Елена Змеева – Последователи разрушения (страница 17)
Он спрыгнул с коня…
…и чудом разминулся со стрелой, просвистевшей над ухом. Блак запоздало пригнулся и выругался. Наконечник, предназначавшийся ему, ушёл глубоко в муравейник.
– В седло, живо!
Иса даже не успела испугаться, а нога уже встала в стремя. Блак ловко взобрался на жеребца, свистнул и полетел вперёд. В землю, на которой мгновение назад стояли их кони, уткнулось ещё несколько стрел.
– Целят по ногам, – догадался Ренан. – Петляем!
Ноги лошадей взрывали влажную рыхлую почву как плуги. Путники лавировали между кочками и низкими деревцами, и через какое-то время Иса смогла различить пугающие звуки: далёкие мужские крики, храп лошадей, гудение тетивы. Когда до заветной рощи оставалась пара десятков шагов, из окутанных дымкой еловых стволов навстречу им вышла группа всадников. Щёлкнули поводья. Серый конь Ренана встал на дыбы и забил копытами. Виленсиец упал спиной на мокрую траву.
– Ренан! – взвизгнула Иса.
Свист. Стрела воткнулась в землю между его ног.
– Стоять, иначе охолостим, – рявкнул один из всадников. Все они скрывали лица под капюшонами, однако ножи и арбалеты были заведомо выставлены напоказ. – Вяжем бабу.
За спиной раздались тяжелые шаги: некоторые из преследователей спешились и поспешили исполнить приказ. Главный тем временем снял капюшон, явив взору чародейки шевелюру рыжую, как пожар. Грубое лицо не выражало эмоций, лишь глубоко посаженные глаза горели жаждой наживы.
Ису с Блаком стащили с коней. Друг не сопротивлялся, однако стоило ему сделать неловкое движение в сторону ножен, как он тут же получил под дых и согнулся пополам.
– Вот эта – маг, – атаман указал на Ису. – Глаз с неё не сводите. Если что, бейте по голове. Так, коней увести, сумки снять и вывернуть, мужиков обыскать. И пошуруйте хорошенько в поклаже на гнедой. Маги все важные штучки, при деньгах.
– Откуда наводка? – простонал Блак.
– Лисичка хвостиком махнула, – один из мужиков заржал и дал наёмнику повод рискнуть.
Блак вытащил нож и сделал выпад, но запястье его перехватили и вывернули почти до хруста. Лезвие беззвучно воткнулось в мох. Подсечка – и мужчину грубо поставили на колени, приставив к горлу топорик. Чародейка почувствовала, как и ей в почку уткнулось что-то твёрдое. Девушка послушно – но медленно – завела руки за спину. Взглядом она пробежалась по фигурам, сжимавшим кольцо вокруг её спутников.
Девять. Пока только девять. А она одна?
– Рыжий мальчишка, да? – спросила она.
Атаман молчал и криво ухмыльнулся. Руки девушки сжала грубая хватка. Чародейка почувствовала колючую веревку и поморщилась.
– Готово, Сыч.
– Отлично. Надень девке мешок на голову, она поедет с нами. Гильдия может дать за неё неплохой выкуп.
– Опасно, начальник, – возразил мужик.
– Не ссы, бестолочь. Свяжи магу руки, лиши слуха и зрения, и он вмиг станет немощным, как кутёнок.
В каком-то смысле он был прав. Почти все маги из тех, кого встречала Иса, привыкли выпускать дар через ладони или пальцы. Так её учил Йораг. Старый учитель твердил, мол, так проще. Представь себе, что кидаешь камень, и вот уже по воздуху летит сгусток огня. В Академии придерживались той же методики. Патима, как и другие наставники, объясняла, что уважающий себя маг должен творить зрелищные чары. Холёная фрийская чародейка видела магию как способ заработать славу, влияние и власть. «Изобрази сложный пасс, и за твою работу заплатят в два раза больше», – твердила она, пресекая исины попытки попробовать что-то новое. – «Подумай о предложении юного Висариуса. При дворе от тебя будут ждать…»
Эффектность вместо эффективности – вот чего требовали имперские учителя даже от тех неофитов, что выбрали своей судьбой службу в королевском войске. Иса, к неудовольствию Патимы, лёгких путей не принимала.
Разбойник за её плечом не сразу понял, что горит. Когда жар стал ощутим, он вскрикнул и закрутился волчком, принялся лупить ладонью по дымившимся штанам.
– Следите за руками, – проговорила Иса и вспыхнула, окружив себя шипящими кольцами огненной змеи.
– Бараны! – завопил Сыч и достал арбалет.
Огненная плеть ударила перед копытами его лошади, иссушив землю. Животное отпрянуло, заметалось, и атаман вылетел из седла. Тренькнула тетива арбалета.
