Елена Зикевская – Нелюбезный Шут (страница 46)
Я только вздохнула, глядя на него исподлобья. Всё складно со всех сторон получалось, только его волшебство никуда не вписывалось.
— Джастер, а это правда, что ты им сказал?
— Что именно? — Шут приподнял бровь. — Про жадность? Правда, конечно. Любого разбойника спроси.
— Нет, — я покачала головой, скрывая улыбку от его шутки. — Про то, что ты рассказывал? Что меч в живого человека…
— Понятия не имею, — он равнодушно пожал плечами. — Я ж не мастер древности. Может, и было. Люди иногда творят такое, что демонам от зависти удавиться впору.
Я помолчала, не зная, что ответить на это, а Шут спокойно оглянулся в сторону ворот.
— Пошли уже, надо ещё книги забрать, собраться и выспаться. Выходим завтра на рассвете.
— Так рано? — Я пошла к воротам, стараясь не оглядываться на идущего следом воина.
— А ты что, здесь жить собралась?
Я покачала головой. Конечно, заявили мы с Джастером здесь о себе очень громко, и Кронтуш поразил меня красотой, размерами, многолюдностью и ярмаркой, но…
— Ты опять скажешь, что я деревенская девчонка… — я грустно улыбнулась на его молчание. — Только, пожалуй, для меня это слишком большой город.
— А может, слишком маленький, — негромко ответил Шут. — Ты ещё много не видела, Янига.
Переулок Кривой Ивы встретил нас любопытными носами, торчащими из всех окон. При нашем приближении носы отрывались от стекла и окна задёргивались занавесками, но я всё равно чувствовала любопытные, опасливые и восторженные взгляды. Даже казалось, что я слышу, как перешёптываются невидимые наблюдатели.
— Чего они так смотрят? — я тихо обратилась к Джастеру, идущему следом за мной.
Мне хотелось закутаться в плащ и спрятаться в тень, чтобы стать как можно незаметнее. Но приходилось идти по переулку на виду этих домашних соглядатаев с гордо поднятой головой.
— Это люди, — негромко фыркнул он. — А ты теперь известная на весь Кронтуш ведьма. Чего ты хотела? Привыкай.
Я только вздохнула, признавая его правоту. Конечно, я мечтала стать известной ведьмой, не хуже Холиссы, но не думала, что это может оказаться… Не очень приятно.
В доме книжника горел свет. Хотя вчерашнего сторожа видно не было, Джастер не стал заходить во двор, а громко постучал в калитку.
— Иду-иду, госпожа ведьма! — Дверь распахнулась, и показалась женщина в возрасте, одетая в коричневое платье, белый передник и белый чепец.
Видимо, та самая госпожа Гвитлоу, о которой говорил архивариус.
Женщина торопливо зашаркала деревянными башмаками по дорожке. Доброе и круглое лицо напоминало загаром и румянцем печёное яблоко. Подойдя ближе, она посмотрела на меня и всплеснула руками.
— Ох ты, батюшки… Как вы на неё похожи… Только моя девочка была чёрненькой, а глазки синенькими…
— Госпожа Янига пришла навестить господина Эрдорика и забрать покупки, — спокойно огласил Джастер цель нашего визита, беззастенчиво прерывая очередной виток воспоминаний о несчастной судьбе хозяина дома.
— Конечно, входите, входите!
Женщина открыла калитку, запуская нас во двор. Из-за угла дома показался вчерашний пёс, но, увидев, что всё в порядке, лениво лёг у забора, почесав за ухом.
— Древние боги, как хорошо, что вы пришли, госпожа ведьма! И вы, господин! — Госпожа Гвитлоу замерла на пороге и, снова всплеснув руками, смотрела на нас как на спасителей. — Пойдёмте скорей! Он совсем меня не слушает!
— Кто? — я удивлённо смотрела на неё.
— Господин Эрдорик, конечно же! — женщина вздохнула. — Так и рвётся встать с постели, говорит, что у него перед вами долг…
— Кто там, госпожа Гвитлоу? — отозвался из глубины дома книжник. — Абрациус?
— Нет, это ваши спасители! — ответила женщина и тут же кинулась на голос. — И не смейте вставать! Вам нельзя вставать! Я запрещаю вам вставать! Вы слышите, господин Эрдорик?
Я посмотрела на Шута и поразилась неожиданной мягкой улыбке, тенью играющей на поджатых губах. Даже серые глаза потеплели и, казалось, искрились весёлыми огоньками.
— Идёмте, госпожа. — Джастер тут же стёр улыбку с лица, снова становясь ведьминым «псом». — Прошу.
Я только вздохнула, понимая, что на людях так будет всегда. Ведьма и её «пёс».
