Елена Усачева – Три богатыря и Шамаханская царица (страница 9)

Башня встала на место.

Стражник перекатился по полу. Но не успел он перевести дух, как всё вокруг снова задрожало, из стен посыпались камни. Непрочная конструкция стала рушиться.

Взметнулись клубы пыли. Богатыри отбежали в сторону.

– Ну а теперь рассказывай, – разрешил Илья.

– Да что тут рассказывать! – залепетал Юлий. – Князь наш совсем голову потерял! Земли русские раздает налево и направо. Царицу в город повёз. Ой, что будет, что будет...

– Седлайте коней! – велел Илья. – Перехватим их по дороге.

Быстро собрались, да за спешкой не заметили, что за ними наблюдают из разрушенной башни. Услышав о том, что задумали богатыри, стражник бросился предупредить государыню.

А Шамаханская царица меж тем уже ехала в карете князя в сторону Киева. Она возлежала на мягких подушках и лениво посматривала на свои украшения. На спинке дивана дремал ворон.

Князь сидел напротив любимой и не мог отвести от неё глаз.

– Вот любуюсь я на тебя, любуюсь... – мечтательно произнёс он. – А налюбоваться не могу.

Князь подобрался поближе к суженой и протянул руку к вуали.

– Открой личико, – попросил он.

Царица бросила на него недовольный взгляд.

– По закону Шамаханского царства, – заговорил ворон, – невеста может открыть лицо только после свадьбы.

– Скорее бы уже свадьба, – вздохнул князь, отползая на своё место.

Он не сомневался, что суженая его невероятно хороша. Но так хотелось лично удостовериться.

– А ты знаешь, друг мой, какой свадебный подарок я хочу получить? – спросила князя царица, приподнявшись на подушке.

– Проси, чего хочешь! – заявил тот.

Колдунья наклонилась к нему и сказала:

– Я хочу, чтобы ты собрал со своих земель тысячу красавиц. Есть на Руси красавицы?

Князь, поначалу перепугавшийся, что его попросят о чём-то невозможном, рассмеялся.

– Ой, да что ты! Тысячу... Две тысячи! Три тысячи соберу! – махнул он рукой.

Князь бы и ещё больше пообещал, но тут разговор прервали – прискакал стражник с башни.

– Царица! Они сбежали! – доложил он.

– Кто бежали? – не понял князь. – Куда бежали?

Царица пристально посмотрела на него.

– Поспи, друг мой! Ты устал!

В глазах её полыхнул колдовской огонь, князь растянулся на диване и сразу засопел.

Царица глянула на ворона. Он понимающе кивнул и вылетел из кареты. Пронёсся над дорогой, поднялся над скалами ущелья и устремился в поля.

Всходило солнце.

А следом уже мчались спасители. Впереди скакал Юлий, за ним Илья на Бурушке и Добрыня на верблюде. Заметно отставая от них, торопился Алёша на ослике Моисее.

Над ними промелькнул ворон. Он дёрнул перо из крыла и бросил вниз. Стоило перу коснуться земли, как из неё полезла тёмная рать. Ряд за рядом. Не только дорогу перегородили, но и всё поле заняли.

Увидев их, Юлий в ужасе остановился. Илья с Добрыней объехали его. Алёша врезался.

– Ты чего, Юлий? – выглянул он из-за хвоста.

И только тогда тоже увидел.

Тысяча, десять тысяч... Тьма! Вот сколько встало против них воинов.

– Юлий! Дай-ка я на тебя пересяду, – пробормотал Алёша. – Так мне сподручней будет.

Но Юлий тут же ускакал в высокую траву перепуганным кузнечиком.

– Не согласен, – покачал головой Илья.

– Вот-вот, послушай, что старшие говорят, – поддакнул Юлий из травы и передразнил: – А то пересяду...

– Разделиться нам надо, – решил Илья и посмотрел на Добрыню.

– Поддерживаю, – отозвался друг, спрыгивая с верблюда.

– Не согласен! – снова выглянул из кустов говорящий конь. – Зачем разделиться? Нужно их обойти. А ещё лучше – назад повернуть.

Но Алёша подбежал к Илье и возразил:

– Братцы, зачем делиться? В атаку нужно! Ура!

Он крутанулся, собираясь броситься на врагов, но после первого же шага почувствовал, что в руках у него чего-то не хватает.

Дубины.

Это Илья отобрал у него оружие. И недовольно покачал головой.

– А затем, – грозно начал он, – что если здесь мы все поляжем, то кто тогда землю русскую защищать будет?

Пока богатырь говорил, Добрыня зашёл в поле и сорвал три соломинки. Выровнял их в пальцах.

– Один из нас должен остаться, – поддержал друга Добрыня. – Остальные дальше пойдут. Кто короткую вытянет, тот и останется.

Первым тянул Алёша.

– Эх, не повезло, – вздохнул он. – Длинная.

– Да, жалко, – закивал Юлий, которому вообще-то совсем и не жалко было. Он не хотел оставаться, а мечтал домой побыстрее вернуться.

– И у меня длинная, – бросил на землю соломинку Илья.

Друзья посмотрели на Добрыню. Он улыбнулся.

– Ну, братцы, не поминайте лихом, – ответил на их грустные взгляды богатырь. – Если что плохого было, то простите.

– И ты, Добрыня, – тяжело произнёс Илья, – прости нас.

Друзья напоследок крепко обнялись.

Будь ты сарацин, русич или хоть сам князь, да пусть и простой топорник, а нет для воина большей радости, чем вернуться живым и невредимым к семье своей. Очень любил своих товарищей Добрыня и добра им желал. Вот и схитрил. Все соломинки сделал одинаковыми. Не хотел, чтобы друзья его погибали. Сам готов был лечь на бранном поле.

Илья с Алёшей, подгоняемые Юлием, свернули с дороги, а Добрыня остался. Он бросил на землю свою соломинку, сел в седло и крепче перехватил меч.

– Ну, держись иго чёрное! – сердито прошептал он. – Я покажу вам, как с богатырем русским дело иметь.

И послал верблюда вперёд.

– За Русь-матушку! – крикнул Добрыня.

Скакал он быстро, взгляд его был решительный. Вот сейчас враги получат, ох, получат! Но... Не доскакал до врага Добрыня. Провалился.