Елена Тебнёва – Академия Грейс (СИ) (страница 59)

Он вздрогнул, будто вопрос вернул его из неведомых далей, но понял без уточнений:

— Конечно же. Вот только след оборвался, и, как ни старались, найти его не получилось. Но я уверен, что это связано с побегом Вереи. Они считали ее мертвой. Подозреваю, что на последнем деле она раскрылась… И, скорее всего, они решили проверить, не осталось ли у нее детей, потому и послали нацеленную на ее кровь или магию тварь. Этот культ… Оттуда невозможно уйти добровольно. Его последователи принадлежат ему вечно. Как и их потомки.

— Я им не принадлежу, — нахмурилась я.

— Они тебя не получат, — успокаивающе накрыл мои сжатые в кулаки руки папа. — Дан уничтожил тварь. Возможно, были и другие, но из-за смешения ваших магий они тебя не нашли. И не найдут.

Я слабо улыбнулась и до боли прикусила губу. Винить папу за то, что он столько лет скрывал правду, не получалось. Я бы тоже не знала, как все рассказать, не испугав, не вызвав желания спрятаться и вздрагивать от любого подозрительного шороха. Если бы я была послушной дочерью и сидела дома, как мне было велено, скольких бы проблем избежала! И я сейчас вовсе не о Дане.

Воспоминания о недавних неприятностях огнем опалили. Было ли то простым совпадением или же охотились именно на меня, «собственность» культа Темных богов? Конечно, папа во многом прав, и если бы меня могли найти, то нашли бы сразу, но… На душе все равно было тревожно. Я сглотнула сухой ком, ободравший горло, и потянулась за остывшим какао. Холодное, оно казалось слишком вязким и сладким, но я все равно выпила все до капли, пытаясь успокоиться и уложить в голове то, что узнала.

Укладывалось плохо. Похоже, избыток информации так же вреден, как и недостаток.

И самое главное, я не имела ни малейшего представления, что теперь со всем этим делать.

ГЛАВА 29

Закатное солнце щедро окрасило Террею в цвета ранней осени. Казалось, даже воздух переливается золотом, сверкает алыми искрами, оседает на губах терпким привкусом янтарного меда. Я сидела на крыше башни и рассеянно скользила взглядом по безмятежной картине вечернего города, умиротворенного, сказочного и странно-нереального. Рядом, на самом краешке парапета, устроилась по-прежнему молчаливая Грейс Эллан.

Я не заметила, когда она появилась. И не особо удивилась, когда все-таки обнаружила, что побыть в одиночестве не удастся.

— Знаете, леди, моя жизнь и так поворот за поворотом делает, вписываться едва успеваю… А вы тут более чем, хм, прозрачно намекаете, что скоро она и вовсе с ног на голову встанет? — тоскливо вопросила я, убедившись, что призрак обосновался здесь надолго.

Леди Эллан лишь улыбнулась. Вроде бы даже сочувственно… И, разумеется, никуда не делась.

Я вздохнула и вновь перевела взгляд на вызолоченный солнышком пейзаж. После разговора с отцом прошло несколько часов, но голова все еще гудела от новых, не вписывающихся в привычную картину мира сведений, а в душе и вовсе буря бушевала. Я вновь и вновь вызывала в памяти полустершийся образ мамы, ее улыбку и смех. Закрывала глаза и прислушивалась к себе, словно и в самом деле надеялась понять, течет ли по моим венам тьма. Раз за разом возвращалась мыслями в тот проклятый день, смазанный и больше всего похожий на сон, но все еще наполненный ужасом. Думала о Дане, которому пришлось намного хуже, чем мне. Скорее всего, именно поэтому я ему не нужна. Как можно любить человека, из-за которого твоя жизнь полетела в бездну? Странно, что он вообще меня терпит. Ведь все случилось по моей вине.

Мысли не оставляли в покое, кружась в бесконечном хороводе. Пожалуй, столько страхов, неуверенности и беспомощности разом я никогда прежде не испытывала. В какой-то момент стало трудно дышать, а панорама залитого ало-золотым светом города затуманилась и размазалась, и я с удивлением поняла, что плачу. Мотнула головой и зло вытерла слезы. Убеждала же всех, что взрослая и выдержу правду! А сама сижу в компании призрака и рыдаю, словно моя жизнь кончена. Но ведь это не так! Все, что случилось, в прошлом. А будущее… Да, сейчас оно видится исключительно в мрачных гонах, но оно у меня есть! Благодаря маме, сбежавшей из секты. Благодаря Дану, не отдавшему меня той твари. Благодаря нашим отцам, не позволившим нам умереть. Все могло закончиться гораздо трагичнее. А так… Еще поборемся. Дан не сдался. Значит, и мне не стоит. Что же касается наших отношений… Больно, обидно, но это тоже придется пережить.

