Елена Усачева – Большая книга ужасов – 83 (страница 34)

– Извини, – забормотала, беря его за руку, – нам очень надо идти. Второй раз не приду. А мама уже ругается.

От площадки с лего на нее зло посмотрели. Дети. Как Славик, может, младше. Сначала показалось, что их немного – трое или четверо, но вот они стали приближаться, и с каждым шагом их становилось все больше. Светленькие, чистенькие, с холодными глазами.

– Славик, – прошептала Марта. – Нам пора.

Дети пошли быстрее. Еще пять шагов, и они окажутся рядом. Ненавидящие взгляды, сжатые кулаки.

– Отойдите, – как можно ласковее сказала Марта. – Не мешайте нам!

Пальцы скрючились, готовые вцепиться.

– Пустите! – взвизгнула Марта.

Оскаленные зубы, из ртов вырывается рычание.

Марта схватила Славика и бросилась за деревья – где-то там был выход к бане. Маленькие пальчики хватали ее за кофту, за пояс джинсов, кто-то ухитрился больно ущипнуть. А потом случилось ужасное – она споткнулась. Полено под кофтой больно ткнулось в живот. Она притянула Славика к себе.

Дети стали хватать за волосы, за лицо. Она ничего не могла сделать, потому что двумя руками держала Славку. Теперь она его не отпустит ни за что. Славик тоже отбивался от рук. Он помогал, он был с ней.

Марта села, пряча голову в локоть. Больно потянули за волосы.

– Да отвалите вы!

И вспомнила – у нее есть защитник. Надо только позвать.

Марта задрала голову. Над ней было ясное, ослепительно-голубое небо.

– Эй! Помоги! – завопила Марта в пустоту.

Должно, должно подействовать!

Зашевелился живой ковер. Мыши появились из-под земли и побежали по кругу, очерчивая границу. Дети отпрянули. Они стояли справа, слева, спереди, смотрели исподлобья, дышали тяжело. Они готовы были броситься.

Брат сидел рядом, тер щеку.

– Не бойся, – скорее для себя, чем для него произнесла Марта. – Мы уходим.

– Я спать хочу, – вдруг отчетливо произнес Славка и закрыл глаза, заваливаясь головой ей на руки.

– Подожди, подожди. – Не ожидавшая такого Марта чуть не выронила брата. Перехватила его удобней и попятилась под деревья. – Сейчас уйдем. Тут рядом. Мы скоро будем дома.

Про́клятые дети попытались дотянуться до нее. Крайний слева сделал большой шаг, скрюченные пальцы царапнули воздух перед лицом Марты, и его утянуло в шевелящийся ковер.

Марта побежала. Славик оттягивал руки – она не помнила, чтобы брат был таким тяжелым в свои пять лет. Или это был неправильный мир с неправильным законом физики?

Баня была повернута к ней осевшей на заднюю стену крышей. Думать о том, как же она из нее вышла, если сзади не видно никаких дверей, было некогда. Ждать, когда избушка повернется, тоже. Марта побежала кругом.

Впрыгнула. И оказалась в парной. За порогом в предбаннике на полу все еще лежал Фей, придавленный дверью. В кривом дверном проеме виднелись серый дождливый день и мокрые деревья.

Марта бессильно опустилась на лавку, ссадила уснувшего Славку.

– Черт! Ташка! Помоги! – крикнул Тимофей. – Эта дверь меня убить хочет.

– Все, – прошептала Марта. – Не парься.

Стены парной покосились. Старый веник на стене, обрушившиеся верхние лавки, приставший к полоку обмылок. В полу зияла дыра. В нее были насыпаны кирпичи из развалившейся печки, от которой осталась только прилипшая к потолку труба.

Фей сбросил с себя деревянное полотно и сел.

– Что это? Почему я не мог войти?

Марта посмотрела в темный угол под обвалившейся крышей. Она не знала, почему он не вошел. Сказала только:

– Я Славку привела.

