Елена Золотарева – Тайна императора (страница 5)

Манурец посмотрел так плотоядно, мускулы на груди дрогнули, и шея напряглась. Он будто боролся с желанием что-то сделать, и, наконец, не выдержал. За пару шагов оказался рядом, мягко обнял мое лицо и поцеловал.

Так нежно и нетерпеливо. Будто так долго ждал этого, а теперь не может отпустить. Я чувствовала его желание меня поглотить, присвоить, свести с ума окончательно, но также чувствовала его сдержанность и страдание от этого. И это подкупало, не меньше умелого поцелуя. С трудом оторвавшись, он посмотрел на меня так, будто я – вся его жизнь. А я не могла отдышаться, и понять, почему он разорвал такой прекрасный поцелуй.

— Прошу прощения, рэя Мила. Не смог сдержаться. И еще. Теперь вы живете в моей каюте.

Он покинул каюту прежде, чем я начала соображать.

3. Переезд

— Как чувствуете себя, рэя Мила?

Доктор входил так стремительно, что на меня ветром подуло.

— Спасибо. Уже лучше. Немного шея болит.

И губы зудят, требуя продолжения поцелуя.

— Место укола скоро заживет. Вам нанесли лечебную сыворотку. И у меня для вас радостная новость! Вы можете вернуться к дочери.

К дочери мне вернуться очень хотелось, только вот не совсем понятно, манурец про свою каюту пошутил, или мы и правда теперь у него проведем весь полет.

— В каюте Рэя Анвара вам больше ничего не угрожает. С ним вы под надежной защитой.

Вот и приплыли. Все-таки не пошутил. Но на каких основаниях, простите? Кто он вообще такой, чтобы я с ребенком селилась в его каюте?

— Я хотела бы вернуться к себе.

— Это исключено. Ваша каюта опечатана.

— И других свободных, конечно же, нет? — скептически улыбнулась.

— Рэя Мила, — врач подошел ближе и доверительно сжал мою ладонь, — на вас покушались. Все, что произошло, не просто сбой в системе.

— А что?

— Я не могу вам сказать большего. Да и не знаю толком ничего. Моя ответственность – здоровье вас и Миры. Остальное не в моей компетенции.

— Судя по всему, остальное в компетенции полуголого мужчины, что постоянно крутится вокруг нас, — мои зубы скрипнули от злости. Как же мне надоел этот манурец!

Доктор смешливо хмыкнул на мои слова, но тут же вернул серьезность.

— Его зовут Анвар-идо.

— Только имя дает право вмешиваться в это дело? — я ждала длинный список званий и заслуг, но доктор был немногословен.

— Его имя – да.

Нервно передернула плечами.

— Лично мне его имя ни о чем не говорит.

— Это он обнаружил вас в коридорном отсеке. Он и принес сюда. Если бы не он, ваше состояние сейчас было бы куда хуже.

— Что со мной произошло?

— Я не могу пока ответить точно. Но вам уже ничего не угрожает. Кровь очищена. Лечебный коктейль вы сможете принять уже в каюте. Рэй Анвар-идо позаботится о вашей безопасности. Его каюта оснащена всем необходимым.

— Вы серьезно? Я должна жить в его каюте?

— А что вас беспокоит?

— Его внешний вид! И …то, что он позволяет себе!

— Внешний вид соответствует его статусу, — пояснил доктор, — у вас еще будет время изучить традиции манурцев. А, если останутся вопросы, уверен, рэй Анвар-идо с удовольствием на них ответит.

Ну и что делать мне? Не соглашаться же на переезд к этому полуголому статусному инопланетянину?

— Знаете, я передумала, — я легла на кушетку и потянулась за проводами, чтобы самостоятельно приклеить их к себе, — у меня все же болит голова. И слабость. Тошнит еще. В общем, я должна остаться в медкаюте.

Врач подошел и стал убирать присоски, которые я цепляла, куда ни попадя. Спокойно так, с доброй улыбкой, собирая датчики в руку.

