Елена Терехова – Смерть на кончике ножа (страница 2)
– Может, намазать чем-нибудь – и пройдёт? – с надеждой спросила Лена, морщась от прикосновений к больному месту.
– Намазать не получится. Я рекомендую вам стационар. Там сделают снимок, назначат лечение. При обычном осмотре я не могу точно сказать, в порядке ли связки, нет ли трещин. Собирайтесь. Халат, тапочки, ночная рубашка, кружка, ложка и паспорт.
– Я помогу, сиди, – метнулась Ирина. Она быстро нашла всё необходимое.
– Спуститься сможете самостоятельно? – уточнила фельдшер.
– А сопровождать её нужно будет? – соседка держала в руках собранную сумку. – Если да, то мне нужно забежать домой, переодеться. Пара минут, не больше!
– Да не переживай ты так, Ириш, я сама прекрасно доберусь. Обещаю без приключений! Иди домой, а то Женька волноваться будет.
Ирина покачала пышной «химической» каштановой шевелюрой и недоверчиво уставилась на Борисову пронзительными голубыми глазами. Слово «приключение» её насторожило.
Полтора года назад Елена со своими подругами и Ириной в придачу впутались в расследование убийства заведующей филиалом торга Эльвиры Нифонтовой[2]. Сама Ирина в деле принимала лишь косвенное участие, но в результате именно ей удалось раздобыть записную книжку с записями о торговых махинациях. Это помогло сложить всю мозаику преступления и понять мотивы убийц. Столько всего произошло в тот период! К счастью, всё закончилось благополучно, а для неё, Ирины, даже вдвойне – она смогла вернуть себе дочь, Женьку, с которой много лет виделась лишь по выходным. Такова была воля бывшего сожителя, человека со связями, не привыкшего к возражениям.
«Чтоб ему сдохнуть!» – привычно мелькнуло в голове женщины при упоминании Осы́. И тут же вздох облегчения и новая мысль: «Уже!» Да, теперь она могла жить спокойно.
– Ириш, присмотри, пожалуйста, за Пушком. Я ему сметанки купила, в морозилке фарш. Ну и цветы полить…
– Всё будет хорошо, не похудеет твой котяра ни на грамм. И с оранжереей твоей управимся. Заодно свистну у тебя парочку отростков, я уже присмотрела!
Проводив соседку до машины скорой помощи, Ирина вернулась к себе домой. Женька вот-вот появится, убежала с подружками в кино на утренний сеанс. Надо исполнить обещанное – испечь вафельных трубочек. И ещё, пожалуй, стукнуть в дверь дворнику, дяде Пете. Пусть с Ленкиным телевизором разберётся. Выпишут соседку, а дома ждёт сюрприз!
Лучшее для организма
Теперь ей был понятен смысл обезболивающего укола – отвлечение внимания пациента на себя. Боль в месте введения лекарства была такой ощутимой, что Лена на какое-то время забыла о причине своего появления в неврологическом отделении городской больницы.
– Святой бороды клок! – сморщившись, прошипела женщина.
– Вы что-то сказали? – наклонилась к ней девушка в ослепительно-белом халате и такой же шапочке, надвинутой до бровей.
– Спасибо, говорю, – проворчала Борисова, потирая пострадавшее место.
– Минут через пятнадцать станет намного легче, – заверила медсестра, – дежурный врач выписал направление на рентген, санитарочка вас проводит, а по результатам уже назначат лечение. Сейчас отдыхайте.
Девушка выпорхнула из палаты и бесшумно закрыла за собой дверь.
Лена уткнулась носом в подушку, боясь лишний раз пошевелиться. По сравнению с таким обезболиванием сорванная спина казалась просто лёгким недоразумением. Но постепенно дышать становилось легче, напряжение в мышцах спадало. Как и предсказывала медсестра, примерно через четверть часа пациентка уже могла занять более удобную позу, а потом с осторожностью сесть. Соседки по палате – три женщины пенсионного возраста – ушли на прогулку, самое время спокойно полежать в тишине. Но не тут-то было.
Практически сразу открылась дверь, и та же самая медсестра заглянула в палату:
– Вижу готовность лечиться дальше. Переобувайтесь, сейчас будет машина, вас и ещё троих человек отвезут в хирургию на рентген. Выходной, что ж поделаешь? Местный рентгенолог сегодня отдыхает.
Примерно через десять минут дребезжащий уазик, прозванный в народе «Таблеткой», с осторожностью покатил своих пассажиров к месту назначения.
Очередь перед рентген-кабинетом собралась не очень большая, человек шесть, но время всё равно тянулось долго – когда ты неважно себя чувствуешь, не хватает никакого терпения. Лена без конца поглядывала на часы и от скуки прислушивалась к разговорам медперсонала, шнырявшего по отделению.
– В ординаторской анестезиолог нашему дежурному говорил, что вчерашняя раненая в себя пришла, – санитарка в цветастом рабочем халате остановилась возле столика постовой медсестры. – Завтра вроде собираются её к нам переводить.
