Елена Зикевская – Космический Шут (страница 14)
А этот Шут, что, действительно всё знает?
Многое, - судя по тону, модуль пожал несуществующими плечами, явно теряя интерес к разговору. - А что не знает - узнает, если захочет. Только тебе это не поможет.
Это верно. Я здесь, а настоящий Шут неизвестно где. Но пока модуль не исчез, надо выведать как можно больше. Теперь понятно, как я сумел выжить в джунглях и добраться до военной базы: Шут и в самом деле помог мальчишке. Но почему он оставил мне шлюп? Зачем вложил в голову целый архив?
Ты сам попросил, - чуть ли не зевнул собеседник. - Поэтому был заключен договор.
Что?! Какой договор?!
Обыкновенный, - снова пожал плечами модуль. - Ах да, ты же этого не помнишь...
Прозвучавшая в его голосе издёвка вызвала почти неконтролируемое желание придушить эту программу. Вот ведь с-сука... Нет, бы делом помог!
И каким же делом? - тут же с любопытством отреагировал псевдоШут. Каким, каким...
Можешь восстановить эти повреждения?
Модуль пару секунд удивленно молчал, а затем фыркнул:
Ну, ты даёшь! Нет, дорогой. Кто связи рвал, тот и восстанавливает. А мне пора.
А ну, стой! - я даже сел, словно это могло задержать программу в моём сознании. - Ты же должен мне помогать!
Ага. При условии, что память не повреждена, - невидимо ухмыльнулся этот засранец. - Так что, Алексей Витальевич, пока ты её не восстановишь, выкручивайся сам.
ЧТО?!
Ах да, пока вспомнил, - продолжил играть на моих нервах модуль. - Всё, к чему сможешь дотянуться - в твоём полном распоряжении. Наслаждайся.
С этим завершающим аккордом Шутовская программа исчезла, оставив меня в полном одиночестве и совершенно отвратном состоянии духа.
Осознать до конца всю прелесть ситуации я не успел. Замок щёлкнул, дверь распахнулась, и в каюту вошли Филин и Змей. Несмотря на дозу успокоительного, влияние Бешеной очевидно: хотя оба по-прежнему держали эмоциональные щиты, сейчас они выглядели нормальными живыми людьми, а не равнодушными бойцами-андроидами. Оба откровенно недовольны сложившейся ситуацией, но если в светло-серых, чуть прищуренных глазах Змея читалось почти философское отношение к проблеме, основанное на доверии к Ингвару, то, судя по тому, как зыркал Филин, мекампец с удовольствием скормил бы меня местной живности заживо.
- Успокоился, - Змей смотрел без улыбки, хмурый Филин поставил на покосившийся стол тарелку с несколькими бутербродами и стакан с водой. Завтрак. Хоть что-то хорошее за утро. Желудок радостно забурчал.
- Ешь и пойдёшь в ремонтный блок. Птице нужны анализатор и меддиагност, а нам - навигатор. Пока Чик не пришёл в норму, этим займёшься ты.
Я кивнул, расправляясь со скудным завтраком. Кто бы сомневался... Значит, или Ингвар мне поверил, или Даг поговорила с Птицей, а может и то, и другое. В любом случае, командир отряда не из тех, кто позволит бездельничать виновнику "торжества", пока все остальные заняты делом, и работы предстоит много. Рассчитывать на помощь Чеза или Шутовской программы больше не приходилось. Как сказал модуль - выкручиваться придётся самому. Делиться таким итогом сегодняшнего утра с Даггер совсем не хотелось, и теперь я даже радовался, что мы отгородились друг от друга щитами. Ничего личного. Только напарники.
Подобрав с тарелки последние крошки, я допил воду и протянул посуду Филину. Мекампец молча забрал её и скрылся в коридоре.
- Блок рабочий? - я посмотрел на своего конвоира. Высоко Ингвар меня в драке оценил, поставив в охрану инструктора отряда по рукопашке. Впрочем, я надеялся, что с новым приступом безумия, если он будет, справлюсь без посторонней помощи. Ну, а пока арест.
- Починишь, - Змей едва заметно усмехнулся. - Идём.
Следующие несколько часов я провёл, восстанавливая и налаживая работу ремонтного блока. Жёсткая посадка вывела из строя основные системы электропитания, и пришлось здорово повозиться, разыскивая в свете скудного аварийного освещения повреждённые участки. Чик пришёл в себя ближе к обеду, когда я смог, наконец, врубить нормальный свет. "Перекусил" я стаканом воды и сигарой - Змей не возражал, а курево здорово приглушило чувство голода и способствовало возвращению к подзабытому состоянию внутреннего одиночества. Мрачный, небритый и заметно помятый, суминец вошёл с охапкой добытых из недр катера приборов и разложил их на столе. К нашему счастью, инструменты и запчасти, хранящиеся в ремонтном блоке, не пострадали, и мы с Чиком принялись за дело.
