Елена Сокол – Поцелуй ночи (страница 31)

- Тогда предлагаю пройти в дом. – Мать Сары прячет карты в карман широких брюк и указывает на трейлер.

- Дыши глубже. – Говорит мне подруга.

- Я просто пропустила обед. – Объясняю я. – Легкое головокружение.

- Да я бы тоже хлопнулась в обморок, скажи мне кто-нибудь такие слова! – Возмущается Сара.

- Но ведь эта карта… со мной случится что-то плохое, да?– Бросаю я вслед Анне.

- Сейчас посмотрим. – Отвечает она.

Сара упрямо поддерживает меня под локоть, пока я добираюсь до двери.

- А это зачем? – Интересуюсь я, останавливаясь у входа.

На земле рассыпаны мелкие цветные стеклышки: красные, зеленые, синие, желтые, коричневые.

- Это на удачу. – Улыбается Сара. – Старая цыганская примета.

- Понятно.

Переступив через них, я вхожу в вагончик.

Внутри пахнет табаком и сандалом. Крошечные окна наполовину занавешены шелковыми платками, поэтому по помещению разлит тусклый свет, а низкие потолки еще сильнее зрительно сужают пространство.

Сара аккуратно усаживает меня на диван, покрытый цветными вязаными пледами.

Я наклоняюсь на подушку и продолжаю разглядывать подобие гостиной. Повсюду разложены амулеты, перья, металлическая посуда с неясным содержимым, потрепанные книги, бусы. Хотя, стоит признать: небрежность обстановки, беспорядок в вещах и пестрые цвета в сочетании с полутьмой создают нужную атмосферу – очутившись тут, невольно веришь, что попал в какое-то особое измерение, в какой-то таинственный мир.

Наконец, я замечаю на столике шкатулку с красным бархатом, и кончики моих пальцев немеют. Анна наклоняется, кладет в нее колоду карт и закрывает крышку. Затем она садится напротив меня на низкий стул и заглядывает мне в глаза.

Я чувствую себя под ее взглядом неуютно.

- Поставлю чайник. – Торопится в смежное помещение, отгороженное от гостиной цветастой ширмой, Сара.

- Чтобы сказать, что означает твоя карта, мне нужно узнать больше. – Низким голосом вещает ее мать.

Черные глаза цыганки сверлят меня насквозь.

- И… как это сделать? – Хрипло спрашиваю я.

- Есть способ.

- Какой?

- Их несколько. – Она протягивает руку с длинными, идеально острыми ногтями, аккуратно покрытыми красным лаком.

Эта женщина выглядит, как хозяйка модного журнала, а не гадалка, но стоит ей взглянуть на тебя, и все – ты ничтожен перед ее силой.

Поэтому я покорно вкладываю в ее руку свою ладонь.

- Угу… - Сжав мою руку, она снова закрывает глаза.

Начинает слегка раскачиваться.

Я застываю в этой позе, поглядывая на Сару, которая в этот момент показывается в гостиной. «Все нормально, - дает понять она мне жестом, - обычно все так и происходит».

- Тень и свет... Тень и свет! – Тяжело дыша, произносит женщина. Ее голова опущена вниз, корпус ходит ходуном. – Тень и свет. Тень и свет…

- Что? – Решаюсь я прервать ее.

Она резко вздымает голову и открывает глаза.

- Тень и свет. День и ночь. Это все, что я вижу.

- А что это значит? – Осторожно спрашиваю я.

Анна продолжает сверлить меня взглядом. Хмурится.

Отпускает мою руку и тянется к моей шее. Клянусь, у меня холодеют конечности от страха, но в последний момент ее пальцы сгребают мою цепочку. Она тянет ее из-под ворота водолазки, и в следующее мгновенье на ладони цыганки оказывается мамин кулон.

- Это не твое. – Уверенно заявляет она.

Я киваю.

- Не мое.

- Чье? – Требовательно спрашивает женщина.

- Мамино.

С пару секунд она хмурится, а затем отпускает кулон, и тот ударяется о мою грудь.

- Хм. – Выдыхает Анна.

Наклоняется ко мне.

Ее лицо все ближе к моему. Ближе и ближе. Так близко, что я начинаю инстинктивно отклоняться назад. В следующее мгновение женщина выбрасывает руку вперед и оттягивает вниз ворот моей водолазки.

Я вздрагиваю. Глаза Анны округляются.

Похоже, ей удается разглядеть следы пальцев на моей коже под толстым слоем тона. Не задумываясь, она прикладывает свою руку точно к этим следам.

- Мама! – срывается с места Сара.

- Тс-с! – Жестом останавливает ее цыганка.

Она закрывает глаза, и ее пальцы сжимаются крепче.

Я пытаюсь сглотнуть, но у меня не выходит.

- Другой зверь. – Наконец, выдает Анна. Мотает головой из стороны в сторону. – Другая сила.

От ее пальцев становится горячо.

Я кашляю, и женщина отпускает руку.

- Мама! – Укоризненно восклицает Сара.

Анна поворачивается к ней и качает головой:

- Ее не хотели убить, ее хотели напугать.

- Кто? – Бледнеет девушка.

- Тот, кто сомкнул пальцы на ее шее.

Я продолжаю кашлять.

Сара садится на колени возле дивана.

- Что это, Нея? Тебя тоже душили во сне?

- Не во сне, - кашляя, хриплю я.

- Она знает, кто это сделал. – Уверенно говорит ее мать. – И это не тот, кто хотел убить тебя. – Анна вновь тянет ко мне руку. – Видишь? Одна большая рука. Следы крупных пальцев на ее коже.

Я отшатываюсь от нее.