Елена Воронцова – Эль (страница 6)

Я тщательно заперла дом и еще раз огляделась, пытаясь отогнать навязчивое ощущение чужого взгляда. Неужели мне страшно? За столько лет я, похоже, совершенно отвыкла быть одна. Даже не помню, когда в последний раз выбиралась из дома без Ника.

Стиснув зубы, я еще раз осмотрелась, но все было тихо. Никого. Это всего лишь мандраж. Да кто осмелится подойти к дому Беса? Бред! Ник здесь весьма непопулярен. О его жестокости ходят легенды, а имя заставляет вздрагивать даже законченных отморозков. Нет, мой братишка не монстр и не садист, все дело, как обычно, во мне. Своими акциями устрашения он заставил всю резервацию бояться приближаться к нашему дому, и уж тем более к своему горячо опекаемому братишке с забавным именем Эль.

Бездна! Мысли упорно сползают не туда. Нужно собраться. От меня теперь зависит наше с Ником будущее, и он прав: за свои решения нужно отвечать. У меня уже нет права на слабость или страх. В конце концов, я фантом, у меня прекрасная подготовка и способности, которые помогут выкрутиться из любой ситуации. Конечно, я справлюсь! Я не могу облажаться, и я не облажаюсь!

Я тряхнула головой и, подбадривая себя таким нехитрым способом, потопала по направлению к городу.

Мне удалось пройти почти квартал, прежде чем мою уверенность в себе сильно пошатнул начавшийся проливной дождь, моментально превративший и без того напитанную осенними ливнями землю в месиво, а за следующим поворотом ее буквально втоптало, в так вовремя образовавшуюся грязь.

Архитектура человейников весьма незамысловата. Двух-, трех-, пятиэтажные каменные коробки, плотно прилегающие друг к другу, лишенные по большей части крыш, с занавешенными разным тряпьем и хламом дверными проемами и крошечными окошками, никогда не видевшими стекол. Эти коробки образовывали из себя лабиринт, заполненный кучами мусора, нечистот и лишенный какой бы то ни было растительности. Дома стояли так плотно, что на некоторых улочках было проблематично разминуться даже вдвоем. Поэтому, когда дорогу мне перегородили три здоровых парня, вариантов просто их обойти и продолжить путь не было.

– Воу! А кто это у нас тут такой маленький и мокрый? – громко спросил один из парней, перекрикивая шум дождя.

Вид у парня был откровенно жалкий: кожаная броня, изгвазданная в грязи, видавшая виды вязаная шапчонка, из-под которой свисали мокрые пряди разной длины, сломанный нос, огромный синяк под глазом и мерзкая щербатая улыбка.

– Мамзелька заблудилась? Ей наскучили расфуфыренные павлины, и захотелось настоящей мужской любви?

Он гнусно заржал, а я с ужасом осознала, что, во-первых, на мне женская одежда и дорогущий плащ, который и стал причиной того, что этот имбецил принял меня за аристократку, а во-вторых – передо мной патруль «Братства». «Братства», которое представляет здесь закон.

«Братство Тени» – самопровозглашенное правительство в человейниках, сборище тех, кто не смирился и не желал признавать власть магов или их человеческих подхалимов. Пользуясь статусом свободной зоны резерваций и заявленной политикой невмешательства, такие люди объединялись в воинствующие группировки, со временем обретшие множество сторонников. Если уж совсем честно, то данной организации просто эпически повезло в свое время. У них с иномирцами случилась знатная заварушка, в результате которой какой-то придурковатый маг признал за братками право на сопротивление и борьбу и поклялся за весь свой народ, что их не станут преследовать на территории человейника, что бы те ни натворили. Так резервации превратились в маленькие помоечные империи со своими князьями, армией, идеологией и сводом законов, распространяющихся на всех обитателей резервации. Да, представьте себе, маги никогда не нарушали клятв, какими бы идиотскими те ни были. Ну, или почти никогда. Лично мне один такой случай был известен, и закончилось все катастрофой.

Со временем, «Братство Тени» разрослось, и их ставленники появились в каждой занюханной резервации, устанавливая свои порядки, вербуя новых бойцов и, словно стая блох, бесконечно докучая магам и их лизоблюдам всеми доступными способами. И да, стать членом братства мог далеко не каждый. Уже более века князья могли себе позволить отбирать лишь лучших и воспитывать их с самого юного возраста, взращивая как обычных бойцов, так и высококлассных специалистов различных боевых направлений.

Но, несмотря на то что мы с Ником тоже являемся его воспитанниками, никто не знает меня как девушку. Фантомам не ставят опознавательные тату, а если бы оно у меня и было, в Дисбурге о моей подготовке никто не знал. Для всех я – забитый и ничем не примечательный младший брат одного из элитных убийц организации.

