Елена Тодорова – Люби сильнее (страница 36)
– Да!
Дома наше безумие окончательно за рамки вырывается. Что творим, трудно передать нормальными словами. Ярик меня трогает и целует в самых сокровенных местах. Ставит на четвереньки и в этом положении вылизывает. Мое тело пылает, но смущения в этом жаре – сотая часть. С Градом я, как было раньше, забываю обо всем на свете. Для нас не существует границ и запретов. Делаем то, что нам хочется, и премся от этих ощущений. Знаю, что Ярику нравится быть сзади. Даю ему это не просто с целью угодить, сама слетаю с катушек, едва он входит.
На первых толчках растягивает до боли. Из глаз слезы выкатываются. Дыхание с хрипом срывается. Но губы в кровь кусаю уже от удовольствия. Внутри такая буря разбивается, кажется, не хватит сил пережить. Улетаю в невесомую заоблачную даль, по факту будто отключаюсь.
И когда кричать уже не хватает дыхания, остается лишь мычать вечное:
– Люблю тебя…
26
Ярослав
Больше пятнадцати минут сидим в машине напротив центрального городского ЗАГСа. Маруся решиться не может, я не подгоняю. Тут уже важно то, что она приехала со мной. Значит, пойдет дело и дальше. Нужно терпение. Вот только, где его взять? Святоша смотрит через ветровое стекло прямиком на здание с крупной золотой надписью «Дворец торжественных событий» и нервно теребит подол цветастого платья. Громко молчит. Я будто мысли ее всполошенные слышу, потому сам словами не сорю. Напряженно тарабаню пальцами по рулю и жду, пока Машка созреет. Сама в руки свалится, уже проходили. И тут получится.
Убеждаю, убеждаю, убеждаю себя…
Хватаю с панели измятую пачку и выдергиваю сигарету. Подкуривая, глубоко втягиваю терпкую смесь успокоительного. Только ни хрена оно сейчас не присаживает. Задерживаю в легких, чтобы побольше осело. Толку ноль. Опустив стекло, выдыхаю в парующий воздух переработанный дым.
– Дай мне, – вдруг выпаливает Маруся.
Выхватывает из моих расслабленных пальцев сигарету, прежде чем я соображаю возразить. Подносит к приоткрытому рту, крепко зажимает губами и резко тянет. Вижу, как от усилия щеки западают, а между бровей формируется складка.
Кашель, слезы, потерянный взгляд… Жаль ее и одновременно по шее дать охота.
– Что ты делаешь? – забираю из дрожащих пальцев сигарету.
Сердито швыряю в окно.
Внутри яростная волна поднимается. За все сразу собираюсь Марусе вменить. Только не успеваю. Она выскакивает из машины. Я, естественно, без раздумий за ней. Не догоняя, нет. Наперегонки в ЗАГС бежим. Перемахивая через лужи, новый вызов формируем и на ходу принимаем.
Игра. Азарт. Безумие.
Все, как обычно.
Когда жениться будем, на свадьбе, буквально представляю, такой танец сбацаем, хрен кто поймет – любовь это или охота.
Ненадолго притормаживаем у двери нужного кабинета. Переглядываемся, с трудом переводя дыхание. Я жму на ручку и, подтягивая массивное дубовое полотно, пропускаю Марусю в прохладный зал.
Нам, конечно, как и всегда, везет на хромую ногу. Специалист дворца активнее нас оказывается. Осаждает с порога.
– Здравствуйте!
– Добрый день, – едва успеваем отбить положенные приветствия.
– Дождь еще идет? – припечатывает этим вопросом.
– Нет, – тяну после паузы.
Женщина сканирует нас взглядом. Словно рентген весь нутряк пробирает.
Машка и без того перепугана до дрожи, а тут еще встречают так, что обратно развернуться охота.
– Иди, давай, – подталкиваю ее вперед, не рискуя оставлять у двери.
– Сам иди, – в ответку меня толкает.
– Маруся, – шиплю, призывая к благоразумию. – Дыши и шагай.
– Дышу, – шумно демонстрирует. – И шагаю!
– Вы разводиться? – прилетает новый вопрос от регистратора, стоит нам двинуть к столу.
– Нет! – слишком яростно выпаливаем в один голос.
Теперь инспектор на нас глаза таращит.
– Жениться хотим, – поясняю я, намеренно приглушая голос.
– Значит, заключить брак?
– Именно.
Как тут не потерять терпение?
– Заявление будете писать?
– Можно как-то ускорить вступительный процесс? – говорить стараюсь без наезда, но предельно конкретно. – Дайте нам необходимые бумаги, мы заполним и что там еще…
Наконец, регистратор нам улыбается.
– В фойе на столе бланки и образцы. Заполняйте и с ним – ко мне.
– Отлично. Спасибо!
Хватаю Марусю за руку и тяну обратно к выходу. В фойе у ряда окон действительно находится длинный стол, а на нем – стопка заявлений.
Усаживаю святошу в угол и сам опускаюсь на соседний стул. Подсовываю ей первой заполнять. Сердце безумно стучит, когда попутно читаю и окончательно статус примеряю. Только прусь я недолго. В самом конце, в графе «Присвоение фамилии после заключения брака» Маруся старательно выводит «Титова».
Ставит размашистую подпись и двигает бланк ко мне. Спокойно его поднимаю и разрываю на четыре части.
– Ты… Вообще уже?
– Какая на хрен «Титова»? Забудь! – чеканю, вспылив. – Нормально давай пиши.
– Ладно!
Второй раз с таким нажимом пишет, едва не рвет листок. Закручивает на финише «Титова-Градская» и демонстративно отталкивает листок. Делает попытку подняться. Ловлю ее за руку и обратно притягиваю.
– Что ты делаешь, Маруся?
– Не дави на меня, Ярик!
– Я не давлю.
Конечно же, давлю, но она должна поверить в обратное.
– Давишь. Валишь как танк, блин.
– Прости.
Классное слово, оказывается. Часто срабатывает.
– Ладно, мне пора возвращаться на работу.
– Подождут.
– Ярик…
– Ты же знаешь, что так не проканает? – в голос и во взгляд весь смысл, какой могу, вкладываю. – Для меня важно, чтобы ты мою фамилию взяла. Полностью. Только мою. Ты сказала, у тебя полтора, а даешь снова половину.
В этот раз ничего не отвечает. Прикрывая веки, переводит дыхание. По ощущениям кажется, что долго так сидим. И я вдохнуть могу лишь после того, как она подтягивает свободной рукой чистый бланк.
Выпуская ее ладонь, поднимаюсь и отхожу к окну. Закурить хочу, да неохота нарываться на гнев местных работников. Замираю практически неподвижно.
– Я все.
Сглатывая, глубоко вдыхаю, прежде чем смотреть.