Елена Воронцова – Эль (страница 24)
– Точно… – маг снова устало потер переносицу. – Но ведь очевидно, что он не заинтересован в сохранении своей расы. Не проще было бы инициировать Альфу и покинуть этот проклятый мир? Если мы потеряем…
– Нет! – хлестнул стальной плетью голос дэва, отсекая всякую возможность для возражений. – Мы обязаны сделать все, чтобы спасти планету. Любой ценой!
– Ценой жизней моего народа?
– Вы знали, на что шли. И хватит строить из себя патриота. Или всерьез думаешь, что я не вижу твоих истинных мотивов? Иди спать. Смотреть противно, во что ты себя превратил.
Максимилиан хотел было возразить, но, взглянув на своего самого близкого, хоть и несносного, друга, со вздохом кивнул.
– Ты прав, мне нужно привести себя в порядок и передать дела до отправления аэрариума.
– Даже не думай, – погрозил ему зажатой между пальцами сигаретой Андрас. – Нечего тебе там делать. Это круиз для наших голубков, так что засунь свои хотелки и грешки поглубже и не вздумай туда лезть.
По заигравшим на лице мага желвакам было нетрудно понять, насколько ему не понравились слова наставника. Но Андрас остался неумолим, напрочь игнорируя прожигающий взгляд своего подопечного:
– Не волнуйся, мальчик, она так и так будет твоей, – растягивая губы в ехидной ухмылке, прошелестел змеиной чешуей его вкрадчивый голос. – Или твоего брата, но это же почти одно и то же, правда?
Глава 6. Ники
Как бы мы ни спешили, рассвет застал нас в торговом квартале. Город просыпался с первыми лучами солнца, и улицы начали наполняться еще сонными жителями, суетливо спешащими по своим делам и подозрительно косящими и на нас, и друг на друга. Сухое прохладное лето осталось в Золотом кольце, а мы снова оказались в серой промозглой осени, в окружении обшарпанных домов, грязных улочек и атмосферы безнадежности.
Кеван всю дорогу продолжал просвещать меня относительно порядков, заведенных у магов, хотя мой уставший мозг наотрез отказывался воспринимать какую бы то ни было информацию. Но один из озвученных дэвом законов этих ненормальных пришельцев смог пробить мое свинцовое отупение, приведя в полный восторг. Сперва я даже не поверила в то, что слышат мои уши, а когда авворин подтвердил, что я все поняла верно, будущее перестало казаться таким уж мрачным. Дело в том, что, оказывается, маги дошли в своей гиперопеке над самками до такой степени, что те были вольны брать что вздумается и где вздумается, не утруждая себя мыслями об оплате. Достаточно было лишь озвучить свое имя, чтобы продавец знал, кому отправить счет. Даже не так: хранители сами решали все эти вопросы с торговцами. Они вообще все решали и делали, чтобы их хозяйки ни в чем не знали нужды. В какой-то мере, как выразился Кеван, хранители магинь стояли на ступень выше своих собратьев ввиду исключительного статуса их подопечных. Короче, теперь я могла свободно ввалиться в любую лавку или дом и в наглую забрать все, что вздумается. На закономерный вопрос, а кто будет оплачивать мои счета, Кеван пожал плечами и сказал, что это теперь не наша забота.
Разумеется, мне очень хотелось проверить, как работает эта система, заглянув в ближайшую лавочку, но было еще слишком рано, а ждать открытия мы не могли. Ник вот-вот должен был очнуться, и я была обязана быть с ним рядом в этот момент. Воспоминания о брате охладили мой энтузиазм и поселили в душе тревогу, а в голове – сонм дурных мыслей и опасений. Казалось, что прошла целая вечность с того момента, как мы расстались, столько всего со мной приключилось.
Спустя еще примерно час, когда мы миновали городские ворота и приблизились к крайним халупам человейника, солнце уже полностью вышло из-за горизонта, и стало достаточно светло, чтобы я смогла различить парня, сидящего в пустом проеме окна второго этажа, одной из лачуг.
Бежать по грязи не было ни сил, ни возможности, поэтому я упорно продолжила идти, не спуская взгляда с до боли знакомого лица и взлохмаченной белоснежной шевелюры. Ник всячески старался придать себе грозное выражение, но я слишком хорошо его знала, чтобы не заметить, какое облегчение он испытывает. Не заметить, как его взгляд обшаривает меня на наличие повреждений, как оценивает степень усталости, как подозрительно сверлит моего попутчика. Я вернула Кевану плащ, и сейчас, с накинутым капюшоном, в нем невозможно было опознать дэва, но что будет, когда Ник узнает?..
Под молчаливым и неодобрительным взглядом льдистых глаз, обещающих мне много и больно, я доползла до нужного домишки и дохлой гусеницей покарабкалась наверх. Цокнув, Ник схватил меня за руку и втянул внутрь. Мы ввалились в пустую комнату, и, вопреки моим мрачным ожиданиям, он крепко меня обнял.
– Вернулась… – прошептал он так тихо, что я едва уловила и чуть растроганно не пустила слезу, но в следующий момент мое ухо запылало.
– Ааай!!!
– Турадан?! Турадан, черт тебя подери, Эль! Ты совсем сдурела?!
– Прости, прости, прости! Аааая-яй, больно же!
