим и не предвещал беды. А ночью она все-таки пришла.

Глава 19

— Место, где расположена база инопланетных кораблей так тщательно скрываемая от людей долгие годы, взято в кольцо окружения. Военные и самые обычные люди требуют от существа, называющего себя Хранителем, покинуть Землю.

От слова «существа» меня передернуло.

— Они назвали Хранителя существом! — возмутилась я, осознавая, что слишком уж бурно реагирую.

— Защищаешь его… — констатировала Марьяна, зашивая детские колготки.

— Вовсе нет! — огрызнулась, отворачиваясь.

— Малена, в этом нет ничего плохого. Ты знаешь его лучше, чем кто-либо на нашей планете. Он стремился не к этому…

Она мельком взглянула на экран, где транслировали видеозапись сумасшедших, пикирующих места бывшего пограничного контроля. Их были тысячи, и ни один из этих людей не знал, что их ждет, если Рэй сделает то, о чем они так кровожадно просят.

В мире началась самая настоящая резня. И чем меньше времени оставалось до референдума, тем больше людей, настроенных «за» власть Хранителя, отправлялись в свой последний путь. Хоронить их было негде, а крематории с задачей не справлялись. Поэтому, погребальные костры разжигали прямо на улицах.

— Мы связались с бывшими представителями спецслужб, которые долгие годы успешно скрывали от народа правду. Что вы можете сказать о Хранителе?

Трое молодых людей стояли перед репортером в форме правительственных сил. Но на месте шевронов — знаках принадлежности к власти, были дыры. Значит, и эти продались.

— Хранителя мы не видели. Но то, что в этих местах творится чертовщина может подтвердить каждый, кто нес службу на границе.

Я вспомнила троих нордов, что прыгнули со скалы, и тут же в голове прозвучал голос сопровождающего:

«Они закончили службу здесь, но так и не смогли вернуться к прежней жизни. Это место высасывает. Оно не оставляет шанса жить, как нормальный человек. Почти каждый из тех, кто служит на границе, кончают жизнь так»

И в этот миг все сложилось. Эмоции, вот, что им нужно в первую очередь. Те, кто хочет захватить власть, делает все ради того, чтобы мы, земляне, кормили их своими эмоциями! Шед — брат Хранителя, не скрывая, говорил о том, что я стала бы лучшим десертом для него.

Вспоминая свои ощущения рядом с этим страшным человеком, руки покрылись мурашками. А он, наверняка, не единственный желающий пожрать за чужой счет. Если они захватят Землю, люди станут их донорами, и этот ад будет продолжаться бесконечно, потому что боль и страдания самые яркие чувства. Нас провоцируют на ненависть, разжигают вражду, только для того, чтобы использовать как неиссякаемый источник астральной энергии, приносящей удовольствие разным тварям.

Я отпила воды, под звонкое клацанье зубов о стакан.

— Можно подробнее? — не унимался журналист.

— С позволения Хранителя на Землю прилетали инопланетные корабли. Мы часто видели неопознанные объекты на территории. Нам не известно, с какой целью, но учитывая, сколько людей пропадает без вести ежедневно, и с какой скоростью истощаются ресурсы нашей планеты, нетрудно догадаться. Он продал нас.

Я не выдержала этого бреда и швырнула стакан об стену. Идиоты! Да если он отступит, нас вынудят ненавидеть друг друга, будут с упоением наблюдать, как мы перегрызаем друг другу глотки, как сын ненавидит отца, как друг предает друга. А Рэй вас оберегает от этого дерьма!

— Малена! — Марьяна вскрикнула, подбежала ко мне, схватила за руки.

— Они с ума сошли! — билась в истерике я, понимая, что этому кошмару не будет конца.

«Иногда приходится вернуться, чтобы исправить ошибку»

— Я должна вернуться… — сникая прохрипела я, и, нащупав рукой стул, села, роняя голову в руки.

Марьяна только гладила мои волосы и ничего не говорила, будто боялась помешать ходу моих мыслей. Но их и не было. Я просто чувствовала, что должна сделать это.

На этот раз я летела к Хранителю не частным бортом класса премиум. Плелась на попутках — общественный транспорт ходил нестабильно. Города на время бунтов закрывали, и иногда приходилось продолжать движение в объезд, но чаще нужно было ждать, пока все утихнет. Уровень стресса зашкаливал, но через неделю моего путешествия, я уже не дрожала при виде групп с оружием, а спокойно шла дальше, делая вид, что меня здесь нет.

