Елена Волкова – Другие мечты. Пойми, чего ты хочешь по-настоящему (страница 3)

Отхлебывая свой эспрессо из маленькой, похожей на половинку вареного яйца, аэропортской кружки с вензелем, он поинтересовался:

«А если не секрет, куда вы летите? Сейчас идет посадка сразу на несколько рейсов. Но вы, наверно, в Париж, ведь так? Ваши изумрудные глаза сияют…», – негромко произнес он, задумчиво и мягко улыбаясь и словно припомнив какую-то свою забытую историю.

Я утвердительно кивнула в ответ, допила свой кофе и, отходя от столика, поймала в голове одну-единственную мысль:

«Я в Париж. Да, это я. Все сбывается!»

Я была счастлива.

Когда-нибудь я нарисую эту историю. Мой Париж впереди. Аэропорт, столик, кофе, огоньки самолетов за окном. Быть может, нарисую даже цветными красками. Ну, а пока в моем портфолио путешественных зарисовок красовалась всего-навсего одна картина, и выполнена она была простым карандашом: Эйфелева башня, вечер, туман…

Лететь мне предстояло одной. Минск-Париж. Конечно, путешествовать в одиночку, особенно за границу, особенно в первый раз, возможно, не самый лучший вариант – но выбора как-то не представилось. К тому же, в Париже меня с нетерпением ожидали подруги, поэтому об отсутствии хорошей компании в самолете я сильно не переживала. Хотя… Была у меня одна маленькая фантазия. Лечу я в Париж, а рядом со мной – любимый человек. Держу его за руку, а он высоты боится – изменился в лице, побледнел. А я ничего не боюсь, я рядом с ним, я сильнее всех. И я поддерживаю его морально, говорю, что все обязательно будет хорошо, вот мы долетим, приземлимся и пойдем гулять по городу!

Мечта была хорошая, но в этот раз я летела одна. Я поднялась в самолет по трапу и расположилась у иллюминатора согласно номеру сиденья по посадочному талону авиабилета. Вглядываясь в маленькое круглое окошко, я испытывала целый калейдоскоп чувств: восторг, радость от предстоящего приключения – и в то же время – грусть, тоску. Все-таки улетать одной на самолете, когда за проволочным забором аэропорта машет руками, провожая и наверняка мысленно молясь за меня, желая мягкого взлета и посадки, мой папа, выглядящий таким маленьким издалека, – дело непростое. Моя душа сжалась от одиночества. Но Париж…

На табло в салоне высветилась надпись «пристегните ремни» – и самолет начал плавно выруливать на полосу разгона. Долго катился на колесах-шасси, затем повернул и оказался у начала взлетной полосы. Волнующий момент. Сейчас, вот-вот, эта огромная махина начнет взмывать в небо!

И вот самолет, взяв хороший разгон, оторвался от земли и пошел вверх. Удивительное, потрясающее ощущение! В окошко было видно, как все вдруг стало «наклонным»: деревья, дороги, машины внизу. Мы уверенно и быстро поднимались ввысь. Все дальше и дальше. Начались облака; некоторое время мы летели как в молочном тумане.

Спустя всего несколько минут произошло настоящее чудо! Самолет поднялся выше облаков – и глазам открылась удивительнейшая картина. Сверкающее закатное солнце, кристально чистое голубое небо и, что самое поразительное – это облака прямо под нами! Признаться честно, в этот момент я почувствовала себя легким, невесомым ангелом. Надо же, мы летим высоко-высоко в небесах, а под нами – вата облаков. Такой уютный белый ковер – казалось, ступишь на него – и ноги мягко утонут в этом воздушном ворсе. Как в детских мультфильмах. Как в самых сладких снах, где мы парим над землей, где обнимаем руками весь мир…

Мое сердце колотилось от ощущения восторга! Хотелось кричать и смеяться. Вот почему еще неудобно летать в одиночку – не с кем поделиться эмоциями.

Я оглянулась на остальных людей в салоне – и… тихонько ахнула от удивления. Кто-то читал журнал, кто-то ел шоколадку, кто-то вообще спал! Мы летим над облаками! Мы – в самолете на Париж! Как. Вы. Можете. Спать?!

Одним словом, весь спектр положительных эмоций и восторга, который и предназначен для самого первого полета в самолете, я испытала в полной мере. Я сходила с ума от этой новизны. Все приводило меня в невероятнейшее возбуждение. Конечно, я не смогла уснуть во время перелета. Листала глянцевые журналы о Франции, предложенные на борту, наслаждалась едой и напитками, развозимыми симпатичной улыбчивой стюардессой, смотрела в окно.

Со временем я поняла, конечно, что не стоило принимать все это слишком близко к сердцу. Ну, перелет, ну, Париж – что такого. Главное – не это. Это – только мгновенье. Не нужно постоянно подпитывать себя этими воспоминаньями из прошлого, занимая тем самым бесценное время своей настоящей жизни. Но в те моменты!.. Не лишайте меня маленького удовольствия оставить себе это воспоминание в невидимом кованом сундучке с золотой отделкой. Там, где хранятся еще многие другие воспоминания и впечатления – от самого счастливого, самого яркого, самого первого… Я буду доставать их оттуда лишь изредка, я не буду злоупотреблять. В конце концов, эти воспоминания были мне слишком дороги.

