Елена Темнова – Одна она (страница 14)

Снх_2_Ким_Вознесенский: Это не совсем верно. Спор между вейсманистами и неодарвинистами носил сугубо академический характер. Вопрос был не в противостоянии «генетики» и «антигенетики», а в столкновении двух научных школ. Лысенко занимал иную теоретическую позицию, а не просто отрицал существование генов. Однако именно это и привело науку в опалу. К счастью, ненадолго.

Весь цвет отечественной генетики был спасен Игорем Курчатовым, который предоставил ученым лаборатории в своем институте. Исследования продолжились, пусть и под другими вывесками. Официально работа велась на благо сельского хозяйства – селекция растений, животноводство. Государство требовало реальных результатов, а не «бесплодных изысканий». Что ж, финансирование было достойным, пусть и приходилось постоянно отчитываться.

Сегодня мы рискуем все это потерять. Оптимизация науки – путь в никуда. Но, возвращаясь к вашему вопросу, именно тогда, в 1930–40-е годы, в радиобиологическом отделе Курчатовского института возникла одна из самых передовых генетических лабораторий в мире. Мы лишь ответвление одного из других институтов, особая структура, в свое время засекреченная для нужд обороны. Сегодня у нас в стране есть некоторые сложности с финансированием и организацией научных исследований. А в мире произошла настоящая революция в изучении генов. В 1984 году британский генетик Алек Джеффриз обнаружил, что в ДНК каждого человека есть свои уникальные особенности, так называемые «генетические отпечатки».

Начитка_3: Вскоре стало ясно: в причудливых спиралях ДНК записана уникальная информация о каждом из нас. По этой «нити судьбы» можно безошибочно опознать человека. Пионерами в использовании открытия стали криминалисты. К традиционной дактилоскопии добавилась генетическая: теперь личность устанавливали по волосу, частице кожи, капле крови или слюне. Любая биологическая жидкость несет в себе ДНК – универсальный код, уникальный для каждого, несмотря на все сходство. Двух одинаковых быть не может. Или… может? Этот вопрос уже будоражил умы. Для его изучения в институте и появился специальный прибор – генетический анализатор.

Снх_3_Ким_Вознесенский: Вообще я работаю здесь 29 лет, после аспирантуры, стажировки в Штатах и Германии вернулся сюда старшим научным сотрудником. Через несколько лет мне дали лабораторию. Так я начал изучение и расшифровку ДНК для практических нужд государства.

Вопрос: (не удалось расшифровать).

Снх_4_Ким_ Вознесенский: Чем мы занимаемся? У нас есть несколько направлений. В принципе, в ДНК можно найти ответы на многие волнующие всех вопросы, например: реально ли бессмертие? Ограничены ли ресурсы памяти? Пока ответов нет, но мы близки. Уже скоро, используя знания о ДНК, люди смогут справляться с болезнями, которые считались неизлечимыми, создавать идеальные команды на основе наиболее подходящих друг другу геномов, регенерировать ткань и еще много чего. Фантастика, но научная. Юмор у меня такой.

Главное для нас сегодня – научиться легко расшифровывать геном человека, а потом на него воздействовать. Как говорится – было бы желание, а ген найдется. (Перебивка: нарез_видео_из_лаборатории). Наш институт – это уникальный синтез направлений: от анализа поведения и нейробиологии до медицины и археологии. Сегодня самые значимые открытия рождаются именно на стыке дисциплин. И позвольте мне высказать твердое убеждение: наступающий XXI век станет эпохой биотехнологий. Это сулит человечеству не только колоссальные возможности, но и беспрецедентные угрозы. Возникновение новых, неизвестных ранее вирусов – лишь один из возможных сценариев…

Вопрос: Как проходит работа?

Снх_5_Ким_ Вознесенский: Институт получает гранты от Минпромторга, Минсельхоза, есть зарубежные запросы от коллег – сейчас таких связей стало больше. Один интересный есть проект от Министерства безопасности, но тут «секретная папка». Что вам может быть наиболее интересно для программы? Все? Все, так не бывает, ну, это вырежьте. Мне интересно вот что – в юности я был вожатым в «Артеке», и на одну из смен были приглашены наиболее одаренные дети. Вундеркинды СССР, слыхали про семью Никитиных? Ну, вот, из этой серии.

Я был поражен тем, на что способен человеческий мозг. Практически безграничные возможности! Фотографическая память, например. Где скрыт этот ген? Мне стало очень интересно. Ведь если он есть у кого-то, значит есть и у всех – но у одних этот ген включился, а у других нет. Мы можем сами включить? Если нет, то почему? В институте сегодня проводится исследование механизмов памяти на клеточном уровне, пока неизвестно, как работает, как извлекается, как формируется память.

Главное, нам очень нужна помощь, инвестирование частных лиц, финансирование государства, мы хотим, чтобы на нас обратили внимание, мы требуем этого! Помочь России выйти на новый уровень и обеспечить ее биологическую безопасность – вот главные задачи, которые стоят перед отечественной генетикой.