А ведь всего несколько дней назад мне хотелось, чтобы Джастер так себя вёл постоянно…
Ох, Янига, сама-то знаешь, что хочешь?
Признаться, после беспорядка у архивариуса и заброшенного заднего двора я ожидала увидеть в доме книжника нечто подобное хаосу. Но, к моему удивлению, здесь царил порядок. Причём не столько наведённый госпожой Гвинтлоу, сколько установленный самим хозяином дома.
В центре гостиной стоял большой стол, гладко отполированный за годы службы, и несколько стульев вокруг него. Перед камином красовалось кресло, накрытое пестрым шерстяным покрывалом. Наверняка там любил коротать вечера хозяин дома. Вдоль одной стены возвышались полки, на которых аккуратно были расставлены книги и лежали свитки.
Я невольно загляделась на эту невидаль. Никогда не думала, что книг может быть… так много.
— Наших здесь нет, — тихо сказал Джастер. — Они редкие и наверняка хранятся в тайнике. А собрание у него неплохое…
Спросить, откуда он это знает, я не успела.
— Прошу, прошу сюда, госпожа ведьма, и вас, господин!
Одна из занавесей, служивших здесь вместо дверей, откинулась в сторону, и госпожа Гвитлоу позвала нас за собой.
— Вы уж не обессудьте, госпожа, — женщина негромко стучала деревянными башмаками по полу коридора. — Сами понимаете, господин Эрдорик в постели и принять вас, как положено, не может…
— Не волнуйтесь, — я успокаивающе ей улыбнулась. — Всё в порядке.
Госпожа Гвитлоу только вздохнула и отодвинула очередную занавесь, пропуская нас в спальню книжника.
— Добрый вечер, госпожа ведьма! — книжник с приветливой улыбкой попытался приподняться, но тут же был остановлен властной ладонью Шута, положенной на одеяло. — И вам, юноша…
— Добрый вечер, господин Эрдорик, — я улыбнулась в ответ, а Джастер молча кивнул. — Как вы себя чувствуете?
— Благодаря вашему охраннику — я жив, госпожа, — книжник печально улыбнулся. — И сожалею, что не встретил вас раньше, юноша.
— Всё случается тогда, когда случается.
Шут подвинул мне стул от маленького столика, предлагая сесть. Сам он остался стоять за моей спиной, как и положено «псу».
— Не стоит сожалеть о том, чего не случилось.
— Может, вы и правы, юноша, — господин Эрдорик все же печально улыбался. — Я не стану с вами спорить. Вы ещё молоды и не теряли близких.
Ох, нет… Только не это напоминание! Он же только после кузнеца успокоился!
— Джастер! — я поспешно посмотрела на Шута, сохранявшего каменное выражение лица. — Ты посмотришь, как заживает рана господина Эрдорика?
— Если ему будет угодно, — невозмутимо ответил воин, ничуть не успокоив моих подозрений.
— Буду благодарен вам, юноша, — книжник кивнул. — После вашего вмешательства я вам доверяю больше, чем лекарю.
— Госпожа ведьма, — раздался громкий шёпот, занавесь приоткрылась, и меня поманила знакомая рука. — Позволите вас?
— Я отойду поговорить с госпожой Гвитлоу, — я вежливо улыбнулась, понимая, что одно дело — срочная помощь раненому, и совсем другое — присутствовать на таком лечебном осмотре. Я не лекарь и не целительница всё-таки.
Предлог покинуть комнату был очень кстати.
— Конечно, госпожа Янига, — ответил книжник, а Джастер подошёл к его кровати, и хозяин дома откинул одеяло, оставаясь в нижней рубахе.
Я только вздохнула и вышла из спальни.
— Госпожа ведьма, — женщина поджидала меня возле гостиной и смущённо сжимала руки. — У меня к вам будет одна просьба.
— Конечно, — я улыбнулась, гадая, чем могу помочь этой женщине. Явно она не зелий у меня купить хочет…
— Вы… вы не могли бы сказать Рику… господину Эрдорику, конечно же, — тут же поправилась она, — что ему необходим постоянный уход. Хотя бы до тех пор, пока лекарь не разрешит вставать. Вы спасли ему жизнь, он вас послушает! Понимаете, я очень переживаю за него. После того несчастья он… он очень сдал, бедняжка. Я… я много лет помогала вести хозяйство госпоже Изольде, и их дочка выросла у меня на глазах… После их гибели он… он очень замкнулся в себе. Долго никуда не выходил, и только необходимость заставила его снова вернуться к делам. Я предлагала ему помощь, но он согласился только, чтобы я приходила раз в неделю убираться и готовить…
Женщина промокнула уголки глаз краем передника.