Кто-то летал самолетами регулярно: для них перелеты давно стали обыденностью. Бизнес, дела и прочее, прочее. Но для меня сейчас все это не имело никакого значения. Обыденности не существовало. Каждое мгновенье впивалось в душу незримыми шипами, прочно укореняясь где-то в глуби – потом они долго будут бередить меня, не давая покоя.

Но сейчас – именно я, устремившись всем своим любящим сердцем навстречу ветру, летела в Париж.

ГЛАВА 3. ПРИКЛЮЧЕНИЕ НОМЕР ОДИН

Деревья, дороги, дома – все росло на глазах! Я схватилась за поручни, взволнованно всматриваясь в иллюминатор. Видна отсюда Эйфелева башня или нет? Хоть бы да! Вот бы увидеть ее прямо сейчас, сразу. Но этого не произошло. То ли аэропорт был слишком далеко за чертой города, то ли я просто проглядела. Пару раз я резко поворачивала голову в сторону то одного, то другого высокого объекта, но это все было не то. Какие-то другие здания, конструкции, но никак не башня. Тревожные отзвуки моих ночных кошмаров властно оживали в голове. Скорей бы развеять этот невесомый туман, связывающий мне во сне ноги и руки, не дающий, наконец, добежать до сверкающей красавицы. Увидеть символ Парижа воочию.

Самолет плавно снижался. Это означало, что посадка уже скоро. Удивительные приключения приближались с огромной скоростью. Шасси коснулись земли – пассажиры в салоне благодарно зааплодировали. Мы прибыли в столицу Франции. Я вышла из самолета – и вот она, далекая новая земля, на которую я, наконец-то, лично ступила. Страна, несущая мне волну совершенно новых эмоций и впечатлений.

Оговорюсь сразу, французский язык я когда-то учила в школе. Не блестяще, нет (с сослагательным наклонением, например, так и не удалось справиться…), – но изъясниться и донести основную мысль в определенной степени получалось. «Bonjour» и «merci» (куда без них!), а так же «oui» и «non». Еще парочку популярных фраз-клише – и я чувствовала себя весьма неплохо – в любом случае, не страшно было обратиться к прохожему, чтобы уточнить дорогу.

Итак, я в Париже.

«Я в Париже! Я в Париже! Я в Париже!!», – звенело в голове миллиардами колокольчиков.

Так получилось, что прилетела я совершенно безо всяких электронных «девайсов», за исключением фотоаппарата, поэтому ни мобильной связи, ни интернета с собой у меня не было. Забавно, непривычно. В наше-то время.

Зато у меня с собой был план. А, вернее, карта. Настоящая, распечатанная на бумаге карта, по которой мне предстояло найти мой временный парижский адрес.

Софи дала мне указания, как добираться. Я подробно записала их на тетрадном листке. Также мне было подсказано, как достать ключ, чтобы попасть в квартиру. Поразительно, насколько легким все казалось из дому, когда мы созванивались по интернету. И как не по себе мне становилось сейчас, с наступлением вечера, на окраине Парижа, куда я добралась из аэропорта на комфортабельном автобусе.

Мне предстояло найти эту квартиру. Иначе просто негде было бы ночевать. Я ощущала нарастающую волну возбуждения где-то внутри. Это была усталость после долгого дня вперемешку с волнением от новых впечатлений, восторг от исполняющейся мечты и одновременно едва намечающаяся пустота в связи с тем, что все, чего я хотела, уже происходит со мной сейчас. В груди было горячо, а внезапно налетевший ниоткуда порыв ветра холодил мои руки, шевелил волосы, давал свежесть. Я чувствовала странное, неведомое доселе удовольствие от этого ошеломительного контраста. Горячее и холодное, желтый свет фонарей незнакомых улиц и опускающаяся на город яркая фиолетовая ночь.

«Париж. Вечер. Со мной никого. Надо найти квартиру Софи. Какой ветер!» – мысли наскакивали одна на одну. А ночь уже вступала в свои права.

«Задача не из простых, – пробежала в голове тревожная мысль. – В Париже более двух миллионов людей. Огромное количество зданий, улиц, бульваров… Во что я ввязалась! Почему не согласилась, чтобы Софи встретила?».

Прежде всего, требовалось разыскать ближайшее метро. Я кружила по улочкам в надежде заметить заветную букву «М», но никак не могла. Зато что я увидела сразу – так это вращающийся маяк – фонарь на верхушке Эйфелевой башни. Свет от него разносился буквально по всей округе. Восхитительно! Это здорово приободрило меня.

«Я в Париже! Вижу Башню! Наконец-то не с экрана телевизора или страниц туристического журнала, а лично!», – мимолетом думала я, по-прежнему тщетно разыскивая спуск в метро.