Елена Сокол – Темный принц (страница 12)
Как всегда, первым оказался Глин, ненамного опередивший Цунами.
Он всегда хотел пробивать горизонты. Не для себя — ради своих сиблингов. Для себя, скорее всего, он бы выбрал спокойное лежание в грязи, плавание в ней и поедание самых вкусных животных и рыб на свете в моменты, когда надоедают остальные два действия и хочется поесть.
Но на его спине лежала вся стая — по вечерам даже буквально. Он не мог не думать о ней, о том, как держать их в безопасности и сытости. Каждая чешуйка его тела требовала этого. Каждое чувство в его груди и животе говорило, что он делает всё
И теперь требовался тот, кто первый поведёт его стайку в воздух. Они достаточно уже парили, даже использовали лёгкие махи крыльев, чтобы держать одну и ту же высоту — и теперь нужен был тот, кто первый поднимется ввысь к солнцу. Как в той истории, что однажды вечером рассказала мама — о смелом драконёнке Икаре и его дяде, которые, конечно же, были Небокрылами, и, улетая из плена Морекрылов, поднялись так высоко, что открыли высокие ветра, что привели их домой.
И теперь он хотел быть хоть немножко похожим на него. Поэтому Глин собрался — и изо всех махнул крыльями вниз. Воздушная подушка под ними застыла ещё сильнее — и его тело неожиданно подкинуло. Он взмахнул ещё и ещё, на лету подстраивая крылья так, чтобы они не уходили слишком вниз и быстро доходили до верху, прежде чем сделать ещё один взмах.
Конечно же, у него не сразу получилось начать подниматься. Но он продолжал, и вот…
«Возвращайся назад сейчас же!» — закричала мама. Ой. Кажется, он увлёкся и улетел слишком далеко. Пришлось заложить вираж и возвращаться. Но он взлетел высоко! Несколько ростов мамы как минимум! И с каждым взмахом поднимался ещё выше!
Спускаться пришлось долго, чуть собрав крылья и летя по снижающейся спирали над семьёй внизу. Интересно, как спускался тогда Икар, когда они вынырнули из высотного потока? Наверное, они сложили крылья и нырнули, но он боялся так делать — а вдруг развернёт их слишком поздно, вдруг они не выдержат ударяющего в перепонку воздуха? Лучше не рисковать и своим примером не дать рискнуть другим.
Когда он наконец приземлился, затормозив вертикально и упав сначала на задние лапки, то сразу же прибежал к призывно урчащей маме. Она сразу же его облизала, и ободряюще-разрешительно посмотрела на других, урча чтобы они не боялись. Конечно же, вторая была Цунами. Она рванула со спины, и так же захлопала крыльями. Оказалось, что это довольно легко — и она тоже увлеклась, так что её пришлось звать обратно и ждать, пока она по спирали приземлиться, нетерпеливо увеличивая угол снижения. И конечно же, она приземлилась в мелководье, сразу же решив отрабатывать приземление в воду, раз уж она морекрылка.
А вот Солнышко и Звёздолёт удивили всех. Они рванули прямо с разбега, мощно оттолкнувшись задними лапами и стукнув концами крыльев по земле. Солнышко было легче благодаря её более мелкому телу, а Звёздочка просто вывел действия при данном типе взлёта при помощи наблюдения за чувствами тела. И вот, они оба парили над речкой, закладывая широкие круги и поднимаясь вверх с каждым взмахом крыла. Они тоже смогли! К ним, не выдержав, присоединилась Слава, как раз полная энергии после полуденного сна, и её взмахи были такими же плавными, как и всегда. Её полёт как будто просто не мог не быть таким, будто она плывёт в воздухе, а не летит.
Теперь Кречет тоже это видела. Снизу ночекрыл был поистине кусочком ночного неба, что совершенно теряется на фоне звёзд. Кусочком ночного неба, что неслышно летает в вышине. Звёздолёт. Вот почему Солнышко решила его так называть. Вот почему остальные потихоньку начинают перенимать это прозвание. И теперь сама Кречет перенимет его тоже.
Конечно же, они быстро спустились назад, обмыв лапы в воде и нырнув к маме под крыло, где, уже облизанные сидели Глин и Цунами. Мама зализала всех остальных драконят тоже — в этот раз уделив особое внимание утомлённым от напряжения первого крыльевым мышцам, потом помассировав богатые кровью перепонки.
Это было очень успокаивающе. Ритмичные лизки, успокаивающие гудение мышц, знакомый с первых дней вылупления безопасный звук урчания… волны сна мягко принимали усталых драконят — даже Славу, несмотря на то, что над её клыками в последнее время начало как-то странно чесаться, но она почему-то никому не говорила. И вскоре все драконятки закрыли глазки и засопели, вызывая тёплое умиление в груди Кречет.
