Елена Сокол – Плохая девочка. 2 в 1 (страница 124)
– Ты будешь выбирать между нами? – Скептически морщит лоб Виктор.
– Не жди момента, когда это произойдет. – Говорю я искренне. – Возможно, я выберу себя.
Он трясет головой, затем смотрит перед собой:
– Но если ты поймешь, что скучаешь по мне…
– Если я пойму, что не могу жить дальше без кого-то из вас, я сообщу. Но если смогу выжить без обоих, значит, так тому и быть.
– Ты веришь в судьбу?
– Она сильнее нас, пока мы не сдаемся.
– Иногда я не понимаю тебя вообще. – Признается Витя. – И это мне тоже нравится.
– Я не могу вернуться в дом родителей. – Вдруг говорю я, гипнотизируя взглядом россыпь ледяных снежинок на стекле. – Мне нужно место, где меня никто не потревожит. Место, где я вновь смогу быть собой, вернуться к прежней жизни. Сегодня нужно переночевать где-то, а завтра начну искать жилье.
– Может, подойдет квартира, которую я снял вчера для нас с тобой? – Серебров достает из кармана ключ. – Знаю, глупая выходка. Если честно, даже не надеялся, что ты согласишься жить там вместе. Думал, уговорю тебя переехать, стану приходить почаще, однажды – останусь на ночь.
Я смотрю на него с улыбкой:
– Никогда не считала тебя простачком, но ты коварный, Серебров.
– Пять минут пешком до универа, оплачена на три месяца вперед. – Он отдает мне ключ. – Можешь заезжать хоть сегодня, обещаю не заявляться к тебе посреди ночи и не пытаться соблазнять своим шикарным телом.
– Вить… – Я смотрю на ключ, прижимаю его к груди. Затем поднимаю взгляд на Сереброва. – А деньги?
– Забудь о деньгах.
– Я все отдам, честно.
– Можешь натурой. – Серьезно говорит он. – Если бы ты была моей девушкой, я, разумеется, денег бы не взял. А так – согласен на ночь безудержного секса. Может, на две.
– Еще торговаться будешь? – Пихаю его локтем.
И мы смеемся. Я смахиваю слезы.
– А в комплекте с прощальным поцелуем случайно не идет прощальный секс? – Не теряет надежды он.
– Нет, ты подсядешь на меня, как на наркотик, и потом я уже не смогу тебя выгнать! – Подыгрываю я.
– Подсесть на тебя? Звучит заманчиво!
Но взгляд у него грустнее грустного.
– Прекрати!
– Я не готов с тобой прощаться. – Признается Витя. – Я буду верить, что у меня есть шанс.
Я включаю щетки стеклоочистителя и смотрю на темную дорогу. Серебров заслуживает больше, чем шанс. Он достоин того, чтобы его любили безоговорочно. Но вслух не произношу ничего.
– О, старый знакомый! – Смеется инспектор, когда я торможу у обочины.
Сотрудники остановили меня на въезде в город – в самом конце моего длительного автомобильного путешествия из Сампо.
– Здрасьте. – Отзываюсь я, когда он наклоняется к окну, чтобы посмотреть на меня.
– Ваши документики. – Ехидно улыбается.
– Пожалуйста. – Отвечаю я вежливо, протягивая водительское удостоверение и бумаги на машину.
– Так и ездим на незарегистрированном автомобиле? – Качает головой сотрудник инспекции, едва глянув в них.
– А куда деваться? – Пожимаю плечами.
– Нарушение закона. – Он цокает языком. – Непорядок.
– Я – прямой наследник.
– Конечно, но транспортное средство все еще зарегистрировано на покойного гражданина, следовательно, родственникам до переоформления управлять им запрещено. Придется выписать вам штраф.
– Хорошо. – Изображаю улыбку я.
– Смотри-ка, и общаться нормально умеешь. – Хмыкает инспектор, потрясая в руке документами. – Что это на тебя так повлияло?
– Жизнь. – Пожав плечами, отвечаю я.
«И любовь», – шепчет внутренний голос.
– Прошу в дежурный автомобиль для оформления штрафа. – Расплывается в довольной улыбке сотрудник.
И я послушно следую за ним.
* * *
По возвращении в дом я в первую очередь проверяю гостиную, кухню и комнаты наверху. Ни следа от Марианы. Она ушла и забрала с собой все вещи и нашего кота. В тишине я опускаюсь на ее кровать и ложусь лицом на подушку – та еще хранит аромат ее волос.
Никогда не понимал выражения «звенящая тишина», но теперь у меня от нее уши закладывает – настолько в доме тихо. И пусто – Мариана ушла и забрала жизнь, которая его наполняла.
Я достаю телефон. После того, как Эмилия швырнула его об пол, экран весь в трещинах. Убираю обратно. Что в нем искать? У нас до сих пор с Марианой нет даже совместных фото. Как будто и не было ничего, как будто мне все приснилось.
В тот момент, когда до меня доносятся крики, я как раз спешу на новое собрание отряда. Вижу столпившихся в коридоре студентов и понимаю, что все они наблюдают за чем-то безумно интересным, некоторые даже снимают на телефон. И если бы не ругательства и крики, которые раздаются из самого центра столпотворения, то, клянусь, подумала бы, что кто-то решил развлечь студентов фокусами.
– Дрянь!
– Я тебе этого так не оставлю!
– Убери свои поганые лапы!
– Сука!
– Ай!
– Я тебе твой грязный язык…
Голоса кажутся мне знакомыми, затем краем глаза я замечаю что-то яркое в суматошном клубке по центру толпы. Расталкиваю зевак и с ужасом обнаруживаю, что все наблюдают за дракой: Вика Лернер сгибается пополам, закрывая голову, а Алинка тянет ее за волосы.
– Вы чего? – Кричу я парням, обступившим дерущихся. – Остановите их!
В этот момент Вика со всей силы бьет Алине локтем по лицу. Та падает, стонет, и вот уже Вика садится на нее верхом и начинает лупить по голове – то левой, то правой. Алинка хватает ее за горло, но Вика царапает ей руку, вынуждая отпустить. И хлещет по щекам.
Алина с трудом сбрасывает ее с себя, но не успевает подняться, как Лернер охаживает ее ногой – кажется, удар приходится прямо в живот.
– Ах, ты змея! – Не думая, я бросаюсь на нее. – Это же запрещенный прием!
Прыгаю ей на спину, крепко обхватываю руками шею. Вика молотит меня руками, точно мельница, пытаясь освободиться из захвата. При этом успевает ударить каблуком в бедро корчащейся на полу Алинке. И тут я, конечно, зверею. Отпускаю ее и бью руками – везде, куда получается ударить: в ухо, в горло, в плечо. Она умудряется ухватить меня за волосы и резко тянет мою голову к земле. Я ору, пинаюсь, и тут вдруг кто-то оттаскивает ее.
– Убью! Твари! Убью! – Плюясь и дрыгая ногами, вопит Вика.
Это Вадим схватил ее и тащит в сторону. Взгляд у нее безумный, и парню тотчас попадает локтем в бок.
– Успокойся, бешеная. – Отбрасывает он ее от себя.
Лернер одергивает юбку, оказавшуюся из-за драки в области груди, и снова бросается к нам, но теперь ей дорогу перегораживают уже четверо: Вадим, Ник, Серега и Дима – все из нашего отряда. Девочки тоже рядом – сразу бросаются к нам, помогают подняться, осматривают нашу порванную одежду и поврежденные части тела.