«Я спокойна. Мои эмоции под контролем. Я только думаю, не чувствую.»

И странно, но это срабатывало. Меня не трогали, хотя другим в одиночку путешествующим женщинам везло меньше. И как бы не было мне их жаль, как бы не хотелось реветь от обиды, из последних сил я контролировала свои эмоции, чтобы не кормить ими зло, учинившее беспредел на моей планете.

А вот добраться до границы, не составило труда. Кажется, не было человека, который не знал, где находится оплот самого древнего города, сохранившегося на планете.

В распоряжение борцов, выступающих за лишение Хранителя полномочий по защите Земли, попали карты и планы подступов к городу. И теперь их люди стояли в оцеплении, принимая в свои ряды всех желающих. Одной из которых я и представилась.

Добраться до Рэя у «Землян», как они себя называли, была кишка тонка. Границу-то они оккупировали, а пересечь ее не могли. Ни по земле, ни по воздуху. Неведомая сила не пускала никого из них, а, особо наглых просто сводила с ума необъяснимым оружием. Вот и терлись эти бандиты в предгорье, не имея возможности двинуться дальше, к сердцу древних территорий.

Уже через сутки пребывания здесь, я поняла, что эти фанатики щедро снабжаются запрещенными веществами и алкоголем, а «идейные вдохновители» неустанно программируют участников группировки на ненависть, побуждая как можно скорее расправиться «со злом». И один из них именно сейчас собирался «подружить» меня с их правилами.

Памятуя мои отношения с алкоголем, я очень боялась, что, стоит принять стимулятор, как меня понесет на приключения, и спокойствие, в котором я пребывала последние дни, не смотря на обстоятельства, быстро иссякнет. А без эмоций было и правда легче. Я отстраненно смотрела на происходящее вокруг и нутром осознавала, что чувствуют люди и что намереваются сделать в следующую секунду. Понимание того, что я каким-то чудом все же считываю мысли окружающих, росла день ото дня, придавая уверенности в своем превосходстве над ними. Я опережала их на шаг, и этого хватало, чтобы говорить и действовать обдуманно, не вызывая подозрений.

Старший нашей группы «Землян» лениво поднялся с места, и я мысленно усмехнулась тому, что оказалась права.

Он остановился между мной и костром, жар которого я жадно впитывала после купания в ледяной речке. Я сидела на поваленном дереве, помешивая растворимый кофе в походной кружке, и пить ничего кроме не собиралась.

— Выпей! Приобщись к народу, — он выбил кружку из моих рук, и кофе опалил место почти зажившего ожога на ладони, пробирая до костей. Я с трудом подавила возмущение. За «козла» могла и по лицу получить, поэтому пока лучше было молчать и делать то, что велят. Он протянул фляжку с болтающейся на цепочке крышкой, и в нос ударил запах дешевого виски.

Его скользкий взгляд оставлял мерзкое ощущение, от которого хотелось помыться, а широко расставленные ноги и пах прямо перед моим лицом, так и вовсе вызывали тошноту.

— Я всегда с народом, — прохрипела, забирая из сухих цепких пальцев пойло, — особенно, когда есть ради чего!

Понимая, что мой отказ может послужить причиной, чтобы выгнать меня из группы, а этого допустить было нельзя, я набрала в рот огненной воды, в процессе осознавая, что его желания на этом не заканчиваются. Сейчас он позовет дружков, и это уже попахивает серьезной проблемой. Наблюдатель внутри меня запаниковал.

— Глотай! — зарычал главный, до боли сжимая пальцы на моей челюсти, — быстрее расслабишься. Тут желающих на тебя, — он мотнул головой на компанию таких же тварей, как и он, большая часть которых уже была не в себе, — и надо каждому сделать приятно. Ты же для этого сюда пришла?

Улыбка, больше похожая на оскал, сама поплыла по лицу. Я медленно прикрыла веки, изображая предвкушение оргии. А в голове тем временем рождалось четкое пожелание недолгой и несчастливой жизни этому ублюдку.

— Хорошая шлюха! — он убрал пальцы, больно впивающиеся в челюсть, и боль тут же отступила, — меня первым обслужишь! — похлопал по щеке, как послушную псину, и дернул ширинку, вываливая кривой член перед моим лицом, — соси!

Чувствуя, как в центре головы начинается зуд, я громко проглотила алкоголь, и замерла, пока жар стекал по горлу. Ощущение можно было бы назвать приятным, но эта дурно пахнущая хрень, качающаяся перед носом, все портила.