Елена Славинская – Преодолеть зону избегания (страница 4)

Перед Лирой были открыты вкладки из межгалактической сети, сводки и данные, где когда-либо фигурировало имя Даниса Герреро.

Не успела Лира углубиться в чтение, как рядом отодвинулся стул, на который сел взъерошенный парень. Макс Кормак схватил со стола стакан Лиры, выпил разом все содержимое и уже потянулся к чашке Дюмона, но тот предусмотрительно отодвинул ее от загребущих рук друга.

Кормак осуждающе посмотрел на Кристиана и кинул полный благодарности и признательности взгляд на Лиру, придвинувшую ему тарелку с супом, к которому она так и не притронулась.

– Ты был в медотсеке?

Макс кивнул, поглощая обед.

Лира попросила Дюмона переслать ей статьи о капитане и сосредоточилась на рассказе Кормака.

– Изар стабильно тяжелый, – сказал Макс. Он перекусил и стал с надеждой поглядывать на раздачу, желая ухватить что-то получше капустных котлет. Только они и остались после налета голодного поголовья будущих офицеров космического флота Альянса. – Герреро сказал, что скоро начнется слушание…

– Ты говорил с вице-адмиралом? – всполошилась Лира.

– С Данисом. Он же тоже носит эту фамилию.

– Слишком много Герреро на один квадратный метр, – заявила Лира, вспомнив слова своей подруги Теи.

– Скоро это изменится, в пятницу начинается слушание по делу вице-адмирала. И есть вероятность, что его разжалуют и вышлют из академии.

– Я один не испытываю жалости по этому поводу? – спросил Дюмон.

Кормак дурашливо улыбнулся.

– Не-а. Капитан-лейтенанта Кима потому и сняли с лекций. Будет занят на слушаниях. Он был в подчинении у Армана Герреро, когда тот командовал флагманом «Хор». В общем, закрутилось все. Мне даже отец позвонил, спрашивал, как обстоят дела.

Вся семья Макса, как один, – первоклассные юристы, адвокаты, прокуроры и судьи.

– Брат даже посоветовал ничего не говорить без адвоката, – хохотнул Кормак.

– Думаете, нам могут понадобиться адвокаты? – нахмурилась Лира.

– Нет, это стандартный совет моей семьи, – лучезарно улыбнулся Кормак. – В общем, суета уже долетела до Эльпиды, а там начало трясти всех, кто хоть как-то был связан с вице-адмиралом.

– Не верю, что это только из-за записи, – напряженно заметил Дюмон. – У вице-адмирала достаточно влияния, чтобы открутиться от этого эпизода.

– И так бы оно и было, но вернулся его старший сын. И, кажется, у капитана Герреро достаточно оснований и желания, чтобы потопить собственного отца.

– Он тоже будет на слушании? – охнула Лира.

Кормак кивнул:

– Со стороны обвинения.

Лира очень любила своих родителей и представить себе, что публично выступает против них, не могла. Странное чувство завладело Полор. Она вдруг резко осознала, что Данис Герреро хладнокровный и бесчувственный человек, который может выступить против родного отца на судебном слушании. И одновременно с этим Лира поняла, что капитан Герреро честный и беспристрастный, раз, несмотря на родство, все же понимает, как поступал его отец, и готов с этим покончить.

Все эти мысли закрутились в голове Лиры, и она окончательно запуталась, не зная, как относиться к капитану в свете новой информации.

– Полор, слышишь? – спросил Макс.

Лира откинула свои мысли и вернулась в разговор.

– Капитан Герреро на замене всего на пару месяцев. Не больше, – повторил Дюмон. – Так что экзамен точно будем сдавать Киму.

Эта новость по-настоящему обрадовала Лиру, и она облегченно выдохнула.