Конечно, сон не продолжался долго. Час-полтора — и от они уже открывают глаза, зевая и вскакивая на лапки. Снова прыгать! Снова летать! Они же теперь умеют менять высоту — а кое-кто может даже взлетать с пробежкой, отчего другие хотели попробовать так же! Площадка снова наполнилась детёнышами, взлетающими или уже летящими, и некоторым опять пришлось напомнить, что они улетают слишком далеко.
День сменился вечером, а усталость наконец потребовала полноценного сна, а не короткой дремоты. Они шли обратно по тому же пути, идя по своему же запаху. Мама тоже его чувствовала — и удовлетворённо радовалась тому, что её драконята наконец-то научились летать. Несмотря на то, что она горячо убеждала Ласта и Бархана в том, что здесь безопасная территория, на самом деле она всё же имела опасения, что силы Пурпур могут решиться на скрытую операцию малыми силами, и, рыща по речке, наткнуться на запах их следов, что легко приведёт их к скрытому дому. Это было очень маловероятно — таких речек во владении их семьи несколько, и эта не самая близкая из них к стороне дворца — но всё же голую удачу никто не отменял. И к сожалению, эта удача может быть не на её стороне.
Зато завтра её драконята впервые полетят — недостаточно высоко, чтобы быть замеченными полетающими над облаками силами Пурпур, но и не идя по земле, где их лапки оставляют чёткие запаховые отметины. Особенно лапы Славы — её богатый запах явно должен был что-то означать и нести информацию для других, но к сожалению, знания о Дождекрылах, что не казали носу из своих лесов, едва ли покрывали более общие знания, не говоря уже о таких специализированных, как расшифровка запахов.
Но неожиданно Звёздочка остановился. В животе поднимался тугой шарик предвосхищения чего-то, и вдруг, его голове развернулась картинка: четыре красных и сложенных так же, как мама, дракона. Они сидят возле закрытого входа в пещеру и чего-то ждут, а морды двух поменьше смотрят на маму с радостью и обвинением. Какие-то незнакомые небокрылы! Надо срочно рассказать!
— Мама… — начал он, обращая на себя внимание остановившейся процессии. — Нас ждут возле пещеры. Четыре дракона. Небокрылы как ты.
— Четыре? — «обычно патрули летают по пять минимум». — как они выглядят? — «Неужели ты ещё и будущее видишь? Потом об этом поговорим, сейчас не время начинать».
— Ну… — Звёздочка снова вспомнил картинку, — похожего на тебя цвета. Двое старших, двое примерно по плечи им… одна с меднокрасной чешуёй, другой с серо-красной. Я видел их у тебя в сознании — похожи на твоих детей.
— Похоже на мою сестру, — «и моих детей, да». — Вот что, драконятки. Я иду вперёд, вы идёте за моим хвостом. Если мы всё же обознались, если они вдруг враждебны — вы немедленно убегаете по реке вниз, прикрываясь деревьями, а потом взлетаете и летите вниз по реке с закатным солнцем по левую сторону. Наткнувшись на зеленоватую скалу, нависающую прямо над бурным потоком, садитесь на неё и ждёте первого дракона, что подлетит к вам. Скорее всего это будет мой двоюродный племянник, звать Орёл, — «потому, что он сидит очень гордо нахохлившись», — он там часто сидит наблюдателем — скажете ему, что вы от тёти Кречет, что из Медночешуйных. Он всё поймёт и отведёт вас к моей кузине. Когда окажетесь у неё, скажи, что её сестра Кречет из Медночешуйных просить принять этих драконят на попечение до совершеннолетия, она обязана вас принять по моему слову.
— А может, просто тогда мы дождёмся, пока они улетят, и вернёмся в пещеру?
— Опасно! Если они сидят у пещеры, значит, она скомпроментирована. Они могут устроить засаду. Но лететь и ждать встречи с моей семьёй тоже опасно, могут поймать в пути… гррр… — из носа Кречет пошёл лёгкий дымок от лёгкой злости. — Нет, всё же пещера опаснее. Вы будете слишком близко от них, чтобы убедиться, что они улетели. Они могут найти вас по запаху. А вы ещё дракончики и маскироваться не умеете. Лучше идти вниз по реке и летите, всё-таки. Вы точно так сделаете?
— Даааа… — несмело протянули драконята, не очень, на самом деле, уверенные, что их крылья выдержат такой полёт.
— Ладно, я посчитаю, что вы согласны. А теперь идём.
Они вышли из-за ручья. Мысли мамы, напряжённые от непонятности ожидающей впереди ситуации, в одно мгновение успокоились. «Это моя кузина. Это мои дети. Медноцветная горячая, не касайтесь к ней. Звёздолёт, потом остальным передай» — мысленно проговорила Кречет, выступая вперёд и шурша гравием под лапами и зачем-то нагреваясь.
Конечно же, четыре дракона, прямо как в видении, прекрасно услышали шаги. Два дракончика, явно старше пятерых, так как были уже примерно по плечо взрослым, на секунду застыли — а потом подпрыгнули и проскользили к Кречет, едва ли не врезаясь в неё и покусывая за шею в шейном объятии.