Елена Золотарева – Тайна хранителя (страница 3)

Красный фонарь мы покинули без проблем, если не считать проблемой того мутанта, которого мы были вынуждены взять с собой. Всю дорогу я то и дело косилась в его сторону, ожидая, что он резко, как в фильме ужасов, откроет глаза, и они снова станут светиться. Но тот был в отключке. Подозрительно. Не так сильно я его ударила.

Но было еще кое-что странное. Каждый раз, когда я отворачивалась, чувствовала на себе его дыхание. Медовая нега окутывала своим теплом, и хотелось прильнуть к сильному мужскому телу и никогда не разжимать рук, что крепко обвивают сильный торс.

Наверное, Рискины флюиды на меня так действуют.

Несколько минут полета проходят в тишине. Риска за штурвалом, я тупо пялюсь в черное бесконечное пространство в иллюминаторе. Только сейчас понимаю, что весь вечер я не чувствовала головной боли. Утром было немного, но так происходит всегда, когда я на задании. Наверное, отвлекаюсь. Но теперь-то что? Самое время разболеться.

Прислушиваюсь к ощущениям, но в голове тишь и благодать. Я, наверное, в детстве так себя не чувствовала, как сейчас. И хочется плакать, потому что жизнь без боли есть! Но я уже как параноик жду ее прихода.

— Да не грусти ты! — Риска отрывает взгляд от приборов и сжимает мою ледяную ладонь, — ну сорвалось, ну бывает.

Она хоть и повернутая на теме парней, но добрая и душевная. Умеет сочувствовать, и, глядя на нее, кажется, что все твои печали она себе готова забрать.

Отмахиваюсь, избегая смотреть ей в лицо. Знаю, что сейчас разревемся как дурочки, а мы вообще-то капитаны на задании. Так что, отставить сентименты!

— Может вернемся? — скулю себе под нос, понимая, насколько это будет глупо, но надежда закончить дело еще теплится. Все же, уезжать не солоно хлебавши, ой как не хочется.

Риска делает вид, что не слышит. Что толку обсуждать заведомо неудачную идею.

— Ладно. Пойду душ приму. Перед начальством надо предстать в форме агента, а не проститутки.

— А меня с этим оставишь? — косится на тело в отключке и достает из-за пояса лазер. Ну чтоб в случае чего долго не копаться.

— Да пьяный он! Спит, — успокаиваю коллегу, пока снимаю парик и укладываю его в сумку. Мне понравился, может, пригодится еще.

Распускаю собранные под сеточку волосы, встряхиваю их пальцами и стону от приятного ощущения свободы. Избавляюсь от туфель и, глядя на их растерзанную подошву, швыряю в шахту для мусора. Достаю пакет с бельем и вдоль стеночки, чтобы не коснуться инопланетянина, пробираюсь в сантехнический отсек.

Стоит откатить дверь, как мужская нога, прислоненная коленом к стене, меняет положение, и дверь оказывается заблокированной. Теперь ее не закрыть. Черт! Ну как я не продумала такую ерунду!

Пытаюсь сдвинуть ногу, чтобы принять душ за закрытой дверью, но она будто в пол вросла – не шелохнется. Окей, устроим общественную купальню.

Вхожу в отсек. В помещении полтора на полтора уместился унитаз, раковина с полкой и душевая кабинка. Правда, она настолько узкая, что мыться в ней только на вдохе. Ну или это я такая большая. Не зря, наверное, из балета выгнали. Сказали: «Для балета бог создал миниатюрных женщин. А ты, Винтер, со своим ростом нам не подходишь!» Видимо, сто восемьдесят многовато не только для балета, но и для кабинки космокатера.

Протискиваюсь внутрь, не без удовольствия снимаю униформу жрицы любви, потом кружевное белье и отправляю его следом за каблуками. И кто придумал, что женщины должны так мучиться? Да не один мужчина не напялит на себя эти колючие трусы, врезающиеся в задницу!

Нажимаю на кнопку подачи воды и отскакиваю, напарываясь задом на металлическую раковину. Ледяные брызги больно кусают кожу. Может, ну его, этот душ? Но вода почти сразу теплеет, да и на ногах малиновые пятна от пролитого коктейля, их все равно надо смыть.

Душ узкий, чтобы наклониться, надо развернуться так, чтобы пятая точка выпирала из кабинки, а с моим ростом, и из двери в душевую. А там, на минуточку, инопланетный товарищ почивать изволил. Очнется, откроет глаза и увидит мои пышные булочки со всеми подробностями над своим лицом! Да и ладно. Не мои проблемы.

Пока моюсь, то и дело поглядываю на мужчину. Его лицо расслаблено, и только губы застыли в легкой, едва заметной улыбке. Красивые губы. Не тонкие, и не слишком пухлые. Щетина ухоженная, но бородой ее пока не назовешь. Тени падают так, что лицо кажется рельефным, с острыми скулами и впадинами на месте щек. С одной стороны, страшно, но нереально красиво. Волос не видно под капюшоном, но мне кажется, что они темные и густые, как и на лице. Да и какое мне вообще дело, какие у него там волосы! Обычный инопланетянин гуманоидного типа. Другие в наших местах редко встречаются.

