Елена Станис – Осиновый кол прилагается (страница 39)
Старая песня.
Около пятидесяти рыцарей под предводительством Натаниэля двинулись за крепостные стены и куда-то вдаль, к малтийской границе.
Вот мужики — шовинисты! Думают раз я девушка, то ни на что не гожусь! Между прочим, это я побывала в первом мире и осталась в здравом рассудке. Это я сообразила где искать логово вампира! Это я без чьей-либо помощи благодаря собственной смекалке и доброму случаю смогла выбраться из лап Дракулы.
Я могу помочь. Я должна помочь. Ведь он остался совсем один. Без Кориэллы. А эти стервятники набросятся на него со своими кольями и посеребрёнными мечами! Надо выбраться во что бы то ни стало и помочь господину!
Помощь пришла откуда не ждали.
Я услышала какой-то шум у двери, а потом зашёл он — сутулый помощник маркиза с седыми волосами и редкой бородкой. Тот, которого заинтересовали мои умения счёта.
— Моё имя Глинтен Роблинг, — представился он старческим голосом. — Я советник и казначей его сиятельства.
Я встала и сделала реверанс. Говорить не хотелось.
— Мы с тобой уже встречались, ты тогда носила мужскую одежду. — напомнил сипловатым голосом советник-казначей.
— Я вас хорошо помню, вряд ли можно забыть столь выдающегося учёного мужа, — отозвалась я со скрытой иронией.
Глинтен Роблинг одобрительно крякнул.
Что ж ему надо? Опять будет проверять мои способности быстрого счёта?
— Мы похожи, — заявил казначей.
Я не сдержала смешок, а потом добавила:
— Неоспоримо. Как в зеркало смотрюсь.
— Я про душу! Ты владеешь умением складывать цифры, как и я. И оба мы служим господину, — казначей поднял указательный палец вверх.
— Какому господину? — Я привстала. Старик становился мне всё более интересен.
— Властителю волжанских и малтийских земель, тому, что подчинил пространство, тому кто не подвластен времени!
— Дракуле? То есть Фьёрсвилду? — Я заморгала. Не может быть! Вот так удача!
Старик хитро улыбнулся и присел на краешек кровати.
— Это я два года назад поместил чёрный камень за безвкусную картину в Большом зале. Это я нарушил соленой круг и Кориэлла в нём не застряла. И это я пригласил
Во дела. Так дедуля не в курсе, что перевоплотиться может далеко не каждый. Господин попросту использует старого глупца. Впрочем, ему об этом знать не обязательно. Смертный, страшненький и не шибко смышлёный помощник главного злодея. «Игорь» — окрестила я казначея.
— Надобно подсобить господину, — заключил миньон Дракулы.
— Можешь отвести меня к его замку? — Спросила я.
Казначей негодующе крякнул.
— Стражи, — пояснил старик.
Я задумалась. У меня были отличные травки вроде лантаны и дурмана. Что если…
— Слушай, а что, если отравить этого мерзкого Жозепа, — никогда не прощу, что мерзавец заманил меня к маркизу. — Стражников это отвлечёт и… Есть у тебя доступ к кухне где он жрёт?
Глинтен Роблинг со зловещей улыбкой потёр руку об руку. Игорь во плоти!
— Я могу отравить весь оставшийся замковый гарнизон, коли бы у меня было снадобье. Я бы подсыпал его в кастрюлю с кашицей.
Я вдохновилась.
— Так, принеси мне мою суму с травами, но что б Тилли не узнал.
— Здравник о том не проведает. Он-то от маркиза ни шаг влево, ни шаг вправо. Шаманит всё.
Казначей кряхтя поднялся с кровати и бойко так пошмурыгал воплощать наш коварный замысел. Не особо резвый напарник, но лучше, чем ничего. Главное — мотивированный. Пусть и ложно.
Воодушевившись замаячившей на горизонте надеждой отправиться с помощью к господину, я расхаживала из угла в угол, приводя мысли в порядок и строя планы. Игорь долго ждать себя не заставил и вскоре водрузил на стол мою суму с разными травами. Я подбежала, рассмотрела запасы. Дурмана хватит за целый гарнизон!
Вооружившись ступкой и пестиком начала перемалывать листочки растения, удручаясь, что нет времени устроить Жозепу летальный исход. На стражников же дурман подействует также как и на Датмира вино Кориэллы: они обессилят. Хотя возможен побочный эффект в виде галлюцинаций, мой-то дурман будет посвежее.
Закончив я с гордостью передала зелье казначею, ещё раз подчеркнув его сходство с рисуемым моим воображением И — игорем.
Пока ждала эффекта размышляла о том как глупо повела себя в первом мире. Я могла бы уже переродиться в… Какая мерзость! Что я творю! Нет, надо остановить казначея, рассказать стражам!
Я выбежала из комнаты и услышала возглас одного из охранников.
— Огненные собаки, смотрите, огненные собаки, скорее, лучники! Лучники!
Воо, дурманчик в действии. Не, всё-таки я гений!
— Следуй за мной, телега уже готовая, — сипловато возвестил Глинтвейн, то есть Игорь.
Я поспешила за казначеем, а тот неожиданно прытко понёсся по коридору. И всё же догнала я его быстро.
— Телегу говоришь? С возничим?
— Какой ещё тебе возничий? Ты же прикидывалась дворовым малым, неужто с повозкой не сладишь?
Неожиданное заключение. Разочарую.
— В жизни не управляла телегой, только той, что с ручкой и на колёсиках.
Казначей недовольно крякнул.
— Не серчай, Игорь, что-нибудь сообразим, — успокоила я сообщника.
— Моё имя Глинтен Роблинг! — Насупился казначей.
Я приняла торжественную позу:
— Нарекаю тебя И-игорь!
Старик махнул на меня рукой и заковылял дальше, а вслед нам неслись крики уже нескольких стражников об огненных собаках.
О, массовые галлюцинации, интересный психический феномен.
Мы вышли во двор замка и на нашем пути возникло препятствие в виде негаллюцинирующего стража, преградившего нам путь к телеге.
— Я советник его светлости, — вышел вперёд Игорь, — мне приказано вместе с барышней немедля выехать.
— Велено никого не выпускать, — прогремел страж. Вероятно, брат-близнец Эльгибора, если не по внешности, то по духу.
— Кем велено? — Зацепился казначей. — Маркиз, властитель замка, собственной персоной лично распоряжение отдал, сходи приказ уточни, коли не веришь.
— Велено никого не выпускать, — заезженной пластинкой повторил Эльгибор, опытный образец номер два.
— Мы уже слышали, — скривилась я.
— Собаки, огненные собаки! — Раздалось совсем недалеко.
Страж отвлёкся, и мы с казначеем ринулись в повозке. Вот только напарник оказался не таким юрким как я, и Эльгибор второй ухватил его тщедушное тельце, но старичок так просто сдаваться не собирался. Несмотря на нехватку доброй половины зубов, казначей прямо-таки вгрызся в обхватившую его руку стража.
— Куси, его, Игорь, куси его! — Подбадривала я.
Однако силы были не на стороне Глинтвейна. Пришлось вмешаться. Я подняла увесистую доску (надеюсь она отвалилась не от той телеги, на которой мы собрались ехать) и со всего размаху врезала незадачливому стражу. Тот потерял сознание.
— Быстрее! — Поторопил казначей, будто это меня схватили, а не его.