Елена Усачева – Большая книга ужасов – 83 (страница 41)

– Да лешие друг с другом. – Марта протянула руку, и брат вцепился в нее. Знакомой такой теплой мягкой ладонью. И пальцы были мягкие. Под ногтями грязюка, но это как всегда.

– Как это? – Славка заглядывал в лицо и был самым обыкновенным. Настоящим. Хотелось плакать, но пока было рано это делать. Дома. Вот придут, и начнутся слезы. И веселье тоже начнется. Но сейчас оно не могло начаться, потому что было страшно. Она попала сюда, но теперь надо было выбираться. Надо было спешить.

– Вы же в саду ссоритесь? – спросила, прибавляя шаг. Все равно медленно шли, надо еще быстрее, они не успевали. Только они вдвоем. У остальных все в порядке было со временем. А их сам воздух торопил. Надо было бежать.

– В саду? – Славка споткнулся. – А они в саду?

– Они как в саду, – прошептала Марта. – Нам сюда.

Ручей делал поворот, подмывая берег. Знакомая излучина. Марта подхватила Славку и прыгнула под откос. Привалилась к земляной осыпи. Показала, что нужно молчать.

Но брат совершенно не собирался этого делать.

– Я устал и хочу есть, – сообщил Славик. – А еще замерз.

– Хорошо, хорошо, – прижала его к себе Марта. – Скоро все закончится.

Прислушалась.

Кто-то шел, большой и тяжелый. Писк и шорох крыльев. Серая стая мелькнула над водой. Сейчас сделают круг, и Марта со Славиком будут у них на пути.

Марта отстранила брата, перехватила кочергу. Хорошая штука. Надежная. Тришкин просил вернуть. Ну это уже в следующий раз.

Шелест приблизился, и Марта бросила кочергу вдоль воды. Плеск, шуршание, писк – мыши рванули к цели.

С этой территории надо было просто выйти. Если не знать путь, то дорога может стать бесконечной. Сколько угодно бегай, а все равно останешься на месте. Или шагнешь – и выйдешь. Один шаг. Но правильный. До этого она все не в правильную сторону шла. Надо быть повнимательней.

– Мы пойдем? – напомнил о себе Славка.

– Погоди!

Марта выглянула. Лес, лес, папоротники, яблоня эта дурацкая. Им не туда. А вот куда?

Опять зашуршало. Марта бухнулась в воду, проклиная всех летучих мышей вместе взятых. И не летучих тоже. По противоположному долгому склону ручья топал Фей. Неуверенно топал, оступался и взмахивал свободной рукой. В другой руке у него была кастрюля. Красная. В белый горох.

– А я так и подумал, что вы сюда пошли, – произнес он.

– Тришкин! – обрадовался Славка и бросился к нему. Бежал, разбрызгивая воду сапожками.

Марта закрыла глаза и открыла глаза. Медленно. До трех досчитала. Тимофей стоял. Брат был уже около него.

– А что у тебя? – спросил Славка, притягивая кастрюлю к себе. Крышка соскочила.

– Картошка, – ответил Фей.

Марта хихикнула. Все-таки он был какой-то ненормальный. Или, наоборот, слишком нормальный.

– Я возьму? – Славка спешно вытирал руки о штаны, косился на Марту.

– Да бери уже! – Марта выбрела из ручья.

Фей смотрел на нее с ужасом.

– Ты чего без сапог?

Марта бы сказала, чего она без сапог и чего она вообще тут, но только отмахнулась.

– Дай картошечки, жрать охота, – попросила она.

Картофелины были крупные, разварившиеся. И даже еще теплые. Словно в печке постояли. Славка выуживал картофелины, важно изучал, зажевывал. Проголодался.

– А я сразу подумал, что ты сюда пошла, – сообщил Фей.

Марта кивнула. Конечно, пошла. Ее картошкой не корми, дай до бани прогуляться.

– А у дяди Коли дом обвалился, – нес добрые вести Тришкин.

– Чего так? – Марта дожевала и потянулась за второй картофелиной. Не хватало соли, огурцов и лука. Но и так было неплохо.

– Сломалось, наверное, что-то.

Марта кивала, старательно пережевывая картошку. Делать это было неудобно, потому что картошка не жевалась, а разминалась. Но ее надо было жевать. Посмотрела на Славку. Он не отставал, пристраивался уже к третьей картофелине. Будет так жадно жрать – подавится.

– А попить у тебя ничего нет? – спросила Марта.

– Дома, – протянул Фей.

А чего это она одна все решения принимает? Тимофей местный. Он может стать проводником. Вот и баба Оля заказала ей с ним дружить. Спросила:

– Выведешь?

– Чай с сахаром, – заказал Славка.

– Тут же рядом. – Фей прикрыл кастрюлю крышкой.

Марта взяла брата за руку, сказала:

– Давай вперед, мы за тобой.

Рука у Славки была теплая. И эта рука так же крепко сжала ее руку в ответ.

Марта чувствовала, что в спину ей смотрят. Волосатый. Упертый, как ее мать. Но сегодня они его переупрямили. Любое поражение в конце концов приводит к удаче. Главное – идти до конца и верить в себя. И сейчас она победила, хоть и мокрая вся с головы до ног.

Как только она это поняла, сразу разглядела, что находятся они рядом с деревней. За кустами уже были видны дома. Тимофей был прав – рядом.

– Мама! – закричал Славка и вырвал руку.

Сквозь тяжелые сумерки пробивался свет. Очень яркий, такого Марта за последнее время и не видела здесь.

Так светить могли только фары машины. Это приехала мама.

Она была взъерошена, как воробей, шагала туда-сюда, пытаясь кому-то дозвониться по телефону.

– Где вы были? – бросилась она к Марте. – Почему ты босиком? Что со Славкой?

Марта улыбнулась. Широко, широко. Не сдержать. Даже щеки заболели.

– Мама!

Славка уже висел на маме, дергал ее за рукав куртки. Марта захохотала.

– Что с тобой? – нахмурилась мама, пряча телефон в карман. – В каком ты виде?

Фей толкнул Марту в бок. Но она ничего не могла с собой поделать – обхватила живот, сгибаясь пополам, и захохотала еще громче. Все закончилось невозможно легко и быстро, чтобы вот так сразу в это поверить. Но все-таки это случилось. Больше не будет ни леса с баней, ни летучих мышей, ни страшных гулких шагов за стеной. Больше никто не ворвется в дом с требованием отдать Славку. Не надо будет ходить с кочергой на плече. Ей не надо будет за все это отвечать. И, вполне возможно, завтра кончится дождь, выйдет солнце, и они с Феем пойдут на берег с черными камешками. Узкая полоска пляжа, мелко, вода быстро прогревается.

– Что у вас здесь произошло? – спросила мама через макушку Славки. Он пытался все забраться ей на руки, повторяя: «Мама, мама, мама…»

Марта завалилась на землю.

– Да чтоб тебя! – отпрыгнула от нее мать. – Марта! С ума сошла, что ли?

Смех сразу закончился. Марта резко выпрямилась. Заметила, как дернулся Фей. Но мама больше ничего не сказала, прижала и погладила Славку по голове.

– Мама! – позвала Марта.

– Что с тобой? – не понимала ее мать. – Ты так и не ответила, куда вы на ночь глядя ходили.

Марта посмотрела на Фея. Он покачал головой, дернул плечами – он тоже не знал, что дальше делать. Как-то это надо было объяснить, но слов не было.