Отключаю подачу воды, тянусь за полотенцем и промакиваю верхнюю часть тела. Кусочек ткани настолько мал, что мгновенно пропитывается водой, и приходится взять второе. Второго хватает тоже не на много, а третьего попросту нет.

Стряхиваю остатки воды со ступней, влезаю в удобное хлопковое белье и пытаюсь выйти из душевого отсека.

Мужчина в той же позе. Не объедешь! По нему ступать что ли? Нет уж! А вдруг опять засияет, если дотронусь.

— Зима, ты это видишь? — глаза Риски увеличиваются раза в три. Она становится похожей на героиню японского мультика для взрослых. Так и закричит сейчас «Харимееее», высунет язык и затрясется в сладострастных конвульсиях.

Отслеживаю ее взгляд и чуть язык не проглатываю. У мутанта эрекция. Нет, не так. У него ЭРЕКЦИЯ! И ткань свободных штанов ее никак не сдерживает.

— Там точно член, а не кол от походной палатки? — скептически поднимаю бровь, стараясь казаться максимально не заинтересованной. Но взгляд приклеен намертво, и щеки краснеют.

— Я хочу запечатлеть это чудо себе на память! Распечатаю и над кроватью повешу! Где моя камера? — вздыхает юная адептка культа фаллоса, шарясь по карманам.

— Ищи-ищи, — ворчу на подругу, — если вдруг рухнем в океан, потому что ты не следишь за дорогой, а пялишься на половой орган инопланетного мужика, сможем сделать из него мачту. А тебя сверху посадим. Будешь кричать: «Полундра!»

Я конечно сыплю колкими шуточками, но это у меня так истерика проявляется. От увиденного я в полнейшем шоке. И восторге, чего уж скрывать.

Прокашливаюсь и заношу ногу, чтобы переступить ЭТО, но мокрые ноги скользят, разъезжаются и… я почти сажусь на возбужденный член! Между моей промежностью и крупной головкой пениса остается не больше пары сантиметров.

За эту миллисекунду успеваю вспотеть так, что можно возвращаться под воду. На этот раз ледяную.

Пока ищу опору, чтобы собрать свои конечности, член вздрагивает, а потом спящий инопланетянин подтягивает согнутые ноги. Колени толкают меня под зад, и я падаю на него всем телом, даже не успев подставить руки.

— Полундра! — орет Риска, сгибаясь пополам от смеха.

Вот сучка!

Парень снова весь поблескивает, и видно, как сквозь закрытые веки светятся глаза. Жутковато, особенно, если учесть, что мы в открытом космосе, и никто на помощь к нам с Риской не придет. То, что я уложила этого бугая одним ударом в челюсть, еще больше настораживает. Вот вообще не верится, что это его могло выключить. Такого танком переедь, выживет. Кстати, как и того, что обломал мне все дело с Дадо. Интересно, как он там после потасовки со сборной бандитов? Совесть его не мучает?

Концентрируюсь и делаю вдох-выдох. Руками упираясь о стены, поднимаюсь. Наконец-таки, преступаю через ЭТО и иду к креслу, где лежит дорожная сумка. Старательно отвожу глаза от мужчины, но они живут своей жизнью и хотят пялиться туда, где он лежит. Ну должна же я контролировать его состояние!

Достаю из мини-саквояжа униформу.

— Может, он писать хочет? — не унимается Риска, — знаешь, у них такое бывает.

Подкатываю глаза. Тоже мне спец по мужским хотелкам!

Но делу время, а ржать уже хватит. Отлично владея собой, Риска быстро собирается, возвращает себе серьезность капитана воздушного судна и начинает переговоры с Хокмой, прося разрешение на посадку.

Надеваю форму международных космических войск. Узкий пиджак, подчеркивающий грудь и талию, юбка карандаш. Я без ума от того, как она сидит на моей фигуре, но на Земле другая форма. Неудобная, топорная. Радуюсь, что выпадает возможность хоть иногда надеть что-то красивое. Правда, балетки все портят, но только они влезли в сумку. Наскоро заплетаю косу и занимаю кресло рядом с коллегой как раз тогда, когда наш катер входит в атмосферу. Бросаю последний взгляд на инопланетянина. Надо бы узнать, что за раса. Чисто ради интереса.

На Хокме нас встречает патруль. Чудика сдаем местным стражам порядка кратко описав суть дела, и, подписав документы, пересаживаемся на корабль дипмиссии. Ждем вылета больше часа, хотя он должен был уже состояться. Риска уходит узнать, в чем дело, а возвращается белая, как мел.

—Этот-т-т…которого мы…с собой…

Сердечко начинает сбоить. Чтобы Риску вывести из равновесия, надо очень постараться, а значит, случилось что-то из ряда вон.

— Он исчез сраз-зу, как только его одного в камере оставили.

— Ну? А вылет почему задержали? — нервничаю я, не видя связи.

— Потому что теперь мы подозреваемые.

— В чем?

— В том, что, пользуясь служебным положением, завезли на Хокму шпиона.

Закрываю глаза и пытаюсь считать до десяти. Не получается. В голове пульсирует лишь одна мысль. Чертовы глиттермены![1]