С техником мы не разговаривали, кроме реплик, необходимых в процессе ремонта, и я не задумывался, чем заняты остальные, в том числе Йен; караулит меня кто-то из отряда, или Чик попутно выполняет и эту задачу. Всё это отошло на второй план и перестало волновать.
Куда больше беспокоило, что я остался без внутренней поддержки в виде Чеза. И дело даже не в архиве Шута. Только теперь я осознал, что всего лишь за несколько часов успел привыкнуть к солнечному скату, так же, как до этого привык к ощущению надёжно прикрытой спины - фоновому соседству Йен. Сейчас не с кем даже посоветоваться.
Несмотря на данное Ингвару обещание вывести отряд, я очень плохо представлял, как отсюда выбираться. Вся уверенность, что мы справимся, зиждилась только на поющей под ногами Грани да надежде, что восстановленного архива хватит, чтобы добраться до дома. Во всём остальном придётся полагаться на опыт отряда "Зеро" и свой личный.
Давным-давно я усвоил одну простую истину: в любом месте может быть то, что поможет выжить. Надо только найти и придумать, как это использовать. Джунгли просто так не растут - должна быть вода. Значит, и еда найдется. По крайней мере, я очень надеялся, что это так, как наговорил вчера Филину и остальным. Иначе нам придётся весьма туго. И дело даже не в расстоянии до Врат - двести пятьдесят миль не так уж и далеко. Без клиента и если всё пойдёт нормально - не больше трёх земных суток пути. Но Врата - это не дверь домой, а только начало дороги. Сколько времени займёт путешествие по Путям - загадка. Я вообще очень смутно представлял, что и как там устроено.
Задавать же "правильные" вопросы было... страшно. Я просто морально был не готов услышать что-то типа: "сектор памяти повреждён" - и потому постарался с головой уйти в работу по настройке спектрального анализатора. Прибор оказался стандартным, как и меддиагност, над которым колдовал Чик. Оба входили в обязательную комплектацию любого транспорта, не считая личных мобилей и гравициклов. Такой анализатор не сможет дать полный биохимический анализ местных животных, но наверняка определит наличие ядовитых и вредных примесей в образце - база данных по всем органическим и минеральным соединениям, известным людям, в нём есть. Всё, что от меня требовалось, - восстановить работоспособность прибора.
Но даже работа не могла отвлечь от ощущения растущего дискомфорта, словно от души отрезали часть чего-то важного. В поисках этого чего-то я натыкался на холодные щиты Даггер, с каждым разом понимая, как всё больше не хватает надёжного и тёплого "присутствия" Йен. Без её фона появлялось дикое, иррациональное ощущение, что я голый и беззащитный, как младенец. Вот чёрт... А ведь всего ничего времени прошло...
Эй, ты, - без всякой надежды услышать ответ я вновь обратился к модулю. Можно запросить архив, внутреннее чутьё подсказывало, что эти знания доступны. Но хотелось какого-никакого разговора. Вот ведь парадокс... Пока не нашёл, а затем и не потерял Йен и Чеза, никогда не думал, что настолько одинок. Сейчас рад даже с язвительной программой поговорить. Всё легче.
Вопрос есть. Как запечатление разорвать?
А самому подумать опять слабо? - незамедлительно отозвался модуль. Я только криво усмехнулся, услышав за показной иронией нотки удовольствия. Может, мне показалось, но, наверно, даже программе в одиночестве тоскливо.
Знаешь - так ответь. Есть способ?
Есть, - в голосе проскользнула нотка неожиданной грусти: видно, уловил мой настрой. - Умереть одному из вас. Только второй с ума сойдёт. Чем дальше, тем связь крепче будет. Тебе и сейчас не сладко, как я погляжу.
Я опустил голову, словно разглядывая что-то в анализаторе, замаскировав этим движением согласный кивок. Не сладко - мягко сказано. Я почти на грани того, чтобы бросить работу, найти Даггер и потребовать перестать блокировать нашу связь. Ведь столько уже прошли вместе!
Это ты про трое суток, которые дрых, тридцать семь часов, за которые весь отряд несколько раз чуть не угробил, и несколько горячих минут несостоявшегося секса? - тут же поинтересовался модуль. - И в самом деле, сколько пережито...
Не язви, - я устало-беззлобно отмахнулся от колкостей. - Лучше скажи, что мне делать?
Подождать, когда она остынет, и поговорить, - хмыкнул псевдоШут. - А что ты ещё можешь сделать? Вам теперь придётся учитывать интересы и чувства друг друга, хотите вы того или нет. Тебя ж угораздило не обычную привязку сделать, а полное запечатление провести.
Как объяснили, так и сделал! - я огрызнулся, а в душе снова поднимались раздражение и злость. И на себя, и на Марью, и на Шута, и на Йен... - Я вообще про это запечатление ни хрена не знал! И до сих пор ни хрена не знаю!