Елена Янова – Закон Мерфи. Том 1 (страница 75)

Осложнялась операция не тем, что ведущая голова двуходки имела ядовитые железы в основаниях ее многочисленных зубов, а ведомая — нет. И не тем, что бегала двуходка обычно задом наперед, задрав ведомую голову вверх — так она выслеживала добычу, простые глазки ведущей головы практически ничего не видели — это-то как раз облегчало понимание, каким краем животное повернуто к наблюдателю. Не особенно мешался и тот факт, что каждый сегмент членистого тела инсектоида мог вертеться относительного другого градусов этак на двести, благодаря чему амфисбена хоть по отвесной скале могла при желании взобраться. И не в том заключалась сложность, что первая непарная лапка служила острым и очень прочным стилусом — ей двуходка нащупывала добычу со стороны почти незрячей ведущей головы, ей же протыкала, ей же убивала, впрыскивая яд.

Проблема заключалась в другом: кроме лапки-шипа, общей ядовитости, прыгучести, ползучести и великолепных ходовых качеств, двуходка обладала активным и очень агрессивным хищным нравом, прятаться умела отлично, нападение из засады принимала за базовую охотничью тактику, а в качестве укрытия рыла себе норы. Как и где искать полутораметровую смертельно опасную тварь, что может напасть в любой момент из-под земли и спокойно пробивает ядовитым охотничьим стилусом тяжелую броню, не представлял себе никто.

Раньше, когда первопроходцы только начинали составлять справочник фауны Шестого, увернуться от двуходки им помогали несколько раз случай, везение и фирменное Честерово чутье. Так примерно и поняли ареал обитания животного, повадки и особенности амфисбен. И лишний раз своенравных зверюг старались не беспокоить. Но рабочая задача — поймать двуходку живьем — выбора не оставляла. Надо было идти охотиться на охотника. Оставалось выступить в роли живцов, бронированных, вооруженных, но по-прежнему беззащитных перед инсектоидным хищником.

Зайдя глубоко на северо-восток, на границу владений зарегистрированной в справочнике амфисбены, боевая пятерка остановилась и перестроилась в клин — так вероятность отсечь двуходку становилась выше. Через несколько часов сосредоточенных рысканий по владениям амфисбены оперативники были вознаграждены редким зрелищем — подняв вверх ведомую голову, чтоб никто сзади не подкрался, двуходка увлеченно что-то грызла ведущей. Первопроходцы замерли: плохое зрение животного должно было сыграть им на руку.

Вокруг шелестела полупрозрачная трава, вздрагивая хрустальными переливами звука, сквозь нее просвечивало черное брюхо и спина с красными отметинами в основаниях лап и опалесцирующими пластинками на макушках ведущей и ведомой головы — так двуходка имитировала рецепторные щупы нефелы, подманивая добычу: пентаподов, неосторожных суккуб или молодых ложных скорпикор. На химеру, скорпикору Салливана или гептапода всей природной ярости, яда и сил у амфисбены не хватало.

Через несколько минут гляделок двуходка успокоилась и принялась дальше вгрызаться в добычу. Оперативники осторожно сделали шаг вперед — и снова замерли. Им повезло, что, когда они нашли амфисбену, зверь только приступил к трапезе, а едят двуходки чрезвычайно долго, но все равно подкрасться на расстояние броска капсулой с разверткой малого защитного купола нового типа, что они на задание выклянчили у Тайвина, пятерка смогла часа через два. К этому моменту нервы оперативников предельно натянулись, и когда Али точно рассчитанным броском заключил животное в безопасную тюрьму, Ви невольно вскрикнула: двуходка врезалась в тонкую радужную пленку ведущей головой и чуть не выскочила наружу, но защита не пустила.

Оперативники напряженно ждали — нести амфисбену в состоянии аффекта в жестком каркасе купола было нельзя, ресурс быстро истощится. К тому же тонкие резкие броски лапы-шипа защита через раз не выдерживала и сейчас. Погибнуть так по-глупому никто не хотел, и зверя надо было измотать.

Двуходка выбилась из сил примерно часа через три. Она прекратила биться о стенки купола, пытаться пронзить его шипом и прогрызть первой парой ногочелюстей ведущей головы, свернулась в угрожающий клубок и тихонько скрежетала. Сегменты тела беспокойно ворочались, бессистемно перебирая лапами в воздухе, и в то же время синхронно вздымались и опускались — двуходка порядком устала и запыхалась.

Ви с размаху села на землю и выдохнула ей в обе морды:

— Что ж ты такая реактивная, хлеще фтора. Ребят, вот мы ее, допустим, донесем до колонии и до Салливана. Допустим, купол пропустит. А как и где ксенозоологи ее держать будут? А если сбежит?

— Слушай, точно. Сейчас спрошу.

Али связался с колонией, и через пару минут оперативники наблюдали, как у него медленно вытягивается лицо. Еще минуту он слушал объяснения с той стороны, потом побагровел и постановил:

— Нет. Слишком опасно. Либо удовольствуйтесь дохлой, либо мы ее выпускаем с наблюдением. Решать вам. Хорошо, выпустим.