Я слишком глубоко погрузилась в размышления и чуть не полетела вниз, когда на мое плечо легла чья-то ладонь. Она же меня и удержала, а потом и вовсе с парапета сдернула. Ощутив под ногами твердую поверхность, я резко развернулась… и проглотила возмущение, увидев Дана. Дыхание снова перехватило, глаза защипало, но я упрямо тряхнула головой и, глубоко вдохнув, выпалила:

— Я все знаю!

— Стефан рассказал, — едва заметно кивнул Дан. — Прости. Я не люблю тайны, но дал твоему отцу слово, что буду молчать. При самом лучшем раскладе ты бы никогда ничего не узнала.

— В жизни такой расклад никогда не выпадает, — болезненно поморщилась я. Опустила взгляд и прикусила губу, не зная, что еще сказать. То есть сказать хотелось много чего, вот только нужно ли. — Ненавидишь меня? — прошептала едва слышно, не поднимая головы.

— За что?! — столь искренне изумился Даниэль, что я все же осмелилась на него взглянуть.

И правда удивлен. И смотрит так, словно всерьез моим душевным состоянием обеспокоен. Стало стыдно за глупый вопрос, но раз уж задала его, надо идти до конца.

— Это же все из-за меня, — пояснила тихо. — Все, что с тобой случилось…

— …случилось из-за темной твари, за которую ты не в ответе, — перебил Дан. — Боги, Грейс, что с тобой?! — Он шагнул вперед, обхватил мое лицо ладонями и, глядя в глаза, с прежней насмешливостью спросил: — Что еще ты придумала? Скажи лучше сейчас, пока не успела в это поверить.

— Я сказала, — выдохнула я, зачарованно смотря, как золотистый свет растворяется в глазах моего подневольного жениха, делая их медовыми. — Я думаю, что ты ненавидишь меня. И да, я уже почти верю в это.

— Я не ненавижу тебя. Напротив, ты слишком много для меня значишь, — серьезно возразил Дан, но не успела я осознать смысл этих слов, как он добавил: — Вот только я не знаю, мои ли это чувства.

Окончательно запутавшись в происходящем, я дернулась, освобождаясь из плена теплых ладоней, и шагнула назад. Зажмурилась на миг, избавляясь от ощущения нереальности, и убежденно заявила:

— Издеваешься.

— Отнюдь, — покачал головой Дан. — Родители спасали наши жизни и даже не задумались над тем, к помощи чего прибегли. И как это повлияет на нас в дальнейшем. А я задумался. Не сразу, конечно, много позже… Ритуал, через который мы прошли, относится к магическим брачным обрядам и давным-давно запрещен не только в Арстоне, но и во всех достаточно развитых странах.

— Почему? — онемевшими губами прошептала я, ежась от рассыпавшихся вдоль позвоночника колких мурашек дурного предчувствия.

— Потому что он лишал свободы выбора, — криво улыбнулся Дан. — Двоих просто-напросто привязывали друг к другу, и со временем они влюблялись… даже если до этого их сердца сжигала ненависть. Ты росла на моих глазах, я считал тебя младшей сестрой, а потом… Потом ты выросла. Стала такой… Смелой. Красивой. И я… Испугался. К сестрам такого не испытывают. Без ритуалов так точно. Ты нравишься мне, Грейс. Более чем нравишься. Но я до сих пор не могу понять, мои это чувства или же… Это ведь было бы нечестно. Если бы я позволил себе проявить чувства, а ты ответила на них, а потом нашелся бы способ…

— Способ не нашелся, — сглотнув, отстранение сказала я. — И потому ты решил, что…

Я не договорила, но он и так понял.

— Нет, — покачал головой Дан. — Я все еще ищу. Но уже не могу не обращать внимания на свои чувства. И не всегда способен их контролировать. Прости. Останься ты дома, насколько бы все было проще…

Не удивил. Сама недавно к такому же выводу пришла.

— Наверное, лучше было бы и вовсе не говорить тебе об этом, — тихо добавил он. — Но я так устал от лжи. И вижу, что ты — тоже.

Устала. Очень устала. И, даже будь у меня выбор, все равно предпочла бы горькую правду выматывающим домыслам или же обману, сладости которого не смогла бы поверить.

Как бы еще эту правду принять…

Я медленно села, прислонилась к опустевшему парапету — леди Эллан исчезла столь же незаметно, как и появилась, — и уставилась в быстро теряющее краски небо.

Вот, значит, о чем Дан думал, вот что все это время носил в себе. А я? Как же я? Были ли мои чувства — моими? Я не знала об этой демоновой привязке и об обряде обручения, ничего не знала! И не могла контролировать себя. А если бы могла? Судя по всему, Дану это не очень-то помогло. Смотрит на меня больными глазами, и кричать хочется от осознания, как же мы с ним попали… Если наши чувства и в самом деле последствия обряда, то друг без друга мы уже не сможем. Но и друг с другом — тоже. Потому как каждый миг будем сомневаться в том, что это — настоящее.

Молчание затянулось, стало вязким и противным. Я почти задохнулась в нем, потому и решилась на вопрос:

— Расскажешь, как так вышло, что Лира — твоя?

— Не моя, — слабо улыбнулся Дан и опустился рядом. — Наша.