Но самая большая проблема заключалась в другом – клеймо резерванта! Двадцать цифр идентификационного кода, который вряд ли сможет что-то поведать обычным патрульным, но имя… Распространенное имя Эль, данное мне в приюте с чьих-то пьяных глаз, здорово выручало нас все эти годы, позволяя легко затеряться в толпе таких же оборванцев под видом парня. Вот только для представительниц прекрасного пола, носящих на запястье эти три буквы, оно давно стало проклятьем. Их регулярно таскали к дэвам так, на всякий случай, ведь пол и имя совпадали с данными розыскных листов, сулящих невероятное вознаграждение.

Бездна! Как я могла не подумать о такой банальной возможности, как столкновение с патрулем? Будь здесь Ник, этим недоразвитым и в голову бы не пришло к нам приближаться, а я настолько привыкла к подобному положению вещей, что даже не обдумала свой путь по резервации, сконцентрировавшись на действиях в городе.

– Слышь, Плюгавый, а может, это дэвка? Рожи ж не видно. Скажи, пусть снимет капюшон, – подал голос второй патрульный.

Видок у него был немногим лучше первого, разве что выражение лица и интонации голоса выдавали в нем простодушного олуха. Он настороженно поправил арбалет, неловко переминаясь с ноги на ногу и не спуская с меня взгляд.

Плюгавый от этих слов расплылся в улыбке еще больше.

– Точно! Снимай все, мамзелька, а то вдруг у тебя три сиськи или хвост в штанах. Мы обязаны проверить, – он придурковато заржал и сделал шаг ко мне, отчего я рефлекторно отпрянула и натолкнулась спиной на что-то металлическое.

«Что-то» оказалось огромным верзилой, закованным в тяжелый доспех и перегородившим своей тушей всю улочку позади меня. Каким образом эта громадина смогла незаметно подойти, оставалось загадкой. Я сглотнула, пялясь снизу вверх на лыбящуюся харю с затуманенными буркалами и судорожно пытаясь придумать, как выкрутиться из этой западни.

– Поймал! – радостно сообщила гора мяса своим дружкам, хватая меня за руку.

В подтверждение своих слов он приподнял меня и встряхнул, отчего капюшон слетел с моей головы, а плащ распахнулся, явив окружающим форменную одежду «братства».

– Крошка, ты в курсе, что конкретно встряла? – обратился ко мне верзила, все так же блаженно улыбаясь. – За незаконное ношение нашей формы полагается смерть, и твой крутой титул тебя не спасет. Мы на своей территории и в своем праве. Но, думаю, с такой лапулей мы сможем договориться. Всегда хотел попробовать аристократочку!

Он заржал, стиснув меня так, что едва не раздавил, и стал озираться по сторонам в поисках укромного местечка. Мой ответ на это «чрезвычайно лестное предложение» его явно не интересовал.

– Постой, Ден, – неожиданно подал голос четвертый патрульный, выглядевший более прилично на фоне остальных. Он единственный был облачен в плащ, капюшон которого сейчас скинул, явив ночной мгле необыкновенно бледное, осунувшееся лицо. – Нужно проверить ее личность, не исключено, что она наша.

– Жил, ты гонишь? Да ты только посмотри на ее плащ! А костюм? Он же новенький!

– Вот именно. Как, возможно, и она сама. Эй, девка, ты говорить вообще умеешь? – обратился он ко мне.

Я лишь кивнула, все еще пребывая в шоке от происходящего и собственной глупости.

– Кто ты такая и почему на тебе форма «братства»?

– Я ношу ее по праву, – выдала я стандартную фразу, стараясь придать голосу как можно больше уверенности.

– Брехня, – отмахнулся верзила, все так же крепко удерживая мою руку. – Я знаю в лицо всех наших баб, не так уж их у нас и много, а тебя я не знаю.

Дальше отмалчиваться было нельзя, судя по скептическому выражению лица единственного относительно вменяемого индивида из этой четверки. Намерения остальных сомнений не вызывали, как и тот факт, что они класть хотели на устав и правила несения службы. Неискаженные следами умственной работы лица имели явные признаки длительного употребления турадана. Если не привлечь внимание Жила прямо сейчас, то все это однозначно закончится скверно. Причем для меня. Оставалось только одно…

– Поразительно, – мясо умеет разговаривать! Жаль только, что к рту не прилагаются мозги, – презрительно фыркнула я, демонстративно закатив глаза. – Ну, такие дегенераты, как ты, и не должны ничего знать. Забудь, что ты вообще меня видел, ущербный.

Что ж, придется рискнуть. Класс фантома, по которому меня обучали, считается не только элитным, но и скрытым. Его обладателей обычно не афишируют среди рядовых братков. И хотя я, разумеется, не числилась на данной должности в Дисбурге, но вариант провести обычных патрульных имелся. План так себе и хромает на обе ноги, но небольшой шанс на его удачное воплощение все же есть.