Елена Станис – Осиновый кол прилагается (страница 4)

Наступил вечер. Солнце начало медленно закатываться за горизонт, а большая часть книги оказалась исписана. Тилли с благовейным трепетом принял из моих рук сиё творение. Я отправилась спать, а Грэг полночи читал и перечитывал мою рукопись.

Снова приснился сон о родном доме. Там были я, мама, дядя Женя и Сенечка. Должно быть мой мозг пытался успокоить сознание, сбалансировать шок настоящего сладким и привычным эфемерным бытом прошлого.

Вырвал меня из сладких объятий Морфея петушиный крик. Снова. Вот ведь, действительно, никакие будильники не сравняться с этими птичьими воплями. Осознание реальности пришло тут же и сделалось очень тоскливо. Чёрно-белая действительность вместо красочного сна.

Тилли позвал есть. На завтрак было то же, что и вчера — безвкусная каша. Перед едой, мужчина, как и вчера прочёл благодарственную молитву, и мы поели. Добавок я на этот раз не просила.

— Алина, — обратился ко мне Грэг, — мне надо уйти, я обещал посмотреть нескольких хворых. Приду до заката. Дверь никому не открывай и ни в коем случае никого не приглашай в дом.

Я кивнула. Тилли надел широкополую шляпу, накинул на плечо авоську с лечебными травами и ушёл.

Оставшись одна, я осмотрелась. Не пентхаус, конечно, но жить можно. Хотя, я закусила губу, стоило бы убраться. Наверно, теперь эта обязанность ляжет на меня. Признаться, занятия уборкой у меня никогда не вызывали энтузиазма. Но надо — так надо. Самодельный веник было найти не сложно. В подвале, где Тилли держал меня связанной когда принял за кровопийцу, я нашла кадушку с водой, песок, который, очевидно, заменял чистящее средство, порванную ткань — тряпки. Отдельно лежали хлопковые полоски ткани, свёрнутые в рулоны. «Бинты, — догадалась я». Ещё разыскали нитки, иголки, ножницы. В общем — средневековый швейный набор, благо что прялки не было.

Около двух часов ушло у меня чтобы подмести во всех комнатах, протереть пыль и более компактно разложить некоторые вещи. Тилли всё ещё не было и до заката оставалось порядочно времени. А мне надо было себя занять, чтобы не сидеть и не убиваться горем по своей поломанной судьбе. Может собрать катушку Тесла? В конце второго курса мы в минигруппах это делали, и я смогла бы повторить, но где тут, скажите, можно достать питающий трансформатор? Нет, не пойдёт. Может еду приготовить? Я пошла на кухню. Из съедобного обнаружились только пряные травы, сушёные грибы, соль, молоко и хлеб. Мнда, не разбежишься особенно. И тут мне пришла в голову неплохая, как показалось, идея, даже две. Хотя я училась на физмате (теперь у меня, вроде как неоконченное высшее) я знала, что пенициллин Александр Флемминг получил из плесени грибов. Я скептически посмотрела на сушёные грибы. Нет на них никакой плесени. А вот на хлебе может и появиться. Что если… Я отломала небольшой ломоть хлеба, сбрызнула водой, поместила в пустую банку и плотно закрыла крышкой. Что ж, дней через пять будет готово. Сначала появится белая плесень, потом — голубая и, наконец, зелёная. Именно зелёная — источник пенициллина. Вернее, она вырабатывает пеницилин в ответ на раздражители, например, глюкозу или недостаток питательных веществ.

На мне было всё тоже фиолетовое и уже изрядно испачканное платье, которое я надела на злополучную прогулку. Вот знала бы, надела джинсы и водолазку и кучу всего-всего с собой бы прихватила. Нет. Если бы я знала, чем всё обернётся или хотя бы предполагала нечто такое я бы ни за что не сунулась в «Квестляндию» и друзей бы не пустила. Я тяжело вздохнула. Что ж будем исходить из нынешних обстоятельств. Очень неприятных обстоятельств, но могло бы быть ещё хуже. Попади я к какому-нибудь садисту-извращенцу или нагони меня монстр из мира с багровым небом… Лучше не думать об этом. Я двинулась к сундуку с одеждой. Одежда была женской — платья, сорочки и всё такое. Наверно раньше это принадлежало жене Грэга. Нет, не буду трогать без его разрешения. Я закрыла сундук и спустилась в подвал. Повертела в руках кусочки рваной материи. Хм, можно сшить лоскутное платье аля Баба Яга или изготовить антиковидные повязки. Антиковидные повязки, точно! Вот, что я научилась изготавливать, когда в 2019 г. в первые месяцы пандемии пропали все одноразовые медицинские маски. Ну, ковида в этом мире, надеюсь, нет, а вот простудные заболевания есть наверняка. Вот и займу себя.

Входная дверь открылась когда я вовсю мастерила уже четвёртую повязку.

— Бог в помощь, Алина! — Поприветствовал меня Тилли. Славный всё-таки мужик. Не возмутился что я его вещи кромсаю. — Спасибо, что прибрала.

— Не за что, — махнула я рукой. — А я тут повязки мастерю.

— Повязки? — Заинтересовался мужчина и подошёл ко мне поближе.

Я взяла одну из повязок и продемонстрировала на себе, завязав на затылке.

— Если кашляющий простудившийся больной надевает такую повязку, то не заражает окружающих. А если здоровый надевает, то снижает риски подцепить болезнь воздушно-капельным путём, ну то есть от кашляющих, чхающих и сморкающихся больных.