Ник таскал меня за ухо, немилосердно выкручивая, но я даже не пыталась вырваться. Чувство вины за содеянное было куда острее.
– Больно ей! Ты хоть представляешь, как я волновался?! Дурында! Поверить не могу, что ты на это решилась!
– Прости, братишка, я правда раскаялась, честно-честно! Ай, блин, ну отпусти! Ухо же посинеет!
– Как только я найду подходящее место для спарринга, у тебя посинеет задница!
– Кхем… Миледи, вам требуется помощь?
Из позы буквой «Г», удерживаемая братишкой за пылающее огнем ухо, «миледи» посмотрела на умиленно лыбящегося дэва, который наблюдал за разворачивающейся сценой, расслабленно опершись плечом о косяк и скрестив на груди руки.
– Нет, Кеван, спасибо, все под контролем… – попыталась я изобразить улыбку, но вышло это у меня криво.
– Это что еще за хрен? – тут же ощетинился Ник и наконец отпустил мой распухший лопух.
– Это Кеван. Братишка, со мной столько всего произошло. Ты должен меня выслушать…
– Капюшон сними, – отодвигая меня себе за спину и доставая катану, холодно приказал Ник. Вернее, это был уже Бес: собранный, безэмоциональный и готовый убивать.
– Нет, Ники! – я вывернулась и встала перед братом, закрывая собой дэва.
Позади послышалось шуршание одежды.
– Так я и думал, – взгляд пустых льдистых глаз вновь обрел осмысленное выражение, сфокусировавшись на моем испуганном лице. – Эль всегда мечтала завести себе зверушку, и лучше тебе знать свое место, тварюшка, и сейчас быстро и четко отвечать на мои вопросы, если не хочешь, чтобы я расстроил мою наивную малышку видом твоей дохлой тушки.
– Конечно, Николас. Спрашивай.
– Штопаный крот, ты ему еще и имя мое сказала? – парень обреченно вздохнул и закатил глаза.
– Нет! Все не так! Ничего я ему не говорила, он сам… То есть…
– Его мне сказала Аделаида Роллингстоунз, твоя мама и моя… возлюбленная.
Я чуть на пол не села, когда до меня дошел смысл сказанного. Сделав шаг, я посмотрела на хранителя, потом на брата и все же села. Оба высокие, стройные, беловолосые и голубоглазые. Да, разные оттенки, но все же их сходство было поразительным.
– Но дэвы ведь не могут иметь детей… Это постулат! Непреложная истина, разве не так? – промямлила я шокированно.
– Воистину, – со вздохом кивнул дэв. – Фактически, Николас – сын того человека, тело которого стало моим. Но это не отменяет того, что вместе с телом ко мне перешла и ответственность за судьбу этого мальчика.
Ник фыркнул.
– Ты что несешь, придурок? Какая, на хрен, ответственность? Где ты откопала этого недоноска, Эль?
– Ники!
– Что? – брат перевел искренне недоумевающий взгляд на меня и снова закатил глаза. – Только не говори, что вот так вот, с ходу, ему поверила?!
– Нууу…
– Адское пекло, Эль, жизнь тебя ничему не учит, да? – обреченно покачав головой, он снова перевел взгляд на дэва. – Надеюсь, ты не наговорил лишнего?
Кеван отрицательно качнул головой.
– Нет, Николас, хотя мне и я не понимаю…
– Захлопнись! И вообще, проваливай отсюда, выпердыш бездны.
– Ники, прекрати! Кеван хороший! Ты сам велел мне довериться ему, будучи в трансе! И ты был прав! Если бы не он, я бы сейчас тут не стояла. Пожалуйста, дай мне все тебе объяснить!
– Если моя госпожа позволит, полагаю, мне действительно лучше на какое-то время оставить вас наедине. Очевидно, что мое присутствие нервирует вашего брата.
– Госпожа? Что у вас тут за ролевые игры? Совсем охренели? – Ник грязно выругался, но я проигнорировала его, обратившись к дэву:
– Ты прав, Кеван. Подожди меня, пожалуйста, эмм…
– Я буду рядом, миледи. Наша связь позволяет мне постоянно отслеживать, ваше местоположение и самочувствие, не беспокойтесь.
– Связь? – Ник подозрительно обвел нас взглядом, но Кеван с грацией кошки выпрыгнул в окно и был таков. – Похоже, тебе очень многое придется мне объяснить, малыш.
Рассказ о моих злоключениях занял прилично времени. Подробно и последовательно я рассказала братишке все, что успела натворить за эту бесконечно длинную ночь. Разве что не стала упоминать о странной проверке кронпринца и умолчала о рассказанной Кеваном истории. Думаю, мой хранитель должен сам поведать ему все, что знает о его матери, если Ник, конечно, захочет его слушать.
Комната, в которой мы находились, была абсолютно пуста, если не считать грязи, паутины и наваленных по углам груд битого камня и черепицы, бывшей некогда крышей. Часть потолка отсутствовала, позволяя выглядывающему из-за облаков солнцу освещать помещение. Снизу доносилось эпическое зловоние, недвусмысленно указывающее на то, что эти развалины местные жители давно превратили в сортир. Впрочем, весь человейник с его узенькими улочками и отсутствием отхожих мест давно уже стал одним большим сортиром.