Ви тут же прокомментировала, как только Али закончил разговор:

— Ну то есть мы ее несколько часов ловили с риском для жизни, три часа ждали, пока она успокоится, а теперь нам надо ее отпустить, потому что ни мы, ни ученые не подумали, что дальше надо делать? — Али обескураженно пожал плечами, а Ви покачала головой. — Зуб даю, Честер первым делом бы о безопасности колонии поинтересовался.

— Скорее всего, — вздохнул Али и ударил себя по коленке. — Весь день насмарку, а! Могли же головой подумать заранее!

— Что-то у нас без начальства трава не растет и пентапод не ловится. Как бы нам Честера вернуть? — огласил животрепещущий вопрос Вик и с деловым видом отключил запись полевого выхода. Оперативники, не колеблясь, повторили его действия.

— Забастовку устроить? — предложил Уилл.

— Колония должна быть в безопасности, это крайняя мера, если ничего другого не получится, — качнул головой Али.

— Может, к Аристарху Вениаминовичу все вместе на поклон сходим? — спросила Ви.

— Чез запретил подковерную возню, — ответил Дан.

— Так это не подковерная, а надковерная возня получается, — с хитрым видом подмигнул сослуживцам Вик. — Соберем всех да с утра завтра и сходим. Без Честера Корпус долго не простоит, уж кому, как не Аристарху, об этом знать. Я за.

— И я, — постановил Али.

— Черт с вами, и я, — буркнул Дан.

— Забастовочку бы… — мечтательно протянул Уилл. — Я не к тому, что мне охота подвергать риску колонию, просто интересно, как Андервуд выкручиваться бы стал. Но я тоже за.

— С этим решили, — Али щелкнул записью обратно и кивнул на двуходку. — А с ней что делать?

— Может, синей? — Ви постучала себя по подсумку с боезапасом. — Где у нее уязвимое место?

— Сомнительно, — покачал головой Али. — Сегменты из силихитина, не пробьет. Если только прямо в пасть загнать, как той суккубе… А если у нее, как у суккубы, резистентность к парализанту?

— Другой выход не убивать животное, выполнить задание и в живых остаться есть? — задала риторический вопрос Ви. — Можно, конечно, столбом стоять, вдруг пронесет. А если нет?

Пока оперативники усиленно думали, неподалеку в кустах что-то зашуршало. Первопроходцы насторожились и синхронным движением выстроились в круг, ощерившись наружу иглометами. Из-за кустов высунулись сначала ярко-красные вибриссы, потом подвижный черный нос, а потом и вся морда — в нескольких метрах от оперативников интересовалась происходящим молодая особь ложной скорпикоры. И Ви могла на валентности кислорода покляться, что не какая-то абстрактная, а та самая, с почти зажившей дыркой в крыле. Оперативницу осенило.

— Смотрите! Старая знакомая! В смысле, юная. Ну это та, которой Чез помог! — в голове у Ви мгновенно созрел план. — Я могу на смарте голограмму альсеиды сгенерировать, это ж их основная добыча, правильно?

Ви с неуверенностью посмотрела на оперативников и, дождавшись подтверждающего кивка, продолжила:

— Скорпикора поближе подойдет, мы двуходку выпустим, а пока она будет за мелкой гоняться, попробуем иглу в одну из пастей загнать, должна же она удобным боком повернуться.

— Звучит в духе Чеза, — хмыкнул Али. — Дырок больше, чем логики. Скорпикора может не подойти. Двуходка может за ней не погнаться. Мы можем промахнуться. Парализант может не сработать. Тварь может на нас переключиться. Да мало ли! Но может и сработать. Давай. Другого плана все равно нет, пусть будет такой.

Ви сверкнула улыбкой, выщелкнула модуль записи и настроила его на генерацию трехмерного изображения нимфы альсеиды близ купола с двуходкой, установив таймер на две с половиной минуты. Этого должно было хватить, чтобы разобраться с ситуацией, а потом модуль на наблюдение за двуходкой переключится. Оперативники сменили боевые иглы на иглы с парализантом и напряглись. Ви запустила проекцию и щелкнула кнопкой свертки купола. Теперь их жизнь и здоровье зависели от одной не в меру любопытной усатой морды, случая и везения — в лучших традициях Чеза.

Скорпикора, зараза, не двинулась с места, двуходка, не веря своему счастью, начала медленно разворачиваться, а оперативники старались застыть на месте и не подавать ни малейших признаков жизни. Видит животное плохо, реагирует преимущественно на движение, должно прокатить. Скорпикору было жалко до слез, и Ви пообещала сама себе, что если их юная знакомая избежит хищника, Ви потом обязательно ее найдет и будет долго извиняться за такую подставу. Скорпикора, хоть и не повелась на проекцию, все же не подвела — зашипела и юркнула обратно в кусты, двуходка тут же среагировала на движение и кинулась в его сторону — а на ее рывок мгновенно ответил слаженный хор пяти иглометов. Через мгновение все было кончено — амфисбена распласталась безвольной тряпкой на траве, еле шевеля лапами. Парализант подействовал. Скорпикора ушла невредимой.