– Выкарабкалась, значит, это хорошо, – кивнула в ответ медсестра, поднимая голову от бумаг. – Если бы другая на её месте была, то повезло бы уж точно меньше.
Борисова навострила уши. Что это значит? «Раненая», «другая бы была», «повезло меньше»…
– Я через этот парк каждый день на работу хожу, – продолжала санитарка. – Конечно, я уже не девочка молоденькая, но всё равно страшновато. Может, псих какой появился? Как думаешь?
– Не знаю, тёть Маш, – девушка пожала плечиками, облачёнными в белый халат. – Милиция разберётся, мы же не знаем всех подробностей. И вообще, главврач сказал, чтобы все рты держали закрытыми и не сеяли панику. Лучше приготовь на всякий случай койку в «интенсивке», вдруг и вправду утром понадобится.
Пожилая женщина потопала в конец коридора, а медсестра снова погрузилась в свои бумажки. Лена подумывала пройти следом за санитаркой тётей Машей и порасспросить её, но тут дверь рентген-кабинета распахнулась и врач монотонным голосом произнёс:
– Борисова, заходите…
В свою палату она вернулась как раз вовремя: действие обезболивающего заканчивалось.
Едва Лена разместилась на койке, как снова вошла медсестра с металлическим лотком, в котором лежали шприцы.
– Доктор сказал, что с костями и связками всё в относительном порядке, так что будем ставить укольчики противовоспалительные, а с понедельника на физио походите, массаж, ЛФК. Поднимем на ноги, не переживайте. Повернитесь на живот.
Борисова выполнила распоряжение, заранее зажмурив глаза и стиснув зубы.
Как только стало немного легче, она вышла в коридор и добрела до стола постовой медсестры. Девушка, сверяясь с листками назначения, раскладывала таблетки для больных.
– Можно вопрос? – осторожно поинтересовалась Лена.
– Да, конечно. – Девушка продолжала своё занятие.
– Я на рентген сегодня ездила в хирургию, ну, вы знаете. Так вот, там сёстры между собой разговаривали, будто женщина к ним раненая поступила. Вроде бы как в парке нашем на неё напали. Вы не знаете подробностей?
– А вам зачем? – медсестра подняла глаза на любопытную пациентку.
– Хотелось узнать. Вдруг кто из знакомых пострадал? Или помощь какая нужна?
Девушка быстро стрельнула по сторонам подведёнными глазками и перешла на шёпот:
– Я не очень много знаю об этом, только то, что в пересменок девчонки говорили. Женщину поздно вечером привезли. С ножевым ранением. Документов при ней никаких, числится пока как неизвестная. Умерла бы на месте, её чудо спасло.
– Скорую вовремя вызвали? – уточнила Лена.
– И это тоже. Но тут и другое. У неё транспозиция органов, рентген показал. Она, хоть и крови много потеряла, справилась.
– А что такое транспозиция? – Борисова зацепилась за неизвестное слово.
– Ой, доктор идёт, – спохватилась медсестра и замолчала, как партизан.
Стало ясно, что больше никакой информации выудить не получится. Что ж, придётся воспользоваться другими источниками.
Возле телефона-автомата в санпропускнике тихо. Многие больные отпрашивались в выходные домой, поэтому звонить особо было некому. Вставив двухкопеечную монету в прорезь аппарата, Лена набрала на диске пять цифр. После нескольких длинных гудков раздался знакомый голос:
– Слушаю. Потапов.
– Лёша, здравствуй, это Борисова. Значит, я правильно посчитала, сегодня твоё дежурство. Извини, что беспокою, но у меня есть пара вопросов.
– Когда ты начинаешь задавать свои «па́ры», я очень сильно напрягаюсь. У меня до сих пор глаз дёргается при воспоминании о деле «Королевы Марго» и твоей роли в нём, а ты уже опять меня куда-то втянуть вознамерилась!
– Послушай, Алексей, я не собираюсь никуда тебя втягивать, даже наоборот. А что касается того дела… Согласись, мы с девчонками очень вам помогли! Твой начальник лично нам руки пожимал и, между прочим, удостоверения внештатных сотрудников милиции вручил!
– Ага, вам ручки жал, а мне шею мылил, – рассмеялся мужчина. – И предупредил, чтобы вашу тёплую компанию он больше ни разу на вверенной ему территории не видел. Ладно, поностальгировали малёха, и будет. Чего хотела-то? Только говори быстро и по делу, не занимай телефон.
Лена немного помялась, памятуя о том, как жёстко племянник её погибшего много лет назад возлюбленного отстаивает свои служебные границы. В прошлый раз ей довелось даже в КПЗ посидеть, а всё потому, что Алексей решил, будто она с подругами из-за застарелой вражды следствию палки в колёса вставляет. И сейчас он вряд ли обрадуется. Ну да делать нечего. Как говорится, сказал «А», говори и «Б»…
– Я тут случайно узнала, что в нашем парке…
– Так, стоп! – голос Потапова сразу сделался официальным и сухим. – Тебя это каким боком касается? Что опять задумала? Идёт следствие, это всё, что я могу сказать.