Вопрос: (невнятно).

Снх_6_Ким_ Вознесенский: Что? Кого? Аааа… Вы об этом… Конечно, есть некоторый интерес у военных. В советское время были кураторы от КГБ, сейчас, ну, можно сказать, что интерес обоюдный и взаимопомощи больше. Мы создаем базы ДНК, здесь их содействие крайне необходимо. Изучаем закономерности. Так, вот, про память, чуть не забыл, – мужчина расхохотался, и в глазах появились озорные огоньки. – Шутка у меня такая. К сожалению, запоминание – процесс сложный, социальный. Да и автоматически загружать в мозг ничего не получается. Вот ДНК – другое дело, другое. Генетический код может хранить информацию, что он, собственно, и делает.

– А-а-а, заходи, мой мальчик. – В кабинет заглянул кареглазый молодой человек, замотал головой в знак протеста и хотел было выйти. – Нет, заходи, познакомлю тебя с телевизионщиками. Вот Роман Карагозов, он участвовал в программе, когда я изучал феноменальные способности памяти у детей, у него как раз фотографическая. Потом проведите с ним эксперимент, да, покажите какие-то бумаги, он вам после все за десять секунд изложит. Так вот, он сам заинтересовался наукой. В 15 лет уже закончил университет Сеченова, учился на кафедре медицинской генетики. Вундеркинд! Теперь пришел работать к нам. Мне он как сын, можно сказать, сам я всю жизнь в науке, детей не завел. Так и не женился. Какая женщина потерпит мужа, пропадающего на работе по 16 часов в сутки? К сожалению, приходится чем-то жертвовать.

Молодой человек неловко улыбнулся в камеру, потом невнятно сказал, что у него много дел в лаборатории и он просто хотел узнать, когда Вознесенский освободится.

Запись прерывается.

Глава 22

Собираться на первое свидание Кристина умела на автомате. Сколько их было – встреч без продолжения, – сосчитать невозможно. Ты покупаешь платье, делаешь ноготки в нейл-сервисе на углу улицы, стрижешься в салоне. Потом понижаешь ожидания. Надеваешь простые джинсы и наносишь легкий макияж. Все это не имеет никакого смысла в итоге. Первая же встреча ставит крест на дальнейших отношениях. То парень оказывается таким самодовольным, что вынести его невозможно дольше двух минут, то мямлит и краснеет, то постоянно говорит про свою мамочку, вспоминает бывшую, рассказывает о сексуальных победах, пренебрежительно отзывается обо всех женщинах – нужное подчеркнуть. Все это было у Кристины, и не один раз. Может быть, правы подруги, у нее слишком много претензий, или правда попадались всегда не те. Одни оплачивали ужин, прозрачно намекая, что теперь Кристина должна предложить продолжить вечер дома, если она не «тарелочница». Другие предлагали разделить счет, что тоже не вписывалось в рамки романтического ухаживания, по мнению Кристины. Ясно, почему к своим двадцати пяти годам девушка потеряла всякое желание ходить на свидания. Но когда Виталик после пары дней и ночей, – а они не могли остановиться и болтали в сети до пяти утра, – предложил ей встретиться, отказаться она не могла. Он стал ей уже родным, хотя еще неделю назад она ничего о нем не слышала.

Виталик оказался коренным москвичом в четвертом поколении, его дедушка занимал какой-то крупный пост в Министерстве образования, у семьи была квартира на Кутузовском, где жила бабушка, с которой у Виталика, по его словам, особая душевная связь. Она много рассказывала ему об истории их рода, водила в музеи, в детстве настояла, чтобы Виталик занялся рисованием. Так и сложилась его судьба, он рисовал мультики, затем перешел в 3D, стал графическим художником и к своему всего лишь 21 году получил шикарный жизненный старт.

Он не только быстро рос в карьерном плане, оставаясь настоящим скромнягой, в личной жизни добился гораздо большего, чем Кристина. С удивлением девушка узнала, что ее «вторая половина» уже был женат. В 18 лет влюбился в модель, они съехались, она забеременела, и молодой человек поступил очень ответственно, женился. Дочь любил безумно, но столь же юная, как и он, супруга через год решила, что Россия не для нее, и отправилась на ПМЖ в Испанию. Он остался в Москве, часто летал к жене и дочке, отношения не выдержали проверку расстоянием, и пара развелась. Кристина поймала себя на неловкой мысли, что ужасно ревнует его, хотя еще ни разу не видела. Оказалось, что бывшая жена уже благополучно вышла замуж во второй раз. Это немного успокоило Кристину. Виталик всегда верил в то, что у него есть единственная, с которой жизнь его свяжет навсегда. После развода он, не раздумывая, сдал ДНК-тест и ждал Кристину в базе вот уже год.