— Вы здоровы! — просиял, когда провода закончились, и развернул планшет с результатами обследования в подтверждение своих слов.

— И все же я полежу еще немного. Тут кровать такая чудесная!

— Я подниму вас вместе с кроватью, — серьезный тон манурца, взявшегося из ниоткуда, заставил вздрогнуть. Эта громадина стояла посреди палаты, сверкая узорами в очертаниях мускул.

— Не сомневаюсь, — хмыкнула, глядя на гору мышц, и отвернула голову.

Но не выдержала и половины минуты. Манурец прожигал во мне дыру своим взглядом.

— Вы не отстанете! — скомкала простынь, которой была укрыта, и отбросила ее в ноги, показывая, как меня бесит этот самоуверенный тип.

— Как приятно встретить женщину, которая тебя понимает! — издевательски улыбнулся он и подхватил меня на руки.

— Эй! — я шлепнула по его плечу, и ладонь буквально прилипла к шелковой коже. Она была такой гладкой, горячей, что ее хотелось трогать, почесывать ноготками, очерчивать узоры, горящие золотом.

— Ну вы же сами сказали, что голова кружится. Травмы нам ни к чему.

Я выдохнула и расслабилась. Невозможный мужчина!

На руках меня не носили уже…Да никогда не носили меня на руках! Детство не считается. Но сейчас, вместо того, чтобы наслаждаться процессом, я все равно ищу подвох. Ну не привыкла я к красивым жестам от мужчин, а, если и были они, заканчивалось все до противного банально – намеками на секс без обязательств.

Я посмотрела на напряженное лицо мужчины, что целовал меня несколько минут назад. Ну почему он нянчится с нами? Ему бы сидеть в окружении девиц из своего гарема, наслаждаться тем, что каждая по щелчку пальцев приползет и сделает все, что тот пожелает. А он…водит хороводы вокруг меня. И радоваться бы…только в чем подвох? Еще и покушение это. Кому понадобилось от меня избавляться? А может…

Я сощурила глаза и перестала дышать. А что, если это он? Подстроил все так, чтобы я переселилась в его каюту. Только вот зачем я ему? Даже в голову не приходит.

— Какие украшения вы любите, рэя Мила? — неожиданно заговорил манурец, и его низкий, даже рокочущий голос, вибрацией отозвался в моем теле.

— В смысле? — опешила я, — зачем вам?

— Хочу, чтобы вы думали о приятных вещах, а не искали причинно-следственные связи, и уж тем более не подозревали меня в чем-то.

— Вы что, мысли читаете?

Я уставилась на его мужественное точеное лицо, а он остановился и прижал меня к себе чуть сильнее. Мы смотрели друг на друга и молчали. Мерцание в его глазах завораживало, и внутри меня, где-то в области сердца, отзывалось трепетом.

— Так все же, какие? — негромко повторил свой вопрос, а я не могла отвести взгляда от его красивых губ.

«Поцелуй меня еще разок…» — повторяла про себя каким-то страдальческим тоном, — «Ты же читаешь мысли! Поцелуй…»

И сердце остановилось, когда он потянулся ко мне…

— Мама! Мама! Ты как невеста!

Из дверного проема выпрыгнуло мое чудо, нарушая такую чувственную тишину, возникшую вокруг нас. По всей видимости, Мира уже обосновалась в каюте манурца.

— Жених и невеста! Жених и невеста!

— Мира, прекрати! — попыталась вывернуться, чтобы пригрозить ей пальцем, а она скакала вокруг нас и кричала еще громче. Манурец никак не реагировал на баловство девчонки, только крепче держал меня, чтоб не выскользнула из его рук.

— А вы женитесь на моей маме?

— Мира! — зарычала на дочь, с трудом сдерживаясь, чтобы не перейти на крик. Еще не хватало, чтобы этот самоуверенный Анвар подумал, что мне нужен муж.

— Конечно, пилик. Если твоя мама не будет против, — подыграл он дочери.

Что???