Елена Сиянова – Юная НААРИ (страница 1)
Елена Сиянова
Юная НААРИ
Лейла
Баба Валя, принялась за девушку.
Для гостей, с которыми предстояло работать, у неё было специальное сидение, – стул-кресло с подлокотниками, но без спинки. Это нужно для того, чтобы можно было подобраться ко всем важным органам, и в тоже время, чтоб кресло смогло удержать обмякшие тело пациента. В случаи с Лейлой, предстояла работа с головой. У девушки была странная болезнь, вся грязь находилась в мозгу, что придавало весь ужас от недуга. Её было немного, один-два процента, и она уже вся сформировалась в один пучок. Это вносило оптимизм, но место положения, придавало всю трагичность происходящего.
– Девонька, постарайся отслеживать всё, что я буду делать. И пожалуйста, не дергайся, прерывать ни в коем случае нельзя. Иначе, оторванная грязь найдет к чему пристроиться. И всё нужно будет делать по новой, при этом сначала отодрать новый присос.
Опытная наари протянула Лейле две бамбуковые палочки.
– Я буду выводить грязь через нос, а ты поймай кончик и накручивай его как спагетти, но не тяни и не отпускай, чтобы она не убежала. Я направляю, а ты собираешь. Когда она почти вся выйдет, я заберу у тебя палочки. Не отвлекаем друг друга. Договорились?
Голос её был очень мягким, нежным и в тоже время сильным. С таким человеком не хочется спорить, а хочется слушать и слушаться.
Баба Валя сама не знала окончательно, что за девушка перед ней сидит. Чувствовалось, что у родителей были Иччи, у отца - ид’Волка, а у матери - ид’Ворона. А вот у Лейлы, она не увидела, ни того, ни другого, это означало, что она или совсем без напарника, или как она сама – наари.
Кроме этого, было еще одно совпадение. Именно из-за него она и взялась за девоньку. Лейла, как и её внук – Иван, были результатами эксперимента. Поэтому, она – баба Валя, была духовно обязана ей помочь. Если сможет ей, то вероятнее всего, потом сможет и ему.
– Ну всё, если ты готова, то давай начинать.
Лейла, в знак согласия кивнула, немного поёрзала на стуле, усаживаясь поудобнее, вздохнула и закрыв глаза запрокинула голову назад. Она надеялась, что после сеанса, у неё перестанет болеть голова. Она устала от этой боли, которая мешала ей сосредоточиться, отвлекала от всего, что ей говорили, от всего, что было интересно. Она была в ожидании свободы, от чего еще сильнее впилась в палочки.
Баба Валя, подошла сзади, положила руки ей на макушку и принялась пальцами диагностировать положение грязи. Нашла и начала подталкивать к носу. Грязь медленно, как бы нехотя последовала на заветную плоть.
Лейла почувствовала это движение, и приподняв оба указательных пальца, постаралась дать понять опытной наари, что процесс пошел и что она его ощущает.
– Хорошо, хорошо, я поняла, только пожалуйста, теперь без сигналов. И приготовь палочки. – Гордая своей подопечной, произнесла баба Валя.
В носу у девушки запершило, она из всех сил старалась не всшмыгнуть «соплю» обратно.
Дверь резко открылась. На пороге стояло трое грязных, обросших мужика.
– Ха, бабы… это мы удачно зашли… – голос был громким и радостным от предвкушения лёгкой добычи.
Это были беглые, они уже неделю передвигались по тайге, голодные, уставшие и озабоченные без женского внимания. Им было всё равно кто подвернётся, старуха, ребенок или баба на сносях. Поэтому они дерзко начали проходить в избу.
Баба Валя, резко убрала от девушки руки, отстранилась и громко крикнула на улицу:
– Арчи, Моли… - Фас!!!
Непонимающие собаки услышав команду ринулись в дом. Они привыкли, что к хозяйке приходят разные люди и со всеми она дружелюбна. Эта была первая в их жизни, враждебная ситуация, и к сожалению - последняя.
Один из уголовников начал закрывать дверь, но Арчи, прямо влетел в открытое окно. А Моли, старалась вскрыть перед носом закрывшуюся дверь.
Во время сумятицы, баба Валя схватила Лейлу и потащила к окну находящееся по другую сторону дома.
– Беги, что есть мочи беги… я здесь в погребе спрячусь, они меня не достанут. Да и бежать я уже не могу, стара я для этого. А ты беги, позови кого-нибудь на помощь. Беги, говорю, и одна не возвращайся.
Её задача была выгнать девоньку из избушки, и убедить убежать как можно дальше. Она решительно вытолкала Лейлу и сразу пошла прятаться в подпол. Баба Валя спустилась, закрыла за собой люк, поставила опоры и немного успокоившись присела на скамейку. Подвал был оборудован специально от какого звериного нападения. Его еще покойный Николай, муж бабы Вали, делал и всё обустроил от диких животных. Продуктов питания хватит на долго. Питьевой воды было четыре баллона по пять литров, их привезла мама Лейлы, зимние заготовки, свечки и вечные спички, ведь обычные давно бы отсырели, кое-какая одежда не по сезону и другая утварь, которую было жалко выкинуть. Чердака в доме не было, поэтому всё ненужное хранилось здесь. Визг раненного Арчи испугал её, отчего мандраж усилился. Она укуталась в зимнюю телогрейку и начала шепотом причитать.
