Елена Жукова – Лиса. Экзамен на выживание (СИ) (страница 57)

Тишина повисла в кабинете.

– Не удивлюсь, если и сейчас она в порядке.

Лиса потерла глаза и вздохнула.

– Простите, я совсем плохо соображаю, когда не высплюсь. – извинилась она. – А так как я сегодня совсем не спала, то объясните, что это может означать.

Во взгляде Кристиана промелькнуло сожаление.

– Не знаю. – признался он. – Или Ваш внутренний источник настроен более чувствительно, или наш противник как-то изменил контур, делая место прорыва незаметным.

– Или желание погибающей души сильнее Вашей защиты. – предположила Лиса.

– Возможно. – согласился ректор.

Снова помолчали, делая каждый свой вывод.

Лиса взглянула на часы. Полшестого утра. Могла бы еще поспать часик.

– Если это все, что Вы хотели узнать, то может построите портал обратно в мою комнату? – попросила она. – Успею еще поспать немного.

– Нет. – ответил Кристиан.

Лиса, правда, уже не понимала причин, которыми он руководствуется, поэтому просто согласилась. Нет, так нет.

– Хорошо. Придется идти пешком. – буркнула она себе под нос, поднимаясь.

– И это тоже нет. – ответил он, поднимаясь следом. – Вы не пойдете сегодня никуда, куда собирались идти. Вы не спали, вчера не ели. Я знаю, спрашивал. Так нельзя. И вообще, Лиса, когда закончится это ребячество?

Ребячество? Она не задала этот вопрос вслух, только потому что была не готова к тому, что ее будут отчитывать за то, в чем вовсе не было ее вины.

– Я знаю, что Вы работаете в столовой. Теперь узнаю, что еще и в лавке модистки. Может еще где-то? Когда Вы будете думать об учебе? Ведь, насколько я понимаю, Вы сюда пришли учиться?

Он что сейчас отчитывает ее за то, что она работает? В ущерб учебе? Она?

– Вы в своем уме? – спросила она.

Кристиан подошел ближе.

– Вчера Вы гуляли допоздна, вместо того чтобы готовиться к зачетам на следующей неделе. – продолжил он.

– Я что, что-то уже провалила? У меня разве есть хоть какие-то признаки неуспеваемости? – она наконец пришла в себя от его беспочвенных обвинений.

– Еще нет, но не хватало еще наблюдать Вашу неуспеваемость! – возмутился он.

– Послушайте, какая Вам разница, как я учусь? Вы здесь ректор постольку-поскольку. Задание закончится – и Вас как ветром сдует. Ко мне тоже уже не имеете никакого отношения. Что Вам до моей учебы? – она действительно не понимала, в чем состоят его обвинения.

– Я знаю Ваш потенциал. И я хочу, чтобы Вы стали достойны того предназначения, которое готовит для Вас Ваш…Ваша суть.

Лиса прищурилась. Она шагнула, приближаясь к Кристиану вплотную, практически нос к носу.

– Моя суть?! – почти прошептала она, проверяя внезапную догадку. – Или мой отец?!!

Кристиан не успел спрятать мелькнувшее в его глазах подтверждение ее предположения.

– Ах вооон откуда столько заботы. – протянула она, отшатываясь. Голова ее закивала в такт ее размышлениям. – И работаю я много, и учусь мало. Он Вам сказал следить? Да?

– Лиса. – начал он.

– А насчет поцелуев и шепота «Моя», он Вам тоже указания давал? А?

– Перестаньте! – он схватил ее за руки, удерживая. Но она закрыла ладонями лицо.

– Богиня Светлая, да Вы же с самого начала лгали. – шептала она. – Всё. Всё. Вы сами подбросили мне тот камень, чтобы забрать меня у Эйсов без вопросов. И везли Вы меня к нему, а не к какому-то вымышленному «ему» из Магистерства, о котором говорили Феликсу.

Она опустила ладони, глядя ему в глаза. Чувство вины в них выдало его с головой.

– Вот только с Василиной случилась неожиданность. Да? Не думали, что она меня оставит у себя. Хотели лишь ауру скрыть. А тут такой сюрприз.

– Лиса, послушайте. – попытался он вновь.

– Скажите, а серых теней тоже он подослал, чтобы у меня дар проснулся? – кажется дальше уже было падать некуда, но она чувствовала, как летела в пропасть, бесконечную, бездонную. И его ответ на этот вопрос был уже не важен для полета.

Лиса почувствовала, как слабеют ноги, она оступилась, но удержалась благодаря рукам Кристиана. Он усадил ее обратно в кресло.

– С самого начала. – неверяще повторяла она. – С самого начала.

Ей было все равно, что Кристиан суетился, наливая ей чай. Она отодвинула чашку рукой, проливая содержимое на бежевый ковер. Поднявшись, преодолев предательскую слабость, она хотела пока только одного: уйти.

Но Кристиан крепко держал ее, не отпуская. А еще он что-то пытался сказать. Лиса, запутанная в собственных мыслях, приняла его слова за бессвязное бормотание.

– Лиса, Вы не понимаете. Все не так, как выглядит, хоть часть из этого и является правдой. Но мои мотивы были другими. Я не…

– Вы сейчас же отпустите меня, и мы расстанемся на том же, на чем расстались вчера. Надеюсь, сегодня Вас не мучит склероз.

