Елена Золотарева – Обещанная Тьме (страница 4)
Первый замок, второй, третий, цепочка…Белая дверь с латунными замками наконец поддалась, и я оказалась снаружи.
— Я вернусь и обязательно выслушаю тебя!
— Стой, тебе говорю!
— Пока-а-а!
Я захлопнула дверь и с облегчением выдохнула. Дедушку я любила, но эта его паранойя…
Яркая вспышка молнии осветила кукольный дворик, и я побежала к калитке, вжимая голову в плечи, в ожидании грохота. Раз, два, три, четыре…Раскат необычайной силы заставил вздрогнуть землю, от чего она еще с полминуты продолжала жалобно гудеть. Страшно.
Конечно страшно. Но это просто гром. Самый обычный гром, а никакие не посланники Тьмы, как говорил дедушка.
3. Псих какой-то
За калиткой меня уже ждал прислоненный к каменной ограде старенький, и верный друг – мотороллер. Купив его только из-за невероятного мятно-бирюзового цвета, я не ожидала, что он прочно войдет в мою жизнь, став спасением. По узким улочкам нашего городка передвигаться на нем намного удобнее и быстрее, нежели на велосипеде или пешком. Характер у него, правда был не столь мягкий, как его внешний вид. Стоило завести эту конфетку, как она издавала звериный рык, заставляя громких итальянских бабушек умолкать и содрогаться.
Примерно на середине пути, именно в тот момент, когда я проезжала мимо опустевшей центральной площади с фонтаном, гроза меня все же настигла. Будто кто-то сверху просто открыл все краны.
Молить ливень немного подождать пока я доберусь до места было бессмысленно. Все умные люди уже разбежались по домам и укрылись от дождя. Осталась одна я, за пять секунд промокшая насквозь, и огромная пустынная площадь.
Я не видела дороги, стена из дождя не давала возможности сориентироваться, и ехать дальше было опасно.
— Не переживай, малыш, я вернусь за тобой!
Я слезла с мопеда, и бросив его у фонтана, побежала в сторону зданий.
Сквозь серую стену дождя я мельком заметила красно-белую маркизу кондитерской и устремилась в ее сторону. Одним прыжком я преодолела лужу и оказалась у дверей кофейни с надписью «закрыто».
— Вот тьма! — выругалась я, прислоняясь лбом к стеклянной двери.
Спасибо за то, что пережду непогоду под навесом. Все же лучше, чем мокнуть, хотя, куда уж больше.
— Не упоминай имени её всуе, — глубокий голос прозвучал за моей спиной, отдаваясь гулкой вибрацией в теле. Будто колокола звонят. От неожиданности я замерла, — прохладно, возьмите мой плащ.
Мурашки побежали по обнаженным мокрым рукам, будто он шептал мне прямо на ухо всякие нескромности, а не просто предлагал свой плащ, стоя в полуметре от меня. Мне так хотелось обернуться, чтобы увидеть ЕГО. Обладателем такого невероятного, бархатистого баритона мог быть только какой-нибудь сказочный принц! Но так не хотелось разочаровываться, и я продолжала стоять, прилипнув лбом к стеклу.
— С чего вы взяли, что я замерзла? — пусть, пусть он скажет еще что-нибудь!
К мурашкам добавилась дрожь в коленях.
— Вы промокли и…— я чувствовала, что он разглядывает меня, — у вас мурашки, — будто улыбаясь добавил он.
Ох, если б он знал, что мои мурашки не от холода – на улице как минимум плюс 25, а от его голоса.
Внутри все запротестовало. Я должна увидеть его, иначе, моя бурная фантазия уже разыгралась на столько, что ни один мужчина в мире не сравнится с тем, что возник в моих мыслях. Я резко обернулась, и мой взгляд уперся в невероятной красоты пальцы, сжимающие черный плащ. Такие крепкие, ровные со светлой гладкой кожей. Даже темные волоски на тыльной стороне ладони и выпирающие костяшки выглядели слишком волшебно. Никогда бы не подумала, что стану пялиться на мужские руки. Но я же художник! Это для дела! Просто запоминаю! Вот там и браслет необычный: черный, с бирюзовым отливом. Лабрадорит, наверное.
Найдя нелепое оправдание своему внезапному выпадению из реального мира, я с облегчением выдохнула, но легче стало ненадолго. В поле моего зрения попал вырез черной рубашки, из которого выглядывали короткие черные волоски. И складки ткани на широкой груди, крепких плечах… Я зачем-то облизнула губы, только потом поняла, как могло это выглядеть со стороны. Надеюсь, он не подумает, что…
Взмах рук, и я оказалась укутанной в сухой теплый плащ и аромат незнакомца.
— Решили прогуляться под дождем? — он бережно достал мокрые волосы из-под плаща и поправил воротник, укутывая меня плотнее.
Еще никогда ни один мужчина не проявлял заботы обо мне. Дедушка и Воран не в счет.
— Так же, как и вы, — я опустила голову, пряча раскрасневшиеся щеки, и украдкой вдохнула густой аромат меда и сандала, исходящий от воротника.
