Елена Воронцова – Эль (страница 9)

– Живой – нет. Но ведь у нас есть магноны, – он многозначительно выделил голосом последнее слово, и светлые брови снова взлетели. – С 30%-ным шансом призванная к ответу высшая сущность будет внедрена в метрику наиболее пострадавшего истца. Благо Ваал по-прежнему автономен и бесконечно терпим к подобным вливаниям.

– Нет! – испуганно отшатнулся Мурмур. – Рано или поздно Ваал будет поглощен Люцифером! Они есть суть единое целое! Вы хотите собственноручно передать падшему душу первородной?!

– Этого не будет! В живом мире ей ничего не угрожает. Более безопасного места невозможно придумать, и ты это знаешь. Да и на кой Люцию ее душа? Его интересует только тело. А я лично прослежу, чтобы мир, в котором сейчас находятся магноны, выжил.

– Ты всего лишь темный престол. В живых мирах ты столь же бессилен, как и все мы. Да и 30% – это слишком ничтожный шанс для столь рокового шага.

– Согласен. Но престол хуманов добавит нам еще 5-8%.

– Мало, – отрицательно покачал головой ангел. – Даже с учетом твоего присутствия, а как я понимаю, ты намерен также выступить истцом, в общей сложности получим чуть более 50%. Ничтожно мало, если вспомнить, какие силы вы намерены задействовать.

– Это если мы не усугубим мое положение. У нас есть наработки, как увеличить процент моего влияния до шестнадцати.

Светлый престол лишь отмахнулся, не желая комментировать.

– К тому же, со мной будет мой питомец. Уверен, я смогу протащить его в мир, ведь Мархосиус не более чем неразумное животное с искрой совершенной сущности внутри.

– Ты превратил великую душу в бездумную тварь, – осуждающе покачал головой ангел.

– Это был его выбор. И так же, как и ты, он знал, на что и ради кого шел. И того, наши шансы на инициацию процедуры ордалии возрастают до приемлемых 85%. Которые будут повышаться с каждым циклом, проведенным нами в мире живых.

– На поглощение отводится всего пять циклов. Даже с учетом возможностей магнонов, у вас будет максимум шесть сотен лет. Это предел. То есть к началу пятого большого цикла процент, при самых благоприятных условиях, едва ли дотянет до ста одного. При неблагоприятных – к концу шестого так и останется на 96%.

– Не останется, – заверил темный. – Да и почему бы тебе не взять в расчет еще одного престола первородной?

Ангел вздрогнул и прикрыл глаза. Повисла долгая пауза. Пантеон скорбел, окатывая своего собрата волнами нежности и сочувствия. Общий разум позволил всем светлым в миг понять его решение. Одни не одобряли, иные понимающе вздыхали, но все сотни тысяч высших созданий приняли его волю и тихо скорбели о потере.

– Это приемлемо, – наконец осипшим голосом выдавил ангел.

Обрадованный темный не смог сдержать облегченного выдоха и ободряюще хлопнул поникшего и явно сбледнувшего ангела по спине.

– Не мрачней ты так. Инферно не так уж и ужасно. Привыкнешь. И уж лучше быть князем ада, чем еще одним безликим ангелочком.

– Нет, брат мой, одним из вас мне не быть…

– Что?

– Я не могу, – беспомощно выдохнул он. – Но это и не важно. Нам нужен максимальный прирост эманаций, взывающих к справедливости. Здесь моя добровольная жертва может сыграть решающую роль. Я отправлюсь в темный лимб.

– Что?!! – тут демон даже вскочил на ноги и, за малым, не ухватил антагониста за грудки. – Совсем рехнулся, святоша доморощенный?! Лимб сломает твою сущность! Не смей!

Он беспомощно сжал кулаки, наблюдая, как белоснежные перья, словно осенняя листва, срываются с крыльев.

– Каждый тик моего пребывания в чистилище будет увеличивать шанс на инициацию на 0,0002%, а это 36,5% уже через пять циклов и 51% через семь. Достаточная критическая масса для пробуждения и активизации сил великого равновесия и приведения в исполнение самого безумного сценария. Только так ваш план может сработать.

– Ну зачем?! – взвыл темный. – Мы могли бы решить это как-то иначе! Что же ты натворил, идиот!!!

Кричал он уже в пустоту. Ангел исчез, оставив после себя лишь горстку перьев и прощальные слова:

– Даю тебе право на мою душу сроком в один оборот, через пять полных и одиннадцать малых циклов, – веско упали слова добровольной клятвы. А затем уже совсем еле слышно, молящий шепот: – Вытащи меня, темный брат…

– Кретин! Идиот! Долбаный суицидник! Ну зачем? Зачем?!

Он присел и с нежностью зачерпнул горсть перьев.

– Я вытащу тебя, ты только держись…

Глава 3. Кеван

– Вы в порядке? – незнакомый и невероятно красивый мужской голос.

Холодно. Мокро. Я валяюсь в грязи, а мое правое запястье горит огнем от сдавливающих его тисков. Кажется, удара о стену так и не последовало. Но почему? Открыв глаза, я с удивлением уставилась на высокую, закутанную в плащ фигуру, явно ожидающую ответа.

– Лучше, чем могло было быть… – протянула я, окидывая взглядом бесчувственное тело Дэна, распластавшееся рядом со мной. – Это ты его?