Один остался в доме, а другие побежали за девушкой. Во-первых, им не нужны были свидетели, а во-вторых – очень хотелось поразвлечься.
Лейла, бежала, не оборачиваясь около часа, потом остановилась, огляделась и сменив немного угол направления, продолжила движение быстрым шагом.
Она шла. Всё равно куда. Девушка испытала шок, уже не помня причину его возникновения. Очень болела голова.
– Нужно идти… движение, это жизнь… нельзя стоять… нужно идти… – это была единственная её мысль, хотя, это и мыслью нельзя назвать, это программа, но что, откуда она не понимала, да и не пыталась понять – нужно идти…
Её состояние очень напоминало отрешённость. Никаких желаний, никаких мыслей или идей. День, вечер, ночь или утро она не отражала. Она не чувствовала холода, голода и не мучила жажда. Хотя Лейлу всю трясло. Наконец от бессилия, она уселась на покрытый мхом камень. Наклонила вниз голову и увидела, как из носа стекает черная «сопля». Тут же, машинально она раскрыла ладонь, в которой все еще лежавшие две палочки, уже обломанные, но для своей функции пригодные. Лейла начала накручивать «спагетти».
– Тихо, спокойно, главное не порвать… – очередная программа всплыла в голове.
Она намотала уже довольно много, когда проявился полупрозрачный волчонок…
– Ты Иччи? – предположила девушка.
Он утвердительно кивнул.
– Ты мне поможешь?
Волчонок пристально смотрел на её занятие, проигнорировав вопрос.
– Тебе это нужно? Так я еще не всё собрала.
Иччи кивнул и уселся ждать.
Разговаривать было крайне неудобно. Нос заложен, к тому же першит. Почесать не получается, отпустить нельзя, оборвать вообще запрещено. Миллиметр за миллиметром, очень тихонечко, но процесс продвигался. От першения, потекли слёзы. Чтоб хоть как-то их остановить, Лейла начала очень быстро моргать. Помогло.
Вскоре, последний фрагмент с утолщением, покинул нос девушки. Голова перестала болеть. И обмякшее тело девушки начало соскальзывать вниз. Последнее что она видела, как волчонок осторожно забрал палочки с грязью и сделав два прыжка, растворился в воздухе.
Игорь
Когда то, все считали его красавцем, но после ранения всё изменилось. Он весь исхудал, стал похож на знак вопроса. Операцию сделали и даже сказали, что успешно, но это особо не помогло. Он высыхал. Ощущал, как родители его оберегали, и тихонько плакали, когда думали, что он их не видит. От этого было еще больнее. Чтобы не смущать их, – решил переехать в тайгу, и вести отшельнический образ жизни. Единственное что он взял с собой, кроме провизии, это интернет; антенну и ноутбук. Отец помог с переездом и с настройкой тарелки, при этом он взял слово с Игоря, что каждую неделю будет с ним связываться. Иначе, всё отменяется.
В первый день, оказавшись один, и зная, что на несколько километров его никто не слышит, – Игорь орал. От боли, от бессилия. Его Иччи, от него не отставал.
День за днём, всё сбалансировалось. Конечно, он немного хорохорился перед сеансом общения с родителями, но чувствовался его скорый отход. Вот так, сидя в лесу один, он начал давать имена зверятам, которые постоянно его посещали. Так прошли первые полгода.
Что-то странное начало происходить с Иччи, он стал беспокойно ходить по избушке и скребстись в дверь, одновременно смотря на парня.
Игорь усмехнулся:
– Ты ждешь гостей?
Иччи начал скалиться, при этом продолжая своё занятие. Всем своим видом давая понять, что там, за дверью что-то важное.
Игорь понимал, что Иччи может спокойно пройти сквозь двери, а там то, что нужно именно ему. Поэтому он встал и открыл двери. Ид’Росомахи проскочил и направился в лес. Парень пошел следом. Двигались они медленно. Прошли больше километра.
Оба остановились около камня, покрытого мхом.
Встреча
Девушка была очень бледной, она как сломанная кукла, лежала за камнем. Казалось, кто-то играл с ней, посадил на камень, а та, свалилась с него. Она была еще ребенок, маленькая и хрупкая.
– И как мы её отнесём?
Ид’Росомахи сделал вид, что пытается её расшевелить.
– Подожди, я проверю пульс. – Игорь дотронулся до вены на шее. – Слишком слабый, придётся её тащить на себе.
Попытка поднять, сказалась болью в спине. Поэтому Игорь принял решение дотащить волоком. Ничего подходящего для этого не нашлось. Парень снял свою длинную рубашку, разложил на земле, после, аккуратно положил сверху сосновых веток, перетащил на них девушку и взявшись за оба рукава, как на салазках, тронулся в путь.