Елена Зикевская – Ашу Сирай (страница 38)

— Мой путь лежит за пределы Сурайи. — Джастер посмотрел на предводителя «ос». Белая маска была спокойна. — Не думаю, что твоя семья готова ждать тебя так долго, как займут мои дела. Но я помню, где искать тебя, прославленный своей доблестью Альмахаим из Харезма.

— Возможно, мне стоит оставаться тем воином, которого ты узнал, — грустно ответил тот. — Я слишком несведущ в торговых хитростях и уже дважды чуть не опозорил своё имя и свою семью.

— Ты узнал достаточно и уберёг себя от возможных потерь. Это хороший опыт и у тебя нет причин сетовать на судьбу. Вспомни, когда ты учился владеть копьём и усмирять боевого коня, разве ты всегда побеждал? Разве не было падений и неудач в этом деле?

— Были, — согласно кивнул Альмахаим. — Но тогда я рисковал только своей…

— В любом деле не бывает только побед, бывают и поражения, — перебил Шут. — Слабый ломается от малейшего порыва ветра, но сильный встаёт и продолжает делать то, во что он верит. Спроси своё сердце, к чему оно призывает тебя, Альмахаим. Ум, осторожность и верный расчёт — твои надёжные союзники, какой бы путь ты не выбрал. У тебя есть деньги, чтобы сделать свою мечту явью. Помни о тех, кто поверил в тебя и доверил тебе свои деньги. Распорядись ими мудро. Об остальном я достаточно рассказал тебе сегодня. Больше мне нечего добавить к моим словам.

— Благодарю за беседу, Ашу Сирай, — воин остановил коня и поклонился. — Ты всегда будешь дорогим гостем в моём доме.

— Доброй дороги и удачи в твоём пути, доблестный Альмахаим. — попрощался Шут.

Когда всадник скрылся, мы продолжили путь по пустынным улочкам. Изредка нам встречались мальчишки или взрослые, но завидев белую маску и черную одежду, они тут же исчезали, не рискуя столкнуться с Ашу Сираем лицом к лицу.

Я ехала рядом с Джастером, размышляя о недавнем разговоре. Удивительно, как быстро этот Альмахаим оценил Шута и его знания. И ведь слухи его не напугали… Интересно, если бы Джастер не торопился разобраться с моими делами, он бы согласился учить его и путешествовать вместе?

Спросить я не успела: из-за очередного угла показалась женщина в развевающемся пестром парне, несущаяся верхом на муле. Следом раздались громкие и гневные крики погони.

Мы с Джастером занимали всю улочку и я подумала, что женщина столкнётся с нами, но она натянула повод и мул послушно замер почти перед мордой Огонька. Женщина вскинула голову, миг её глаза заметались между мной и Джастером, а затем она спрыгнула с мула, и ухватила Шута за ногу. В следующее мгновение она коснулась лбом его сапога и громко проговорила:

— О, Джасир, пард пустыни, сын Великой матери, я, Бахира, дочь песка и звёзд, приношу свою душу и тело к твоим стопам и именем Матери Матерей заклинаю принять их в твои руки!

ЧТО⁈

Шут заметно вздрогнул, брови маски взметнулись вверх, а внутри меня поднялось справедливое возмущение.

Душу и тело её принять в его руки просит⁈ Даже маска Ашу Сирая её не напугала⁈ Да кто она такая, чтобы вешаться на Джастера⁈ Он мой! И я не собираюсь его никому уступать! Откуда она вообще знает его имя⁈

Я открыла рот, чтобы выразить своё возмущение, но вместо этого внутри внезапно стало очень спокойно и с губ сорвалось:

— Она пойдёт с нами, Джастер.

Он снова вздрогнул, а в следующий миг моё спокойствие исчезло, словно его и не было. Я торопливо прикусила язык, недоумевая, что это и откуда взялось, а Шут едва повернул голову в мою сторону и кивнул.

И почему-то мне казалось, что он отвечал не мне, а кому-то другому.

— Хорошо. — Джастер уже смотрел на беглянку. — Именем Матери Матерей я принимаю твою душу и тело в свои руки. Отныне ты будешь служить госпоже Яниге, Бахира. Займи своё место.

— Да, мой господин.

Джастер чуть пришпорил Огонька, освобождая дорогу и Бахира со своим мулом проскользнула между ним и забором. Я не успела ничего сказать, как она коснулась лбом края моего парна.

— Я буду служить вам, моя госпожа.

Ответить, как и отдёрнуть ногу, я не успела. На дальнем конце улицы показались преследователи Бахиры.

41. Решение ведьмы

— Где эта дрянь⁈ Куда она скрылась⁈

— Смотрите лучше, бездельники, она не могла далеко уйти!

— Я говорил, что это дикая тварь! Такую надо держать на цепи!

— Поймаем — посадим!

— Сначала хозяин её выпорет за её непокорность! Эта пустынная кошка всё равно не годится для харема!

Трое разгорячённых погоней мужчин осматривались вокруг, тяжело дыша и опираясь руками на колени. Нас они не замечали, а Джастер молчал, скрыв за собой нас обоих. Бахира стояла возле меня, опустив голову и держа своего мула за повод, а во мне снова поднималось возмущение. Кем бы она ни была, и почему бы не попросилась под защиту Ашу Сирая, отдавать её в руки преследователей я не собиралась.

