Елена Зикевская – Сказка о Шуте и ведьме (страница 3)

Комната Джастера оказалась последней по коридору. До моей — десяток шагов. Как он успел добежать? Как вообще узнал, что ко мне ломятся разбойники? Одни сплошные странности. Но я помалкивала, прикусив язык. Задавать вопросы такому — себе дороже.

Комната воина оказалась в два раза меньше моей. Места там было только на стол и кровать. По крайней мере, в лунном свете других отличий я не заметила. Светловолосый воин здесь выглядел настоящим великаном. И уж размахнуться своим огромным мечом точно не смог бы.

Кивнув в сторону неразобранной кровати, Джастер снял перевязь с фламбергом и опустил на стол, где уже лежали лютня и торба. По-прежнему ничего не говоря, он подошёл к окну и распахнул створки настежь. В комнату ворвался тёплый ветер, принеся запахи ночи. Я сложила вещи рядом с его и села на край кровати, думая, как половчее устроиться, чтобы места хватило нам обоим. Но не успела ничего сказать, как в пол передо мной внезапно воткнулся знакомый меч.

— Возьмёшь себе.

Воин стоял у окна, поставив ногу на низкий подоконник, и смотрел в ночь. Пшеничные пряди отливали серебром и пеплом, а почти полная луна мягко очерчивала профиль и фигуру. В его мужественной красоте я вдруг ощутила скорбное одиночество и скрытую от посторонних глаз могучую силу. От этого понимания внутри живота защекотали мурашки. Кто же он такой?

— Ты ему понравилась. Береги и не отдавай никому. Если предашь его, он не простит.

— Не простит? — Я посмотрела на поблёскивающий в лунном свете клинок, но брать неожиданный подарок не спешила. Куда он мне? Я же не воин, сражаться не умею. — Он что, живой?

— Да. — Мужчина покосился на меня и снова отвернулся к окну.

В душе всё похолодело от внезапного понимания.

Живой меч, настоящая легенда, чудо-клинок, пропавший вместе со своим хозяином-королём много столетий назад, во время Великой войны. Говорили, что он сам защищает своего владельца, и даже неумеха с ним в руках становится непобедимым. Очень многие хотели бы обзавестись таким оружием, а уж какой ценой — купить или украсть, — дело десятое…

— Так он что… нашёлся? — Я облизнула пересохшие губы, заново оценивая доставшееся сокровище ценой в целое королевство. — Это за ним разбойники охотились?

— Да. — Мой спаситель снова покосился через плечо. — Только они не разбойники, а наёмники. Впрочем, разницы особой нет.

— Они думают, что его везёт твой хозяин?

— Я наёмник.

— То есть это твой меч…

Преодолев внезапную робость, я встала и подошла к воину. Моя макушка даже не доставала до его плеча. Смотреть же на него приходилось, задрав голову.

— Они будут охотиться за мной тоже, если узнают. Я не умею сражаться. Ты научишь меня?

— Ты притягиваешь к себе неприятности.

Загадочный Джастер смерил меня взглядом, развернулся, прошёл к кровати и сел на край, не сказав больше ни слова. Меч словно укоризненно смотрел на него. Вот не ведаю как, но я просто чувствовала между ними связь. Воин еле заметно вздохнул.

— Куда ты идёшь?

— В Вилендж, — пожала я плечами. Лето только началось, мне пока всё равно, куда идти. — Это важно?

— Мы идём в Стерлинг, это в другой стороне. — Он по-прежнему не смотрел на меня. — Я не успею научить тебя.

— Тогда я пойду с вами. — Я решительно плюхнулась рядом с ним на кровать, вызвав едва заметное удивлённое движение брови. — Ты же не хочешь, чтобы меня убили, а он попал в чужие руки?

Джастер молчал, только смотрел внимательно и чуть задумчиво, словно взвешивал что-то на невидимых весах.

— Меня зовут Янига. — Потребовалось определённое усилие, чтобы выдержать немигающий и едва прищуренный взгляд. Я не могла понять, почему этот мужчина всё сильнее притягивал меня и отталкивал одновременно. Не знаю, каким он был раньше, но сейчас я остро чувствовала в нём какую-то неправильность, словно он сам не свой. Даже его молчание было… слишком тяжёлым. Настолько, что я вдруг поняла, что скрывает стена в его глазах. Рану. Глубокую и старую душевную рану.

И не будь я ведьма, если в этом не замешана женщина.

Наверно, из-за обилия потрясений в течение одного дня со мной что-то случилось. Потому что вдруг по-женски стало его жаль и очень захотелось пробиться через эту стену, хоть немного согреть его душу. Ведьма я или не ведьма, в конце концов?!

— Давай, ты поможешь мне, а я помогу тебе? — Я осторожно коснулась его жёсткой ладони пальцами. — Я ведьма. Я вижу, что у тебя болит сердце. Позволь мне облегчить эту боль.

