Елена Тимохина – Мастера заднего плана (страница 28)

Короче, какая-то ерунда.

– Увидишь Романа на Арбате, обходи стороной. Костя тоже не лучше. Если уж взялись тебе досаждать, не отстанут, пока не отнимут самое дорогое.

Взамен он предлагает держаться вместе, и это можно расценивать как предложение дружбы. Соглашаюсь. Не так часто мне делают подобные предложения. Насчет братьев-кроликов неясно, с какой стати им меня ненавидеть, раз мы так мало знакомы.

Алексей признается, что и сам улаживает щекотливые вопросы. Он называет это вести переговоры. В его возрасте драться не принято, разногласия решаются путем переговоров.

– Вот я и говорю, что давайте мирно. Сознательность должна быть. Вот чего. У нас еще тот момент, прямо антитеррористическая площадка. Но скажу по секрету, не так давно я работал на одного серьезного человека, выполнял нелегкое поручение, – рассказывал Алексей. – Но это между нами, как говорится тет на тет. Пришлось врезать парню хорошенько надеюсь, не до смерти. Я оставил его в подвале, а рядом бросил шприц и ампулу. Не до смерти, точно. Давай. Поправляйся, говорю, и дал деру.

Я пытаюсь выспросить, что стало с тем человеком, но он и сам не знает:

– Я вызвал скорую помощь и милицию, не предполагал, что они приедут так быстро. Не дали, понимаешь, с ним закончить, так что я не в курсе, выжил он или нет.

Дошло до того, что мне предлагает покровительство киллер, если он, конечно, не соврал. Сочинять небылицы мы тут все умеем.

Похоже, информация у этого дядька – самый ходовой товар. Мне приходится заплатить за нее трижды. Сначала – авансом на пиво. Потом Алексей предложил для продажи брелок для ключей в виде пластикового треугольника с изображением бегущего лося. Брелок красный, а ободок желтый, сам лось – черный. У него карманы набиты всякими штучками, которые выглядят так, словно они с выставки в Шанхае, и он всегда готов их продать. Его можно принять за важную персону, если клюнуть на его черную кожаную сумочку с тонким ремешком из буйволиной кожи. И еще у Алексея великолепные черные волосы, в которых серебрятся пряди.

От лося я отказался, у меня нет машины, но гость предложил пристегнуть брелок к ключу, которым можно запирать велосипедный замок. Узнав, что у меня нет и велосипеда, Алексей пробурчал, что это непорядок, который следует исправить.

Я еще не пробовал сесть на велосипед с тех пор, как распрощался с надеждой вновь сесть за руль машины. У нас есть семейный лимузин. Володя совершает на нем поездки в посольства дружественных и недружественных стран, Алия – на мероприятия с представительским участием. По мнению водителя, модель ЗИЛ-111Г являлась безупречной, и при продаже машина могла принести большую прибыль. С точки зрения общества, она представляла историческую ценность, поскольку принадлежала Л.И.Брежневу и в ней везли космонавтов для участия в праздничных церемониях. Ее место было в музее, но прекрасное рабочее состояние позволяло использовать ее и сейчас.

Рассказываю об этом Алексею, а он внимательно слушает. Возможно, я ошибся, и он не киллер и мошенник. Этот человек выглядит довольно интеллигентно, особенно, когда с него сняли бандаж, а ведь сначала я его принял за простого бомжа. По словам Алексея, он даже успел поработать в МИДе, но это неточно. Если расспросить любого местного бомжа, то выяснится, что он там тоже работал и даже лично знает Ильдасова. Вот и Алексей утверждает, что имел дело с Владимиром Тимуровичем.

– Ты не поверишь, никто не верит, но я тебе говорю, что мы с ним приятели. И не только имел дело, но и выполнял для него некое деликатное поручение, – говорит он.

Увлекшись интересной темой, я упустил из вида другого собеседника, Бориса Николаевича Тихонравова, который решил вернуться. Это был единственный раз, когда дух дяди Бори явился ко мне в присутствии постороннего.

Предлагаю обоим посетителям коньяку. Дяде Боре будет приятно. Алексей тоже отнесся к предложению благосклонно.

– У тебя никогда не будет таких волос в моем возрасте. Это большая редкость, – продолжал хвастать он и вдруг запнулся, словно у него перехватило горло.

– Хорошо пробило, – он проглотил глоток. – Но у тебя холодно, это факт, притвори окно.

Острое у него чутье. Форточка у меня открыта в соседней комнате, куда он не заходил. Я выполнил его просьбу. Возвращаюсь – а дядя Боря исчез. Видимо, новый приятель ему не понравился.

За разговором я пытался узнать у Алексея про поручение, которое он выполнял для дяди Володи, но он пообещал рассказать в другой раз, потому что сейчас он торопится. Мне пришлось отдать за брелок тысячу рублей, и Алексей сказал, что это почти даром. Такой же хотела приобрести Анастасия Владимировна (это моя сестра Алия), но ей отказали. Я захотел знать, какие у него дела с Алией.

