Елена Янова – Закон Мерфи. Том 2 (страница 26)
Третье утро в отсутствии Тайвина и Честера выдалось странным. Гайяна уже приготовилась отбивать свое место и авторитет всеми доступными ей способами, но Ветрова сдуло, а вместо него в начале дня в научном отделе появился Санников. Ему обрадовались, как родному!
И, как только Ви с Гайяной и Красным, волнуясь, обозначили возможный путь решения проблемы, первопроходцы определились с планом действий, и дни отсутствия руководства Корпус считать перестал. Некогда стало. Зато имена Тайвина и Честера распахнули перед ними все двери, правда, некоторые захотелось тут же захлопнуть обратно.
Вернер, пользуясь и привилегиями градоначальника, и правами руководителя военного подразделения Межмирового правительства под немудреным суровым названием «Авангард», открыл перед оперативниками все склады, даже те, которые коменданты старались тщательно упрятать подальше. И по документам, и по факту отсутствия завскладом. Заодно перетряхнули списанное барахло и запасники, попутно выяснив, что слишком много списанного и запасного — и не рухлядь вовсе. И уходит на сторону.
Вернер рассвирепел и пообещал детально разобраться после спасательной операции, а пока предоставил Корпусу все, что мог, и немножко сверху. Конечно, чистого ацетофенона у него на складах не было, как и бензола, зато обнаружились запасы «Черемухи» времен двадцатого века.
На вопрос о том, откуда у градоправителя настолько древняя слезоточивая редкость, как пара мешков хлорацетофенона в кристаллическом виде, а, главное, зачем она ему так нужна, что с Земли на Шестой приехала, Вернер невнятно пробурчал что-то про то, что предпочитает старое, проверенное и дешевое новому, непроверенному и дорогому, но толком так и не признался.
Химики не стали допытываться и радостно утащили «Черемуху» — растворять в хлороформе и хлорпикрине, коих у ученых было в избытке. Спустя сутки они выдали оперативникам тщательно закупоренные баллоны для распылителей, предупредив, что без полной брони в место распыления «Черемухи» соваться не надо часа два, а лучше три.
Энтони, начальник колониальной полиции, запасами древнего лакриматора похвастаться не мог, зато, радушно улыбаясь оскалом приветливой гиены, потряс все сектора, выбив у колонистов подотчетные капсулы развертки локальных нанопротекторных куполов. Население колонии, несмотря на нешуточную опасность, с призрачной надеждой защиты собственного дома расставаться добровольно не спешило, так что пришлось применять вежливое убеждение.
Зато СМИ с радостью встретили оперативников, упредив их визит, прямо под окнами офиса Корпуса — и от них у первопроходцев заныло сразу все подряд. Отношения с журналистами у Корпуса были прекрасные, но никому, кроме Али и Вика не хотелось смотреть потом на себя по головидению и испытывать испанский стыд за косноязычие себя или коллег.
К Вику и Ви дроны постоянной трансляции и прикрепили: такой случай, как готовый на славу первопроходец и красавица-стажерка, упускать было нельзя. И вообще, колонисты имеют полное право знать правду в полном ее объеме!
Эту правду, правда, после первой же трансляции вылазки великолепной пятерки в область подготовки плацдарма для спасения колонии, колонисты предпочли бы спрятать в дальний угол памяти и больше не видеть никогда. Они и так в героизм первопроходцев верили всем умом, сердцем и душой, и инфернальных инсектоидных доказательств оного видеть не очень хотели.
Но СМИ от бесплатного реалити-шоу отказываться просто так не пожелали — и в итоге вытащили свой гран-при на миллиардные прибыли. Ви как раз и отличилась.
Через двое суток подготовки проекта спасения колонии на реактивных скоростях, оперативники, аналитики, ученые и руководство собрались в офисе Корпуса первопроходцев, внизу, на складе, куда все это время старательно складывали то полезное, что смогли найти и сделать. Подумать и прикинуть, что получилось.
Корпус первопроходцев в полном составе негромко шумел: они невероятно устали не спать две ночи подряд, но были собой довольны. Особенно аналитики Ан и Чингиз, и научники — Гайяна, Михаил и Кевин. Они, два программиста-аналитика и два нанокибернетика в связке с ксенозоологом сотворили практически чудо: программу, настраивающую впрыск в атмосферу аэрозоля в зависимости от направления ветра, влажности воздуха, количества инсектоидов и их активности в разное время суток.
Впрочем, химики светились не меньше, особенно Нил. Они не только помогли наштамповать в рекордные сроки пару тысяч литров аэрозоля-репеллента, но и почти довели до ума процесс превращения брони первопроходцев в знаменитые сковородки с тефлоновым покрытием.