Почувствовала неприятную дрожь в руках и ногах. Захотелось к чему-нибудь прислониться и тоже уснуть.

– Ты уверена, что это он? – спросил Тришкин.

Марта погладила спящего брата, почувствовала, какой он мягкий и теплый, прислушалась к его дыханию и заплакала.

– Ты чего? – испугался Фей.

– Это он. Я с лембоем договорилась, – прошептала Марта.

Она всхлипнула. Плечи налились тяжестью.

– Все закончилось, все закончилось, все закончилось, – зашептала она сама себе, чувствуя, как изнутри рвется новый противный всхлип. Она попыталась сдержаться, но только глупо шлепнула губами. Провела ладонью по глазам.

Она устала. Жутко устала. Почти не спала ночью, второй день ничего не ела, пережила много страха и обид. Но теперь будет все хорошо, хорошо. Славик вернулся. Они в двух шагах от дома. А дома… дома с ними уже ничего не случится. Они просто дождутся мамы и просто уедут отсюда. А какой лембой молодец. Прям красава. Слово держит. Кто б ожидал…

Марта всхлипнула, вытерла кулаком мокрые губы.

– Ну чего ты, Таш? – присел рядом Фей. – Закончилось – и хорошо. Если это и правда Славка, то все отлично. Говорил же, что можно обменять. Пошли.

Он даже потянулся погладить ее по голове, но это уже был перебор. Марта отстранилась, почувствовала, что за пазухой ей что-то мешает. Это было полено. Бессильно усмехнулась. Притащила обратно. Нет, нет, не обманешь, не появишься снова. Полено будет теперь жить здесь, в бане.

– Ты сможешь донести брата, а то он чего-то уснул, – спросила Марта, чувствуя, что ни в руках, ни в ногах сил у нее нет. Что она и с лавки-то вряд ли встанет.

Тимофей справился со Славкой легко. Марта подумала, что это все результат здорового питания и работы на свежем воздухе. Ничего чудесного. Вообще надо переставать искать вокруг чудеса. Впереди обычная жизнь, без ведьм и колдовских растений.

– А чего лембой? Как ты с ним? – спросил Фей, пока Марта собирала руки-ноги, чтобы встать.

– Да никак. – От пяток вверх пробежали неприятные мурашки, они больно кололи подошвы, но идти Марта могла.

– Слушай, а про лембоя у нас байка есть… ой… – Фей впечатался макушкой в кривую притолоку. – Ну, короче, что этот… ну, наш колдун с ним договор имел. Короче, у нас детей не уводили.

– Ага, договор, – хмыкнула Марта. Хорошенький договор, когда тебя вниз башкой на дерево вешают.

Марта перелезла через кучу тряпья и досок, загораживающих вход. Снаружи были слышны птицы. Бодро они так чирикали, по-утреннему. Или вечернему?

Жизнь, природа. Все как и должно быть.

Марта выбралась на улицу. Какие же у нее грязные руки. Надо накипятить воды и помыться. Целиком. Найти таз, найти ведро. Нет, таз искать не надо, она знает, где он.

Подняла глаза. В нескольких шагах от нее стоял дядь Коля. Смотрел на баню.

– Тимофей, – прошептала Марта.

Фей, засмотревшись на что-то в куче, удачно вошел лбом в очередную низкую притолоку, громко ойкнул.

– Ну чего, не видно? – крикнули из зелени. – Куда ж подевались?

Следом за голосом из-за деревьев показалась баба Ариша. Шла она, осторожно щупая землю ногой. Позвала:

– Матвевна! В воду не угоди. Тут где-то река. А ты чего застыл?

Дядь Коля сплюнул.

– Чертовщина какая-то. Только что были.

– Это все Сашка! Его заклады остались.

– Как бы отвечать не пришлось, – покачал головой дядь Коля.

Баба Ариша сделала еще два осторожных шага и остановилась.

– За что отвечать-то? – проворчала баба Ариша. – Что мы попытались защитить себя? Что не дали нас к лешему утащить? Ты же видел его!