Он удивлённо приподнял брови, а потом смерил меня взглядом снова. Долго, внимательно, проникновенно. Заново оценивая, как ведьму и как женщину. И под этим взглядом внутри всё затрепетало и замерло. Я вдруг одинаково испугалась согласия и отказа. Почему-то его ответ стал очень важным, словно от этого зависела моя судьба. И мне внезапно так захотелось, чтобы он согласился…

Воин покосился на блестевший в лунном свете меч, снова посмотрел на меня. Взгляд серых глаз стал чуточку мягче. И я поняла, что решение принято.

— Может, ты и права… — Он устало потёр переносицу и твёрдо взглянул мне в глаза. — Хорошо. Договорились, ведьма. Я принимаю твоё предложение.

Я вздрогнула от пронёсшейся сквозь меня волны силы, в один ошеломительный миг понимая, что вокруг трактира поставлена магическая защита. Вторая волна — уже вокруг комнаты, — пронеслась, когда он наклонился, взял моё лицо в ладони и осторожно коснулся губ поцелуем, словно пробовал неизвестный напиток, магически скрепляя нашу необычную сделку.

Это неожиданно бережное прикосновение ошеломило и пронзило насквозь восхитительной, горячей волной предвкушения чего-то намного большего, чем всё, что я могла вообразить. Словно я прикоснулась к неведомому чуду, скрытому от посторонних глаз.

А чудесного оказалось много. От светлых, удивительно мягких непокорных прядей едва уловимо пахло клевером. Гладкое, не бритое, а именно естественно гладкое лицо воина поразило до глубины души. Выходит, мы с ним почти ровесники! Просто из-за своей мрачности и замкнутости он показался мне куда суровее и старше, чем есть…

Чёрная ткань рубахи оказалась нежной, как шёлк. Тело под ней, сильное, точёное и сдержанно горячее, как согретое солнцем полированное дерево, пахло не потом и кровью, а луговыми травами, таило в себе скрытую могучую силу и окончательно вскружило мне голову.

Джастер оказался невыносимо притягателен как мужчина. Будь он чуть добрее и поулыбчивей и не отгородись от всего мира своей стеной — от женщин отбоя бы не было. Но даже так я уже чувствовала себя мухой, попавшей всеми лапками в сладость. Это я должна была вскружить ему голову, а не он мне…

— Ты не слишком везучая для своей работы, как я вижу. — Чуть насмешливые нотки в голосе вернули меня на землю. В прозрачно-серых глазах плясали едва заметные искорки. Или это луна так отражалась?

— Это не проклятие. Просто настройки у тебя сбились и запутались, не по своей судьбе ты идёшь, вот путь в узелки и завязывается. Впрочем, это я могу легко поправить…

С едва заметной улыбкой он потянул шнуровку корсета, и я не собиралась ему мешать.

Дальнейшее я не смогла бы описать словами. Он брал меня, как хотел, мешал нежнейшие ласки с нарочитой грубостью и силой, его напор плавил меня изнутри, а руки лепили меня новую… Никогда я не переживала ничего подобного. Даже не предполагала, что так бывает.

— Ты, наверно, бог или демон… — еле прошептала я, настолько всё внутри млело от полученного наслаждения и какой-то звенящей лёгкости. Одно я знала точно: неведомо как, глубоко и основательно Джастер коснулся моей души и сделал что-то такое, отчего я чувствовала себя… другой. Сильнее, свободнее, женственнее… Счастливее… Влюблённее… Живее…

Меня не покидало ощущение случившегося со мной удивительного чуда.

— Бог или демон? — Он приподнялся на локте и с лёгкой усмешкой смотрел на меня, пока его пальцы начинали новое волнующее путешествие по моему телу, настраивая неведомые мне ранее внутренние струны, словно я была музыкальным инструментом. — Нет, Янига. Я просто Шут. А ты хорошая ведьма. Больше у тебя не будет проблем.

2. Странности

Утром меня разбудило солнце, назойливо светившее прямо в глаза. Я подняла руку прикрыть лицо, силясь продлить блаженные минуты ещё чуть-чуть, когда услышала неожиданный голос.

— Собирайся, нам скоро выходить. — Холодный баритон заставил вцепиться в одеяло и почти подскочить на кровати, чтобы сесть.

Мой вчерашний спаситель и нечаянный любовник в полном обмундировании сидел на подоконнике раскрытого окна, свесив одну ногу вниз, и невозмутимо смотрел на мою растерянность. Разбудивший меня луч отражался от нагрудной пряжки его перевязи.

Я сморгнула, заглянула под одеяло: может, мне вчера приснилось, что я с ним?.. Но нет. Я без одежды, комната не моя. А этот Джастер смотрит так, как будто от меня одни проблемы…

— Отвернись, — сердито фыркнула, куда больше рассерженная на себя за вчерашнюю слабость. Нашла, кем увлечься… Грубиян невоспитанный…

— Да я и ночью всё прекрасно разглядел. — Он холодно хмыкнул, вызвав желание запустить в ответ чем-нибудь тяжёлым. Но вместо этого я встала, не отпустив одеяла, и с невозмутимым видом взяла рубаху.

— Скажешь всем, что наняла меня для охраны.

Мужчина равнодушно смотрел на улицу, давая мне возможность одеться не слишком краснея. Вот никогда не стеснялась своей внешности, а при этом грубияне поди ж ты… Как в первый раз…