Елена Сокол – Поцелуй ночи (страница 67)

- Это София, - спокойно говорит мужчина и жестом подзывает санитара, - позаботьтесь о ней, пока не начала биться головой.

Тот кивает, удаляется и через мгновение возвращается уже с двумя помощниками и шприцом в руке.

- Вам не стоит это видеть, - улыбается доктор.

Когда троица врывается в одну из палат, мы уже движемся дальше по коридору.

- Ваша мать, Линнея, живет в выдуманном мире, чтобы вы понимали. Не расстраивайтесь, если она не отметит факт вашего присутствия. И не пугайтесь, если что-то пойдет не так, как вы ожидали.

За одной из дверей кто-то громко ругается, за другой – кто-то шипит. Или шепчет. У меня шея устает вертеться по сторонам. Кажется, что за каждой из этих дверей таится опасность.

- Последний ее психопатический эпизод многому научил нас, поэтому, давайте, начнем с того, что вы пообщаетесь с Карин на расстоянии, ладно? – Он подзывает к нам одного из скучающих на посту дежурных санитаров. – Стен!

Тот откладывает газету и подходит к нам.

- К госпоже Остлунд посетители, поможешь нам?

Тот оглядывает нас и коротко кивает.

- Сюда.

Мы подходим к одной из дверей. Стен сначала заглядывает в окошечко, затем уже вставляет в скважину ключ. Дверь открывается.

Доктор входит первым, за ним Стен, следом Ингрид и я.

При виде сидящей в углу на кровати женщины мои внутренности начинают сжиматься, кожу саднит еще больше, а легкие буквально воспламеняются от вдоха.

Она похожа на забитого зверька – почти не реагирует на наше появление. Черты лица заострены, взгляд устремлен в пустоту, кожа на тощих руках пересушена и сходит хлопьями.

- Здравствуй, Карин. – Говорит доктор. – К тебе тут пришли.

Я замираю у входа.

Заметив мое замешательство, в разговор решает вступить тетя.

- Карин, это я – Ингрид. Как ты?

Ноль эмоций.

Глаза женщины пусты. В резких чертах едва угадывается брюнетка с лучезарной улыбкой со старых фотографий.

- Не хочешь посмотреть, кто к тебе пришел? – Ингрид делает осторожный шаг.

Я вижу, как санитар останавливает ее осторожным жестом.

Карин дергает головой, будто не расслышала, а затем начинает гримасничать.

Мои руки сводит дрожью. Я делаю глоток воздуха – такой большой, будто выныриваю из воды. Сердце разгоняется, и в памяти всплывает острое, холодное лезвие ножа, касающегося моей кожи.

- Карин, здесь твоя дочь. – Говорит тетя. – Взгляни на нее. Это Нея. Посмотри, как она выросла, какой красавицей стала.

Что-то в лице больной меняется. Взгляд проясняется, словно по щелчку.

Она медленно поворачивается. Часто-часто моргает. И вдруг перестает моргать совсем – сразу, как замечает меня. Ее темные зрачки расширяются, захватывая почти всю радужку.

Я слышу, как учащается ее дыхание.

Вижу, как уголков губ касается легкая полуулыбка.

- Кажется, она понимает. – Замечает тетя, перехватив ее взгляд. – Я рада, Карин, что ты сегодня хорошо себя чувствуешь. – Добавляет она.

Карин опускает ноги на пол и осторожно встает.

Я вижу, как напрягаются доктор и санитар, но мое дыхание почти приходит в норму, ведь тепло в глазах матери заставляет меня поверить в то, что лечение пошло ей на пользу. Все не так плохо, как убеждала меня Ингрид. Мы все это время могли нормально общаться. Зачем было лишать меня этого?

- Ты? – Хрипло спрашивает она.

Ее голос скрипит, как петли старой двери. Видимо, женщина долго молчала, находясь тут одна взаперти.

- Здравствуйте. – Отвечаю я.

Карин делает шаг, еще шаг. Ее лицо озаряется подобием осмысленной улыбки.

- Я. – Подтверждаю.

- Ты… - Выдыхает она с облегчением.

Протягивает ко мне руки, и я чувствую, как по моей щеке скатывается слеза.

- Она тебя узнала, - прикладывает ладонь к сердцу Ингрид. – Узнала…

Но в этот момент Карин словно срывается с цепи.

- Ты-ы-ы-ы-ы!!! – Вдруг начинает вопить она.

И с этим безумным криком, оскалившись, бросается на меня, весом своего тела сбивает с ног и вцепляется руками в шею.

43

- Сделать тебе чай? – Спрашивает Ингрид, когда мы вваливаемся в дом далеко за полночь.

- Ничего не хочу, - отзываюсь я.

Наступаю на задники кроссовок, избавляюсь от  обуви и сразу отправляюсь наверх.

- Может, поговорим?

- Нет!

Поднявшись в комнату, я запираю дверь.

Яростным рывком задергиваю занавески, швыряю на тумбочку телефон и падаю прямо в одежде на кровать. Оставшихся сил хватает только на то, чтобы снять с талии ленту и вплести ее в волосы.

Я лежу, глядя в черноту потолка. Сердце бьется так быстро, будто  куда-то бегу. Вспыхнувшая, словно только что зажженная спичка, надежда на воссоединение с потерянной матерью гаснет теперь окончательно.

Я кладу ладонь на шею, закрываю глаза и снова проживаю этот дикий момент. «Ты-ы-ы-ы!!!» - орет пациентка Ангеста, бросаясь на меня и вцепляясь тощими пальцами в горло. Я неуклюже падаю на спину, а сильные руки санитара пытаются оторвать ее от меня. Эхом звенит крик Ингрид. Что-то бормочет доктор – кажется, в его руках появляется шприц. Пока Стен заламывает Карин, врач втыкает иглу в ее кожу – грубо, с размаху, и сразу давит на поршень.

Даже обмякая в их стальной хватке, моя мать продолжает сверлить меня диким взглядом и кривить обветренные губы. В ее темных глазах совершеннейший хаос, и ни одной здравой мысли. Ее подсознание рассыпано на тысячи кусков, а от воспоминаний осталась лишь бесполезная кучка пепла – такая же, как в моей душе сейчас.

Я ощущаю, как горячие слезы скатываются по моим щекам и тонут в подушке. Мне хочется кричать. Но не произношу ни звука. Мое сердце разбито, а его осколки разнесены горным ветром. Все, что я слышу – это ее крик. Я тону в нем, точно в грязном болоте. Снова и снова, снова и снова.

Не знаю, сколько мне удается поспать, и удается ли вообще, но когда тетя стучит в дверь, за окном уже рассвело.

- Нея, ты опоздаешь в школу!

Я гляжу в потолок, словно через мутное стекло.

- Нея!

Понимаю, что на тумбочке трезвонит будильник, установленный на телефоне. Все мое тело ломит, мышцы гудят. Я делаю усилие, тянусь и выключаю сигнал. Мельком отмечаю, что на экране куча уведомлений о пропущенных и сообщениях.

- Нея! – Ингрид колотит в дверь.

- Я никуда не пойду. – Отвечаю, безучастно уставившись в потолок.

- Открой дверь! Пожалуйста!

Вынув из волос ленту, я обвязываю ее вокруг талии. Поиски сил на подъем отнимают у меня еще пару минут. Поднимаюсь, плетусь к двери, поворачиваю задвижку.