Мужчина стоял так близко, что я чувствовала, тепло его тела даже через плотную ткань. И все-таки, сравнится. Даже переплюнет. Вот этот. Впервые в жизни я признаю, что моя фантазия потерпела поражение. Она просто блеклая обыденность по сравнению с этим мужчиной. И дело даже не в идеальном теле. Аура, энергия, мощь…эти едва уловимые вещи значат куда больше, чем идеальный профиль или бицепс размером с банку.
Он ничего не ответил. Стал рядом, плечом к плечу. А я то и дело косила глаза в его сторону, чтобы рассмотреть, но повернуть голову, было неловко.
Тишина раздражала. Мне не терпелось снова услышать его голос, я ждала, что он заговорит, или хотя бы представится, но он молча всматривался в мокрую завесу, пока я разглядывала его самого.
Высокие ботинки на ребристой платформе были идеально чистыми, будто их носитель не попал под дождь. Брюки необычного кроя, подчеркивающие мощь его ног, но в то же время свободные, десяток цепочек, карабинов и металлических перьев, свисающих с ремня, похожие на украшение, но и на оружие. Закатанные рукава рубашки открывали мужественные руки, испещренные венами и тугими сухожилиями. Неужели руки – мой фетиш?!
— Вы не местный?
Я чуть было не шлепнула себя по губам за эту дурацкую попытку заговорить, и даже надеялась, что он не услышал меня, но он ответил почти сразу.
— С чего вы взяли?
— Ваша одежда…она немного отличается от той, что носят в нашем регионе. И…— Ой-ой-ой! Что я несу! Лучше бы просто сказала «спасибо за плащ».
— Продолжайте, мне интересно, — он повернулся ко мне, скрещивая руки на груди, будто специально, чтобы мне лучше было видно.
Внутренне собравшись, я решительно перевела взгляд кверху, чтобы он не подумал, что я пялюсь. Но его лицо…
Я пыталась рассмотреть его, а черты постоянно менялись, ускользая от моего взгляда. Оно напоминало многих знакомых мне ранее людей, но тут же менялось, завораживая и вводя в транс. Говорил дедушка, не баловаться с линзой!
— Ваше лицо…
— Что с лицом?
— Оно какое-то волшебное, чтоли. Простите! Наверное, я говорю ерунду.
Стоять рядом с этим человеком было невыносимо. Несуразица, которую я несла, была результатом какого-то странного воздействия на меня: то ли аромат мужчины, то ли исходящее от него тепло, вызывали во мне необъяснимое чувства трепета. Он был почти на голову выше, и его широкая спина закрывала меня от дождя и ветра, врывавшегося внутрь нашего крохотного укрытия. Между нами будто искры летали! Мы вдвоем, спрятанные ото всех, стоим так близко, что стоит мне стать на носочки, или ему наклониться, то мы смогли бы поцеловать друг друга. Идеальное первое свидание!
Полин!
Мысленно я одернула себя. И пока внутри кипела борьба прагматика с мечтателем, он лишь уверенно стоял и мило, даже в чем-то снисходительно улыбался.
— Я поняла! Вы актер! У нас снова снимают кино? Угадала?
Он весело хмыкнул, чуть запрокинув голову назад, но ничего не ответил, и я почувствовала себя еще большей дурой. Хотя, куда уж больше…
Струи воды лились с козырька маркизы, под которой мы укрылись от дождя. Серая водяная завеса отделяла нас от остального мира, и холодные мелкие брызги попадали на щиколотки. Ни просвета, ни надежды, что ливень кончится в скором времени. Но стоять рядом с этим человеком, сгорая от стыда и такого непривычного для меня трепета, было невыносимо. Я глубоко вдохнула, набираясь решительности, дернула плечами, сбрасывая плащ, и сделала шаг.
Теплые капли обдали кожу на ступне приятной лаской, и тут же резкая жгучая боль ужалила локоть. Меня затянуло обратно под навес.
— Не думаю, что это хорошая идея, — незнакомец почему-то хмурился, продолжая жестко удерживать меня.
Псих какой-то! И грубиян.
Я повела плечом, чтобы высвободиться из хватки, и его пальцы разжались, но глаза продолжали давить осуждением. Лучше мне уйти сейчас, пока этот ненормальный не придумал чего. Может, он вообще маньяк! А уж эти гады знают, как очаровывать женщин!
— Я не хотел сделать вам больно, сеньо…— он глянул на безымянный палец и продолжил, — …рина. Прошу меня простить.
Он точно псих. Или заигрался в своем кино: в роль вошел, а выйти не успел.
«Прошу меня простить! Сеньорина!»
Я мысленно передразнила его, и это немного вернуло меня на землю. А то слишком уж очаровалась парнем. А не́чего! Еще и руки распускает, хам!
— Мне нужно идти. Приятно было поговорить, — я старалась улыбаться как можно искреннее, чтобы не вызвать подозрений. Лучше его не злить. А, если, он снова удержит меня, предложу встретиться завтра. Точно! Надеюсь, это поможет ввести его в заблуждение, и он отстанет.
— Возьмите хотя бы зонт, — непонятно откуда взявшийся в его руках зонт-трость как шлагбаум перекрыл мне путь, — пожалуйста.