– Нет никаких дел. Не было никаких дел. Это я тебе говорю, она такая блииин злая. Кто чего говорит, все говорят, вот и думаю, правду или нет. Говорят, что у тебя бывают видения?

Через Петрония или Алию, но про меня пошла гулять байка в народ.

– Да. Ты будешь кашу? – Про духов говорить не хотелось.

– Нет. Все ем, а кашу – извини. Всякую гадость ем. Черти что, а вот кашу – уволь.

– А куриную грудку?

Алексей говорит, что не голоден. Он еще сомневается, так или это, а потом твердо отказывается.

– Вечером я привезу тебе велосипед. Это точно. Если благодарить будешь, то я бы на твоем месте лучше деньгами.

После его ухода я побродил по квартире и поискал следы, которые оставил дядя Боря. Похоже, что духи опять недовольны, надо подождать, может, потом кто-нибудь навестит.

До вечера Алексей ждать не стал и появился где-то через час с грудой металлолома. Даже странно, что это сооружение могло двигаться. Хотя велосипед несправный, его можно починить, и он уверяет, что это можно сделать.

От игры Алексея за версту несло фальшью, но он преследовал цель, и мне захотелось узнать какую именно. Так что я изобразил русское чучхе. Я это умею натурально изображать.

Впрочем, в его предложении имелось рациональное зерно. На велосипеде я смогу кататься и без прав. Это не машина.

Так что велосипед он мне подарил. Я настаивал, чтобы за него заплатить, как раз такой я и хотел приобрести – подержанную модель, не очень дорогую. Алексей сказал, что хватит 11-ти тысяч, чтобы довести его до ума. Деньги немалые, но я все равно остался доволен. Вечером я спустился во двор и попробовал на нем покататься, но ничего не получилось. Забыл смазать цепь.

Володя вернулся с новостями. Из полиции ему прислали протокол о драке, так что он явился с воспитательными целями. Я не стал отпираться. Драка дракой, тут спорить не о чем. Мы схлестнулись, когда я рассказал ему про разговор с духом.

В отличие от доктора, родственник относился к моему дару серьезно. Поговаривали, что у в нас в роду люди сотрудничали с потусторонними силами, так что это как бы культурная норма. Алия мне завидовала и всегда подговаривала, чтобы я ее свел с духами, хотя я и отговаривал ее от использования их в личных целях.

– Ты сегодня видел духа?

Дядя Боря – наш сосед с Павелецкой, где мы жили в коммуналке, комната и стол мне достались после его смерти, так что он посещает меня по старой памяти.

– Я предложил ему чая, но он предпочел выпить чего покрепче, тогда я налил коньяка, который остался после дня рождения.

Володя взял рюмку, чтобы проверить на отпечатки, но сомневаюсь, что там что-нибудь обнаружат.

– А потом?

– Подул ветер и распахнул окно. Я встал и закрыл его.

– Покажи окно

– Оно в спальне, надо выйти из кухни.

– Выходи!

Я сделал, как он просил, потом вернулся.

– И где тогда был Тихонравов?

– Он исчез. Сначала сидел в кресле, потом выпил коньяка и – куда-то делся. Дверь не хлопала. Окна закрыты. Да можно Алексея спросить, он при этом присутствовал.

– Я никому не могу доверять в этом вопросе. Твой бродяга духов не видит, но он может подстроить каверзу. Учти на будущее.

Дядя хочет знать, общаемся ли мы с духами на ментальном уровне или непосредственно на телесном. Я предоставляют доказательства – открытая форточка, передвижения по комнате, но мои показания не тянут на улики.

Потом Володя увидел велосипед и спросил, что это за барахло я притащил с помойки. Отвечаю, что я его купил. Чтобы не рассказывать про Алексея, наплел про ломбард. Дядя хочет знать, как я туда попал. Сам-то он всегда покупает только новые вещи. Я сказал, что искал кулончик.

– Камень желтый, цитрин. Нигде не могу его найти. Такой мама носила, но он пропал после её смерти.

На маме цитрин смотрелся нормально, поблескивал в ложбинке между грудей. Куда же он запропастился?

– Найдется.

Возвращаемся к велосипеду. Мой дядя очень аккуратен и считает, какая бы ни была вещь, ее надо содержать в порядке. Мы с ним вдвоём взялись за ремонт, отчистили спицы, подтянули цепь и решили заменить ржавые гайки. Дядя питает уважение к старым вещам. У него машина какой-то доисторической модели. Все в его министерстве пересели на новые, а он ездит на старой колымаге.

– Не на старой, а старинной, – поправил Володя.

Он очень гордится своим ЗИЛ-111Г, пылинки с него сдувает.

Осталось только смазать велосипед, и он будет, как новый.

Володя недоверчиво понюхал машинное масло (я решил смазать маслом, как учил Алексей) и заметил, что оно никуда не годится. Появилось много новых материалов, и он рекомендует смазку ВД-40, которая продается в автомобильных магазинах.