Елена Усачева – Три богатыря и Шамаханская царица (страница 4)

Долго ли, коротко ли, близко ли, далеко ли – а путешествие князя подошло к концу. Прибыл он в Шамаханское царство. Карета въехала в мощёный двор красивого дворца. Князь с волнением посмотрел на портрет в своих руках, испуганно глянул в окно кареты. А ну как не понравится он красавице? Неловко получится. Все знают, что за невестой поехал. А если вернётся без неё? Что люди говорить станут? Засмеют...

Окончательно впасть в уныние князь не успел. На одной из дорожек показалась колесница, запряжённая белоснежной лошадью. Управляла колесницей сама Шамаханская царица, лицо её всё так же было прикрыто вуалью. Верный ворон сидел рядом, подле руки.

Юлий как увидел прекрасную белую лошадь, так ум потерял. Соскочил с запяток кареты и вперёд князя бросился к колеснице. Но государь вышел из кареты и гневно шикнул на него. Только тогда говорящий конь опомнился, встал сзади.

Князь сверил стоящую на колеснице царицу с картинкой в руке.

– В жизни она ещё прекрасней, чем на портрете, – благоговейно прошептал он и на ватных ногах подошёл к избраннице.

Царица степенно сошла с колесницы.

– Приветствую тебя, князь киевский, – томно произнесла она, подавая руку для поцелуя.

Заколдованный князь до того опешил, что схватил предложенную руку и стал трясти. Золотые браслеты на запястье у красавицы звонко забренчали. Он тряс, браслеты прыгали. Время шло.

– Руку оторвёшь, – прошептал сзади Юлий.

Шамаханская царица смотрела с изумлением. А Князь всё продолжал трясти её тонкую руку.

– Отпусти, княже, – уже шипел Юлий.

Князь не слышал. Юлий наступил ему на ногу копытом.

– А-а-а-а! – взвыл князь и запрыгал на месте от боли. Ну хоть руку отпустил.

Пока князь приходил в себя и тихо ругал Юлия, конь вышел вперёд.

– Вы и есть царица? – важно спросил он. – А это наш князь.

Хорошо, что в этот момент государь перестал прыгать и выпрямился. В глазах царицы полыхнул колдовской огонь. Князь расплылся в глупой восторженной улыбке... Но пафос момента свёл на нет оглушительно чихнувший Юлий.

– Пардон! – пробормотал он.

Ворон, сидящий на щитке колесницы, презрительно взмахнул крыльями.

– Говорящая лошадь... – проворчала птица. – Какая нелепость...

– Сам ты лошадь! – возмутился Юлий. – Я говорящий конь! Тоже мне, пингвин Шамаханский.

Конь высунул язык.

От удивления ворон округлил глаза. Вот так обращение... Что за гости к ним пожаловали!

И только царица сохраняла полную невозмутимость.

– Прошу дорогого гостя проследовать в мой дворец, – томно произнесла она и отправилась вперёд, показывая дорогу.

Князь шагнул за ней, но тут заметил, что Юлий замер, уставившись на лошадь, впряжённую в колесницу.

– Ну, ты чего застрял? – проворчал князь.

Идти одному было боязно.

– Так ведь я уже не нужен, – бодро отозвался Юлий, не отводя взгляда от чудесной кобылки. – Пойду осмотрюсь. Говорят, у них тут есть прекрасная библиотека.

Белая лошадь повела глазом, мотнула хвостом.

– Нет, ты что! – сжал кулаки князь.

Царица уходила. Надо было торопиться.

– Не видишь? Какая сейчас непростая обстановка? Международная! – Князь погрозил пальцем. – Ни на шаг от меня!

Он схватил коня за хвост и потащил за собой.

Так вдвоём они и переступили порог дворца. Он, и правда, впечатлял. Стены и пол облицованы мрамором, меж высоких стрельчатых окон переливаются зеркальные вставки.

– Вот ваши покои, князь, – показала царица на распахнутые двери комнаты. – Здесь мы сможем с вами побыть наедине.

Князь замычал, не в силах выразить свои чувства – он и боялся, и, конечно, сгорал от любви. Ему хотелось оказаться с ней наедине, и в то же время он не решался отпустить Юлия.

– Вы что-то хотите сказать? – спросила хозяйка.

– Да... нет... да... – Князь запутался окончательно.

Юлий понял, что государя надо спасать, и подсказал на ухо нужные слова.

– Да! – оживился князь. – Мы европейцы, и ничто человеческое нам не чуждо.

Он, неловко хихикая, вошёл в комнату и захлопнул за собой дверь, оставив красавицу снаружи.

– Грубиян! – прошипела царица.

Её план по обольщению пока не срабатывал. Сжав кулаки, она отправилась восвояси.

А князь в это время стоял, прислонившись лбом к двери, и часто-часто дышал.

– Ой, как я волнуюсь, – шептал он. – У меня же это в первый раз!

– В чём дело, княже? – бодро крикнул Юлий. – Невеста не понравилась?

– Не смей так говорить! – закричал князь, наступая на коня с грозным видом. – Она прекрасна!

Юлий усмехнулся.

– Да ты даже лица её не видел.

– При чём тут лицо! – Князь обиженно дёрнул коня за хвост. – Один взгляд её чудесных глаз...

Юлий не дослушал – чихнул.

– Да-а-а, – протянул он, шмыгая носом. – Мне тоже от этого взгляда... Как-то не по себе сделалось.

Он выглянул в распахнутое окно. Около фонтана стояла приглянувшаяся ему белая лошадь.

– Ну ладно. – Юлий заторопился на выход. – Ты тут устраивайся. А я пока в читальный зал загляну.

И он выскочил в коридор. А князь... Да что князь? Ему оставалось только поставить перед собой портрет царицы и с восторгом смотреть на красавицу.

Юлий, конечно, ни в какую библиотеку не побежал, а помчался в парк, где паслась белая лошадь.

– Вы даже не представляете! – завопил он, заметив избранницу. – Как я рад нашей встрече! – Юлий сделал вид, что оказался тут случайно. – Позвольте представиться – Гай Юлий Цезарь!

Лошадь недоуменно захлопала длинными ресницами.

Юлий запрыгнул на каменную скамейку, уселся и постучал копытом рядом с собой, приглашая даму присоединиться к нему.

– Увидал вас и решил составить компанию, – не отступал влюблённый конь.

Он был абсолютно уверен, что в эту секунду неотразим, галантен и интересен.

Лошадь только шевельнула хвостом.

– А я частенько так прогуливаюсь, – продолжал вести светскую беседу Юлий. Дама рядом почему-то не села, тогда он сам вскочил и встал поближе. – Да, да, вот так вот запросто. Один, без охраны. Скроюсь незаметно и гуляю.

Лошадь в удивлении приоткрыла рот. В остальном она никак не реагировала на любезности болтуна.

– А князь бушует: «Где Юлий? Немедленно разыщите мне Юлия!» А как? Он ведь без меня и шагу ступить не может.