— Это из твоего мира? — Спросил Тилли, не отводя заинтересованных глаз от повязок.

— Да. Помогает не распространять болезнь. Вернее, снижает риск заражения. Полностью от заразы не убережёт, но…

— Я понял, ты молодец. Вот, дали в благодарность за помощь, — он протянул котомку с едой.

Я заглянула: мёд, сыр, хлеб. Он что работает за еду? Не, я конечно всё понимаю, но что деньги в этом мире не в ходу. Бартер на бартер?

— В нашем мире есть такой эмм… эквивалент товаров как деньги, — начала я издалека.

— В нашем мире тоже ходят монеты. Серебряные и золотые. Но в основном в больших городах, где людей тысяча, а то и больше.

Тысяча? Большой город? А как начёт городов-миллионников? Есть тут такие?

— А сколько людей в Сторнуле? — Осторожно поинтересовалась я.

— Почти триста, — был ответ.

Почти триста?! Да это не город, а деревенька по нашим меркам. Мнда, и денежная система тут не развита…

— Ещё раз спасибо, что прибралась, девонька. Идём, перекусим.

С удовольствием съела сыра с хлебом и запила молоком с мёдом. А что если сам Грэг заболеет? Останется без еды вовсе. Интересно, есть ли у него дети. Как-то неудобно спрашивать человека, недавно потерявшего жену. Вдруг нет, вдруг он совсем один? Я жалостливо посмотрела на мужчину, а он, вероятно, понял мой взгляд по-другому.

— Алина, я мог бы брать тебя с собой лечить больных если сидеть взаперти не по тебе.

— Отлично, буду вашей ученицей! — взбодрилась я, представив как благодарные больные кланяются мне и протягивают еду.

— Но… — Тилли замялся. — У нас тут не одобрят, что незамужняя девица живёт в доме с мужчиной. Нравы у здешних довольно…

Дальше я не слушала. Меня прошибла волна холода. Он хочет… жениться на мне?! Но ведь он старше меня больше чем в два раза! Да, Грэг… господин Тилли помог мне очень-очень, был добр и всё такое и живу я у него, питаюсь за его счёт, можно сказать… Но жениться! Я вгляделась в лицо мужчины: старческие морщинки, седина на висках. Был бы он хотя бы лет на двадцать помоложе, я бы подумала. Как же помягче отказать ему, да так, чтобы он меня после не выгнал?

— … придётся остричь твои красивые волосы. — Закончил Тилли речь, на середине которой я зависла.

— Что? — переспросила я. Причём здесь волосы?

— Если будешь претворяться мальчишкой, придётся подобрать мужскую одежду и остричь волосы, — пояснил Грэг.

— Что?

Мужчина напрягся и произнёс медленно как будто разговаривал со слабоумной:

— В городе не одобряют сожительство женщины и мужчины без брака. Могут забросать камнями или привязать к позорному столбу. А если ты претворишься мальчишкой, то сможешь появиться на людях. Я бы говорил, что взял мальчишку в обучение. Но придётся соответственно одеться и подрезать волосы.

Наконец до меня дошло.

— Замечательно, я согласна! — Выдохнула я. Мне не придётся выходить за него! Какой же Грэг, всё-таки, отличный мужик. Как дядя Женя. Даже лучше.

— Хорошо, — Грэг тоже обрадовался, что до меня наконец-таки дошло. — Давай подберём тебе подходящее имя.

Придумать себе мужское имя… Ален, Алек — начала я перебирать производные от собственного имени. Может Лёшка как моего несостоявшегося парня? Не, слишком больно. Леонардо, Микеланджело, Рафаэль, Донателло…Хм, какие-то черепашки-ниндзя получаются. Может двойное имя? Типа Марк Антоний?

— Тод, — прервал мои творческие размышления Тилли.

Что? Тод? Не… Не…

— Может Тодео? — пошла я на компромисс. Вроде так звали принца из «Сказки сказок» Джамбаттиста Базиле.

— Нет, Тод, — отрезал мой благодетель.

Тод… Удот… Не… Не… Точно не…

— Хорошо, — как-то неожиданно для самой себя вдруг согласилась я.

Всё-таки Грэг приютил меня, кормит и всё-такое. В общем ему и кличку придумывать, не стану лишать его этой привилегии.

На следующее утро, после того как вынесла свой ночной горшок (да-да, я снова хожу на горшок, содержимое которого сливаю в вонючую ямку за домом) и позавтракала безвкусной кашей, принялась натягивать мужскую одежду. Одежда, разумеется, принадлежала Грэгу, он подобрал мне самую узкую и, хм, чистую. Грудь я перебинтовала, так что под просторной хлопчатой рубахой (если особо не выпячиваться) ничего видно не было. Штаны пришлось укоротить, а на талии туго затянуть ремень, что б не свалились в самый ответственный момент. Я взяла небольшое зеркало на деревянной ручке и осмотрела себя. Волосы Грэг отстриг мне ещё вчера. Он особо не заморачивался по этому поводу: надел на голову горшок (надеюсь не ночной) и выстриг всё, что торчало из-под него. Теперь я на себе понимаю откуда взялось название «стрижка под горшок». Кстати, у самого моего благодетеля стрижка была аналогичная. Видать мода в Сторнуле такая. Или просто стричь удобно.