Елена Усачева – Большая книга ужасов – 83 (страница 36)
– Он же не зря около бани висел, – пробормотала она. – Баня – особое место, да? Баня, мельница и кузня, да?
– Мама, – позвал Славка.
– Что-то не так, – пробормотал Тришкин.
На пороге бани показался заспанный Славка, спросил:
– А когда мы домой пойдем?
Марта притянула к себе брата и стала напряженно всматриваться в черноту входа. Там что-то происходило.
– По-моему, оттуда кто-то пытается выйти, – заметил Тимофей.
– Барлог?
– Похоже.
Они попятились.
– А ты когда Славку забирала, все бумаги подписала? Может, какого разрешения нет? Там проверяющие, все дела… Говорят, таможня строгая.
Тришкин, оказывается, умеет неплохо шутить, но сейчас было не до его талантов. Темный провал входа набух чернотой. Оттуда послышались тяжелые шаги. И на пороге возник волосатый. Черные глаза сквозь волосы смотрели тяжело.
– Половника не хватает, – прошептала Марта, чувствуя, как внутренности у нее закручиваются в тугой узел, как холод из живота ползет к горлу.
Славик завизжал. Совсем как тогда дома.
Волосатый распахнул рот.
– Бежим!
Марта схватила брата за руку и рванула вдоль ручья. В спину ей ударил ветер, что-то твердое стукнуло в плечо и лопатку. Славка упал, заорал:
– Марта!
Крик пробрал до костей. Нет, она без Славки не уйдет.
– Руку! – крикнула Марта. Оглянулась – на них неслась стая черных птиц. Рассматривать их не стала, упав сверху на брата. Вскрикнул Фей. Марта повернулась – Тришкин лежал неподалеку, прикрыв голову руками. Птицы пролетали над ним. Длинная, вытянутая кишкой стая – передние разворачивалась между далекими деревьями. Они вернутся и заклюют их.
– Встали!
Марта схватила Славика в охапку и побежала к ручью. Поскользнулась на спуске, въехала в воду.
За спиной раздался возмущенный писк – птицы закладывали новый вираж. Марта помчалась по воде, думая почему-то о том, как ловко заметает следы, словно за ней гнались собаки.
Ручей делал поворот. Излучина с одной стороны имела пологий берег, другой был сильно подмыт. Стоящее над обрывом дерево еще держалось, но уже кренилось, готовое сдаться. Марта добежала до поворота, на четвереньках заползла под козырек обрыва, затащила Славика. По воде прошлепал Тимофей. Птицы догнали, горохом застучали в спину. Фей споткнулся и упал. Черная стая пролетела над ним.
– Сюда иди! – сделала страшные глаза Марта.
Тришкин пополз в укрытие. Марта дернула растущую на краю обрыва траву, чтобы она немного их прикрыла.
Мимо с писком пронеслась стая.
– Вроде не птицы, – прошептал Фей.
– Летучие мыши. – Марта давно поняла, что слишком уж крупные тельца у летающих тварей.
– Часть договора? – Фей ощупывал пострадавшие плечи.
– Да какой уж тут договор!
– Мыши проводники в мире мертвых.
– Спасибо, что предупредил. – Марта прислушалась – писк удалялся. – А то мы еще не поняли, где находимся.
– Это ты с ним договаривалась? – Фей показал руками, но у него мало что получилось. Смотреть на его мучения было приятно.
– Этот волосатый Славку увел.
– Увел? Значит, это лембой. – Тришкин вытащил из-под себя камень, устраиваясь удобней.
– Знакомый? – Марта чуть выглянула, высматривая стаю. Она пока не возвращалась.
– Чего сразу знакомый? – обиделся Тришкин. – Местный. Помощник лешего. Вроде как сам бывший попаданец.
– Это мы с тобой попаданцы. – Марта приподнялась. – А он дома.
Стая улетела, волосатого видно не было.
– Ты знаешь, какие тут правила игры?
– Все те же. – Фей вытащил из-под себя еще один камень.
– Это ты про три дня?
Тришкин кивнул.
Марта посчитала на пальцах. Если брать от проклятия, то времени почти не осталось.
– Предупреждали бы на входе в деревню, что у вас тут такие развлечения.
– Да у нас все тихо было, пока ты не приехала…
Земля слегка дрогнула, и они замолчали. Марта подняла глаза к земляному своду. Он был облизан водой – ручей знавал полноводные дни. Шаги прошли мимо, со свода посыпалась земля.
Марта выбралась из укрытия.
– Пошли домой, а? – потянул ее Фей наверх через ручей.
– Ты разве не понял? Тут все равно куда идти. Нужно найти не дверь, а выход.
– Я не хочу искать выход. – Тришкин говорил быстро. Марта вдруг заметила, как у него побелели губы. – Не надо ничего искать, нужно просто идти.
– Так мы и идем, – резко ответила Марта. Ее начало бесить, что Тришкин вдруг уперся и тормозит. – Славка, мы идем?
– Я штаны намочил, – сообщил Славка. – И есть хочется.
– Мне есть давно хочется, – согласилась Марта и полезла на откос. – Фей, если ты не догадался, то мы идем домой. А некоторые могут и тут оставаться.
Тришкин испуганно смотрел на нее снизу вверх. И Марта вдруг поняла, что смотрит он не на нее, а мимо.
Она уже побежала, успев цапнуть Славку за руку, и только потом глянула через плечо. Волосатый черным снопом выделялся среди зелени. А еще она заметила, как Фей бежит наверх по другому берегу ручья. Туда, куда ушел дядь Коля. Этот мир его отпускал. За оглядываниями Марта влетела в кусты, продралась через них, впечаталась в другие заросли и застыла, прижимая к себе брата. Бежать было бессмысленно. Надо было что-то придумать.
– Это он за мной? – прошептал Славка.
– Сначала от меня в лоб получит, – пообещала Марта и вдруг услышала, как рядом кто-то скребется. На ветке с какими-то позапрошлогодними ягодами копошилась летучая мышь. Она цеплялась лапками за тонкую ветку, чуть подмахивала крыльями, пытаясь удержаться. Ушастая головка с неприятными глазками навыкате повернулась. Мгновение они смотрели друг на друга. В памяти вдруг всплыло: мыши – проводники.
– Седого позови. Скажи, что его ученик тут разошелся.
Летучая мышь распахнула некрасивую пасть, и Марта на мгновение оглохла.
Глава 8
Договор
Это были странные яблоки – маленькие и румяные. Разве в лесу могут вызреть румяные яблоки? Они должны быть зеленые и кислые. А эти так и хотелось съесть.
Марта склонила ладони, яблоки покатились на землю. А вообще они тут со Славкой неплохо время проводят. Надо сделать доброй традицией приезд к бабушке в начале июля. Сразу после всех зачетов и экзаменов – сюда. Сил поднабраться, в квесте поучаствовать, кровь погонять. А то они засиделись в городе. Хотя им и бабушка-то не нужна. Без нее отлично справляются.
Или не очень хорошо? Марта не разобралась пока. Потому что Славку она опять потеряла.