Да, напечатать пластиковую броню вместо настоящей можно было, конечно, и от алкионов она бы защитила. Но от зубов той же химеры-то нет! Пришлось думать, как сделать тонкое пластиковое покрытие, и чтоб оперативники не превратились в манекены и сохранили свободу движений. Так и остановились на тефлоновом напылении. Потом как минимум сутки работы ушли на то, чтобы синтезировать и полимеризовать тетрафторэтилен до обычного тефлона.
Теперь им нужно было еще столько же времени, чтобы вместе с физиками испортить штук пять комплектов тяжелой брони пескоструйной чисткой. Или больше. И брони, и времени. Потому что требовалось подобрать такое давление алюминиевого песка, чтобы и броню не процарапать насквозь, и тефлон, сверхскользкий гад, «зацепился» за микротрещинки и остался на ней. По идее, тефлоновое покрытие должно было и от плавиковой кислоты защитить, и в условиях постоянной нагрузки держаться как минимум несколько часов, если вдруг оперативникам вздумается тереть броню пучком здешней травы пополам с песком. А если не вздумается — то намного дольше.
Но тефлон пока не был готов, а вот пора работы тяжелой полевой артиллерии пришла.
Пока у Корпуса были Тайвин и Честер, которые постоянно соревновались между собой в терминах и просторечной язвительности, оперативники привыкли полагаться на их диалог интеллекта и интуиции, схватывая на лету, что происходит, и что надо делать. Теперь надежда перевести с научного на нормальный оставалась только одна — аналитики.
И первопроходцы, собрав в центре склада в одну кучу баллоны с аэрозолем всего того, что пахло черемухой хотя бы отдаленно, судорожно пересчитывали количество локальных капсул с защитными куполами, комплекты брони и коллективно думали вслух, придираясь к аналитикам как к промежуточному звену между ними и учеными.
— Как-то зыбко все… А если ветер? — В тысячный раз пытался найти в плане подвох Берц.
— Программа учтет, мы будем постоянно контролировать обстановку, — ответил ему Ан.
— А когда вы успели программу написать? — удивился Красный.
— За двое суток можно много чего сделать, если сильно захотеть, — улыбнулся Ан, а Чингиз молча кивнул в ответ. — Особенно когда никто не перетягивает одеяло на себя, и все работают сообща.
Горбоносый Михаил в сторонке виновато опустил глаза — будучи от природы человеком с практичной жилкой прижимистости, он сначала свои выкладки аналитикам в силу старых привычек не афишировал, пока Ан на пальцах не объяснил, чем чревато промедление, а Чингиз не насупился и вместе с братом красноречиво не намолчал на ученого. Пришлось тому менять привычки не за три недели, а за три минуты.
— А если дождь? — продолжал допытываться Берц.
— Прогнозы учли, да и не сезон.
— А если мы не все подключим?
— Будут дырки в защите, — покаялся Ан. — Ничто не безупречно.
— Значит, придется идти и работать на совесть, — вздохнул Берц. — Что нужно делать?
— Смотрите. Местность нам геологи нарисовали, — Ан развернул голограмму карты прямо поверх баллонов, брони и кучки капсул развертки. — Локальный купол дает полусферу диаметром в двадцать метров. Чтобы он развернулся в прямоугольник наибольшего периметра, и наниты сохранили связи, его размеры не должны превышать пятнадцать метров в длину и четыре в ширину. То есть ваша задача — разместить капсулы по нужным точкам на протяжении километра полосой в сто метров, и по похожей схеме расставить баллоны с газом, только их можно реже ставить. — Аналитик устало потер висок и продолжил: — И вот программные узлы, их мы поместили в пластиковую тару, кислотой не возьмешь. Узлы надо будет разместить по ключевым точкам, на схеме синим обозначено, у вас будет по визору транслироваться прямо на местность. Как только вы разместите все капсулы и программные узлы, они будут работать в связке и давать единую зеркальную полосу. Мы будем включать сначала дальнюю треть полосы по всей длине, но на ширину в тридцать метров, потом еще треть, потом еще, потом последний десятиметровый рубеж ближе всего к колонии. При таком подходе нам хватит капсул на десять дней.
На голограмме под внимательным взором Берца на ровные красные ряды полутора тысяч точек наложилось вдвое меньше желтых квадратов и двадцать крупных светящихся голубым треугольников.
— Программные узлы в пластике. Аэрозоли тоже. Не справимся — будут дырки. Я понял. А…
— А укрыть пластиком каждый нанит химики и физики не сумели бы и за сто лет, так что по мере нагрузки отдельные «зеркала» придется постоянно менять, — вмешавшись в разговор, с сожалением упредил вопрос подозрительного первопроходца Санников, перехватив инициативу у Ана.