Выпороть и на цепь посадить⁈ Она им что, собака⁈ Что это за изверги такие⁈ Ни стыда, ни совести совсем не имеют⁈

И почему Джастер до сих пор молчит⁈

Словно услышав мои мысли, Шут тронул бока Огонька и лошадь выступила на шаг вперёд. Невидимая пелена, скрывавшая нас, спала, потому что трое преследователей, как один, обернулись в нашу сторону.

— А ты ещё кто?… — начал один из них и осёкся, так как Огонёк, высоко и внушительно поднимая передние ноги, неумолимо шла вперёд под тяжёлое молчание её хозяина.

Бахира вздрогнула, испуганно посмотрев на меня, но я жестом дала понять, чтобы она оставалась на месте. Что бы ни задумал Джастер, лезть ему под руку я точно не собиралась.

— А…Ашу… Сирай… — Донёсся до меня дрожащий голос. — Ч…что… Что… ты…

— Эта женщина душой и телом отныне принадлежит мне. — Холодный и грозный голос веял ощутимой силой. — Так и передайте своему хозяину. Вы не справились со своей работой. Вы её потеряли. Я — нашёл. Закон есть закон.

«Женщину без сопровождения мужчины может забрать себе любой желающий, и она станет джихайнен» — вспомнилось мне. Вот о чём он говорил…

Однако неудачливые надсмотрщики не спешили отступать. Видимо, они были наслышаны о вчерашних торгах Ашу Сирая на невольничьем рынке и потому решили испытать удачу.

— Но… Ашу… Сирай, — снова начал один из них и его голос с каждым словом звучал всё уверенней. — Я слышал, что ты очень ценишь своё время и женщины для утех тебе не нужны… Всем известно, что ты продал танцовщиц, которые были намного красивее этой негодной женщины! Она ни к чему не пригодна, кроме грубой работы! Зачем тебе эта дикая пустынная тварь, которую надо держать связанной и на цепи? С ней полно хлопот! Позволь, мы заберём её и избавим тебя от лишней заботы!

— Моё время и мои заботы вас не касаются. Убирайтесь.

— Но наш господин разгневается на нас…

— Ещё слово и на вас разгневаюсь я. Считаю до трёх. Два.

Над вскинутой вверх рукой появился шар чёрного пламени. Неудачливые преследователи развернулись и, толкаясь и падая, кинулись прочь, не разбирая дороги.

Шут неторопливо опустил руку, позволяя черному пламени исчезнуть, и остановил Огонька, давая понять, что мы можем приблизиться. Я посмотрела на Бахиру. Та не сводила с Джастера взгляда, полного восторга и восхищения, а ещё непонятной мне веры и преданности. Можно подумать, перед ней не Ашу Сирай, а сам Сурт во плоти!

Да что она себе позволяет⁈ Джастер — мой!

С трудом подавив неожиданную злость, я тронула Ласточку и мысленно пожелала Бахире потеряться где-нибудь ещё. Но она села верхом на своего мула и тот глухо зацокал копытами справа от меня.

— Едем на базар. — Не оборачиваясь, холодно сказал Джастер, когда я почти поравнялась с ним. — А ты молчи, пока я не разрешу тебе говорить. Если ты отстанешь или потеряешься — пеняй на себя. Я не буду тебя искать.

— Да, мой…

— Я не разрешал тебе говорить.

Ответом стал молчаливый поклон, и я ощутила внутреннее удовлетворение. Как бы там ни было, Джастер вовсе не собирался благоволить этой Бахире, даже приняв её именем Матери Матерей.

Сын Великой Матери… Это же она Датри имела ввиду? Но Джастер никогда себя так не называл. Он всегда говорил, что все люди — дети богов, а дети Шанака и Датри — это боги и демоны. Тогда почему она обратилась к нему именно так? Почему назвала себя дочерью песка и звёзд? Откуда знает имя Джастера, хоть и произносит его так странно — Джасир? Что значит — пард пустыни? И что заставило меня сказать то, что я говорить вовсе не собиралась?

Мне очень хотелось расспросить Джастера и эту самую Бахиру, но прямая спина Шута излучала такой холод и неприязнь, что я прикусила язык, загнав своё любопытство поглубже.

Неожиданное происшествие явно испортило ему настроение.

Очень скоро из переплетения улочек мы выехали на широкую улицу, полную людей, двухколёсных повозок и нагруженных животных всех видов. В этот раз Джастер не скрывался, и исходящие от него холод и недовольство заставляли людей уходить с нашей дороги быстрее, чем они успевали оглянуться и увидеть Ашу Сирая.

Так же быстро вокруг расползалась тишина, перемежаемая испуганными шепотками, и осторожными косыми взглядами. Появление Бахиры рядом с грозным мастером смерти не укрылось от любопытных глаз, и я слышала, как тихо и украдкой вздыхали другие женщины, сочувствуя бедняжке.

Сама дочь песка и звёзд ехала, опустив голову, и выглядела вполне несчастной. Но я не могла понять, то ли она так хорошо играла свою роль служанки, то ли, в самом деле, расстроена холодным отношением Шута.