– Б… – болт попал в живот одному из разбойников.
Жар от огненной ленты, метавшейся из стороны в сторону, слепил. Пламя хлестало, разбрызгивало по сторонам алые искры, что прожигали плащи и плавили кожу разбойников. Иса завалилась на бедро и потянула невидимый поток. Жгучая змея обвила мужика, что угрожал Блаку; несчастный упал и принялся кататься по земле, визжа от страха.
– Блак? – позвала чародейка, потеряв его во взвеси едкого дыма.
Пламя разгоралось всё ярче. Сила, что подпитывала заклинание, струилась отовсюду – из глаз, носа, рта, с шеи – наполняя воздух вокруг жаром, дымом и воплями. Горящая плеть взметнулась над головами людей и лошадей, погружая их в панику. Иса раздавала ожоги направо и налево. Какой-то бандит, споткнувшийся о Ренана, покатился по земле, пытаясь сорвать горящую рубаху. Воздух выгорал, и девушка закашлялась.
Кто-то смелый нашёл в себе силы пальнуть по ней из лука, но стрела сгорела на полпути и опала золой.
– Блак?!
– Здесь, – Иса услышала его глухой голос и выдохнула от облегчения.
Шелест лезвия по веревке. Руки высвободились, верёвка обратилась в прах, и чародейка нагнулась, погружая саднящие запястья во влажную траву. Растительность пожухла, зашипела, а Иса блаженно застонала. Плеть упала на землю и исчезла, оставив после себя лишь клубы сернистого пара. Дышать сразу стало легче, и девушка различила жадные хрипы Блака и Ренана.
– Бежим, Сыч! – заорал один из бандитов.
– Пошёл ты! Стреляй в хренову суку.
Пиромантка посмотрела на атамана. Тот, не вставая с карачек, попятился.
– Твои глаза. Что, сука, с твоими глазами? – крикнул Сыч.
Он не мог знать, что тело девушки уже рвалось на части от пробуждённого дара. Кровь бурлила в жилах, магия ликовала, и Иса чувствовала себя ни много ни мало всемогущей.
– Лучше беги, – отчеканила она и стукнула кулаком о землю; трава воспламенилась, и огонь побежал в сторону разбойничьей кодлы.
Когда последний бандит скрылся из виду, Иса с трудом подавила огонь и упала на землю, разрешив себе вновь стать слабой и беззащитной. Запах паленого волоса навязчиво лез в ноздри, и она чихнула.
– Ничего себе, – выдохнул Блак.
Ренан уселся рядом с Исой и погладил её по спине. Рука виленсийца подрагивала.
– Ты как?
– Жива, как видишь, – Иса неопределенно повела плечом. – Вы не ранены?
Оба были целы, только Блак прижимал ладонь к порезу на шее, к счастью, неглубокому. Друг пристально посмотрел на Ису, плюнул в сторону и спросил:
– Ну и как тебе удалось скрыть от наставников такую мощь?
– Я очень старалась, – выдохнула чародейка. – Подними меня, пожалуйста. Ой, погоди, бери под мышки!
Блак помог ей встать на ноги. Иса пошатнулась, но не упала – он не дал, прижал к себе, как ребёнка. Иса уткнулась носом в широкую грудь и, смутившись, сжалась в комок. Запах кожи и металла перекрыли дым и золу. Хватка друга была крепкой, но одновременно какой-то нежной, бережной.
– Всё в порядке, – выпалила она и отстранилась. – Сейчас приду в себя и…
– Что с руками, мелкая?
Иса отдёрнула ладони и попыталась спрятать за спину, но Блак перехватил запястье. Да уж, ему открылась неприятная картина: почерневшие ногти, набухшие пузыри ожогов, что облепили пальцы и уходили под кожаные наручи.
– Ей больно, Блак, полегче, – проговорил Ренан, но тот лишь поджал губы.
– Это началось, когда я впервые призвала лёд, – уголок рта Исы дёрнулся.
– Не понимаю.
– Я тоже ничего не понимаю, и потому ищу наставника. Возможно, если я смогу освоить магию льда, то мой дар… уравновесится. И я не сожгу сама себя в один прекрасный день.
Блак промолчал и прижал её кисть к губам. Иса ахнула.
– Твоя кожа горит, – отметил он и, как ни в чём не бывало, обратился к виленсийцу: – Можешь помочь?
– Я могу приготовить целебную мазь, но нужно время.
– Не стоит, оно само пройдет.
Блак посмотрел на Ису, как на идиотку.
– Они исчезнут до утра, – она поспешила объясниться. – Так было всегда. Дар лечит меня изнутри, и даже не вздумай отрицать, что это возможно.
– То лечит, то калечит, – буркнул друг. – Ты не врёшь?