– Простите, миледи, я вынужден был вмешаться. Вашему здоровью явственно угрожала опасность.

Уже успев встать и пытаясь высвободить руку, я чуть не шмякнулась обратно в лужу, услышав такое обращение. Даже огляделась по сторонам. Нет, ну, мало ли, может, тут еще кто-то есть? Не этот же кусок грязи, который я сейчас из себя представляю, он обозвал «миледи»?

Никого.

– Ага… Явственно… – промямлила я, отвешивая впавшему в ступор мозгу, очередную оплеуху. Бездна! Ну конечно! Плащ! Этот чудак, вероятно, тоже принял меня за аристократку! Хотя как он мог опознать в этой мокрой тряпке дорогую вещь? А судя по его плащу и манере речи, парень тоже не из «нашего района». Низко надвинутый капюшон и маска, прикрывающая нижнюю часть лица, недвусмысленно намекали на его желание сохранить инкогнито. Залетный аристо, решивший поискать острых ощущений? Такое было вовсе не редкость. Несмотря на все многообразие предоставляемых развлечений кварталов удовольствий, бои насмерть в городах были запрещены. А вот в человейниках гладиаторские арены являлись одним из основных источников дохода князя. И, разумеется, при всей своей нетерпимости и воинственности по отношению к аристо, братки добросовестно делали вид, что не замечают их присутствия в таких заведениях.

– Я могу вам помочь? – прервал эти сумбурные размышления незнакомец, кивком указывая на мои тщетные попытки освободиться.

– Да это капкан, а не рука! – в бессильной злобе я не сдержалась и пнула тушу Дэна, чуть не отбив ногу о приглушенно звякнувший доспех.

– Позволите? – не успела я и глазом моргнуть, как фигура незнакомца оказалась рядом, и он без особых усилий разжал удерживающую меня клешню.

Нет, я точно неудачница! Та легкость, с которой он проделал это, добила мою самооценку, заставив ее обиженно булькать, погружаясь на дно той самой лужи, в которую села ее обладательница. Я поджала губы, чтобы не разреветься. Да что со мной не так?!

– Прошу прощения за дерзость, но я обязан сопроводить вас до безопасного места, миледи. Если вам будет угодно, я последую на расстоянии.

– Со…сопроводить?

– Это мой долг, миледи. Не беспокойтесь, мое присутствие не доставит вам неудобств. Я лишь прослежу, чтобы вы покинули резервацию в целости и сохранности. Здесь крайне небезопасно.

Мой мозг натужно скрипел, силясь понять происходящее, но, видимо, его запаса прочности было недостаточно для столь экстремальных испытаний. В голове воцарилась безмятежная пустота, в которой весело скакали бессвязные мысли и обрывки фраз. Не знаю, сколько я так простояла с отвисшей челюстью, но наконец одна из ярко пульсирующих мыслей врезалась в сознание, призывая к немедленным действиям.

Бездна! Да приди же уже в себя, Эль!

– Ты хоть понимаешь, что натворил?! Тебя ведь за нападение на патруль теперь однозначно прикончат! Надо срочно уходить! Тут поблизости еще пара его дружков-дебилов ошивается. Если тебя заметят…

Парень спас меня, и, кем бы он ни был, я попросту не могу позволить ему попасться. Братство никогда и никому не прощает посягательств на свою власть в резервациях. Будь то храмовник, дворянин или даже маг, его все равно найдут и прикончат, сколько бы времени и средств это ни отняло. Это незыблемый постулат, благодаря которому резервации уже много веков сохраняют свою независимость, отбивая у человеческого правительства городов всякое желание лезть на территорию братства.

– Вам не стоит беспокоиться обо мне, миледи. Но вы правы, мы должны покинуть это место как можно скорее.

– Бездна! – снисходительность и мягкость в его чудесном голосе обескураживали. Может, он блаженный? Те аристо, что встречались мне раньше, вовсе не походили на этого благородного, причем не по статусу, а по натуре, парнишку.

Опять странные мысли. Нет, не об этом сейчас нужно думать.

Уже собравшись дать деру, я вдруг вспомнила о Жиле. Он знает, кто я, и, когда придет в себя, наверняка доложит обо всем начальству. Этого нельзя допустить. Нужно выиграть время, хотя бы до утра, чтобы дать Нику прийти в себя, да и дом я еще успею обчистить, если все правильно сделать. Фантом я или где, в конце-то концов!

Подсоединив специальную трубочку, протянутую через рукав костюма к нужной коробочке на груди, я поднесла запястье к носу Жила и дунула в расположенный на плече свисток, сопряженный с хранилищем сонного дурмана. Легкое облачко втянулось в организм братка, усыпляя на ближайшие сутки. Не хотелось думать, что, возможно, я только что убила человека. Но это было так. Если кто-нибудь его не подберет и не позаботится, парень замерзнет. На Дэна сонного дурмана мне было жаль, поэтому я ограничилась горстью жгучего порошка, от души сыпнув его в штаны похотливому ублюдку. Пока кретин очухается, эта дрянь успеет хорошенько разъесть его причиндалы. Сомневаюсь, что он вообще что-либо вспомнит, но в любом случае теперь имбицилу не будет дела ни до чего другого.