Руки его мягко отпустили ее.

– Все должно было быть по-другому. – тихо сказал он.

– Все было по-другому до Вашего появления. – подтвердила она.

Нирра Дрю вставала довольно рано, но сегодня ее разбудил стук в дверь. Спросив, кто там, и, услышав ответ, она еще постояла пару минут, решая, открывать или нет входную дверь. Но отчаянный тон работницы все же тронул что-то в глубине ее души.

Выглядела нисса Варрама хуже, чем вчера, когда они расстались. Но в руках у нее была свежая выпечка. Решив, что хуже не будет, нирра Дрю пригласила ее разделить с ней завтрак. Однако, за те пятнадцать минут молчания, которое сопровождало сей завтрак, она успела уже пожалеть о своем предложении. Девушка выглядела расстроенной и от этого была рассеяна. Она то стряхивала несуществующие крошки со своего платья, кстати, смотревшегося на ней изумительно. То долго держала чашку у губ, задумавшись. О выпечке она не вспомнила вовсе. А на вопрос, что заставило ее прийти на работу в такую рань, лишь рассеяно пожала плечами.

– Нирра Дрю, Вы не волнуйтесь. – соблаговолила она, наконец, объясниться. – Я просто очень рано встала. Не спалось, знаете ли. И решила не тратить время понапрасну. Вчера же я рано ушла, а Вам, думаю, требовалась моя помощь. Вы скажите, если что-то нужно сделать.

Нирра Дрю, внимательно рассматривающая свою работницу с самого начала завтрака, остановила ее жестом руки. Она поставила свою чашку с чаем, расправила юбку и кивнула своим мыслям.

– Лиса, Вы не первый день у меня работаете. – начала она. – Конечно, и не так много, чтобы я составила о Вас окончательное мнение. Но за те годы, что я владею лавкой, мне пришлось научиться видеть людей. Так что, меня не так просто обмануть, дорогая.

Лиса опустила глаза.

– По Вашему виду, я сразу поняла, что у Вас что-то случилось. Но Вы отчаянно не желаете об этом думать и поэтому решили, что работа Вас отвлечет. – нирра сделала паузу, дожидаясь, пока Лиса вновь посмотрит на нее и продолжила. – С одной стороны, это хорошо, но с другой…

Хозяйка лавки наклонилась ближе и, коснувшись подбородка Лисы, подняла ее голову выше.

– С другой, это не решит Вашу проблему. А мне не хотелось бы, чтобы Вы сдавались. Я чувствую в Вас напор и верю, что у Вас получится найти выход из любой ситуации. Уж поверьте моему опыту.

Нирра Дрю отклонилась на спинку стула и взяла свою чашку с чаем.

– Сегодня я разрешу Вам остаться и забыться на день. Дело даже не в Вас, а в том, что сегодня, действительно, будет сумасшедший день. Как всегда бывает, когда наступает последний день приема заказов. Милая, Вам придется сегодня порхать ласточкой. А сейчас по Вам не скажешь, что Вы на это способны. Но, – она подняла указательный палец вверх. – к счастью, в моем арсенале есть специальный отвар. Я, пожалуй, даже составлю Вам компанию, и мы выпьем за решение всех наших проблем.

Отвар, обещанный ниррой Дрю, оказался отдаленно похожим на тот, что давала ей магесса Темпора, но по эффекту превосходил его раз в десять. Лиса почти сразу почувствовала прилив сил и бодрости, несмотря на бессонную ночь. Действие отвара, по словам нирры Дрю, должно продержаться ровно до вечера. Но, зато после этого она обещала довольно сильный откат.

И сумасшедший день начался.

Клиентки шли одна за другой, умоляя и стеная, возмущаясь и требуя. Правдами и неправдами они желали получить лучший наряд на Бал Длинноночья. Лиса про себя фыркала, они же должны были понимать, что самый лучший наряд может быть только один. К тому же, многие, заказывая этот “самый”, долго рядились, выбирая в результате ткань подешевле. Понимали ли они, что самый лучший наряд не может быть сделан из самой дешевой ткани? Лиса надеялась, что да. И надеялась, что мастерство нирры Дрю, помноженное на мастерство швей и вышивальщиц, даст нужный результат.

А пока она крутилась и вертелась между клиентками, искусственно улыбаясь, потому что все натуральные улыбки давно уже были растрачены. Записи в книге заказов прибавлялись, отметки об оплате тоже. Всем хотелось выглядеть на балу лучше всех. Говоря на балу, имелись в виду различные балы. Ведь в Длинноночье балы устраивались повсюду. Главный бал… Нет, не так. Бал. Самый волшебный и трепетно ожидаемый, конечно, Императорский Бал. Но, на него торопились лишь особо приглашенные. Получить приглашение на Императорский Бал можно было только входя в круг избранных или приближенных к императорскому кругу. Остальные же, не расстраиваясь понапрасну, но все же втайне мечтая о большем, наслаждались балами местными.

Главный Бал в Кресте устраивался в Ратуше, той самой, что высилась на Центральной площади. Там собиралось все местное высшее общество. Правда, это вовсе не означало, что менее высокое общество оставалось без праздника.