***

В пятницу, вернувшись в каюту после первого дисциплинарного слушания по делу Армана Герреро, Данис скинул парадный мундир и проверил протез. На протяжении всего заседания его не отпускали фантомные боли в левом запястье руки, которой у него нет. И сейчас, пролистывая почту на коммуникаторе, он не чувствовал ничего, кроме глухого равнодушия.

Данис стал тем, кто опустил меч на карьеру и репутацию Армана.

Данис стал тем, кто вымазал славную фамилию Герреро в грязи дел самого главного блюстителя чистоты рода.

Данис стал тем, кто предал своего отца.

Данис стал тем, кому все равно.

Он разучился чувствовать шесть лет назад.

[1]Релятивистские джеты или струи плазмы – так называются потоки вещества, которые выбрасываются из полюсов чёрной дыры и движутся со скоростью, сравнимой со скоростью света.

Глава 2

Весь четверг и начало пятницы Лира зубрила материалы по навигации. Она выгрузила лекции с первого, второго курсов и повторяла пройденное. Она читала, учила, повторяла и находила дополнительные материалы. Тот факт, что капитан Герреро мог легко отойти от учебного плана, ее сильно нервировал. Неизвестно, что придет в голову новому преподавателю. Хотелось подготовиться ко всему.

Вечером четверга, когда Полор сидела в инфозале, до нее стали долетать разговоры о новом преподавателе по навигации. Одногруппницы Лиры шептались, обсуждали внешность и мечтательно строили предположения относительно личной жизни капитана Герреро.

– Какие плечи…

– А взгляд, о такой взгляд порезаться можно…

– Девчонки с пятого рассказывали…

– А мне нравится его рука…

Лира одергивала себя, но каждый раз, когда она слышала что-то про капитана, невольно старалась прислушаться, чтобы уловить осколки разговоров.

На соседний диван сели Сирена Войт и ее подруги. Лире никогда не нравилась Сирена, а после недавних событий, в которых Войт старалась навредить Тее, так и вовсе хотелось держаться от нее подальше.

Полор уже хотела уйти в отдельное кокон-кресло, но замерла, против воли став свидетельницей разговора:

– А я хотела познакомиться с нашим капитаном поближе, – многозначительно заявила Хильда. – Люблю мужчин постарше, если вы понимаете, о чем я.

– И не мечтай, – холодно прокомментировала Сирена.

Повисла пауза.

– А ты на всех Герреро глаз положила? – ехидно спросила Персефона. Лира никогда не слышала такого тона от подпевал Войт. – Не много ли на себя берешь?

– За собой следи! – рявкнула Сирена. – Или думаешь, кто-то соблазнится твоей откормленной рожей?

– Не тебе говорить, кто и чем соблазнится. Изара ты упустила. – И Персефона ехидно добавила: – Проиграла замарашке.

– Мы с ним расстались! Но Данис Герреро – это еще более подходящий вариант. Относительно молодой. Успешный. Состоятельный. Вполне себе приемлемо. А учитывая его изъян, эту отвратительную механическую руку, так он вообще будет счастлив, что на него обратит внимание такая, как я.

Отвращение к Войт заполнило Лиру. Сколько цинизма! Высокомерная, эгоистичная и избалованная.

И сама мысль, что капитан может действительно соблазниться девушкой, подобной Сирене, вызывала отторжение.

– С одним Герреро не вышло, поэтому решила на другого переключиться? А морда-то не треснет?

– Следи за своим тоном, Персефона, – зло сказала Сирена. – Ты разговариваешь с дочерью сенатора.

Персефона пренебрежительно засмеялась.

– Надолго ли?

– Ты о чем? – спросила Хильда.

– Отец нашей Сирены водил близкую дружбу с вице-адмиралом. И, сама понимаешь, сенатору придется постараться, чтобы отмыться от этого знакомства.

Послышалось презрительное «фи».

– Так что заткнись, Сирена. Ты теряешь свою значимость. И, честно говоря, общаться с тобой больше невыгодно.

Послышались шаги.