Елена Синякова – Русич (страница 46)

Маме тоже очень нравилось здесь. Нравилось окружение и этот дом.

— Может, у нас получится найти достойную работу и попросить у Елизаветы сдавать нам в аренду ее дом? — проговорила мама с мягкой улыбкой, когда Алиске кто-то позвонил и она унеслась радостно щебетать на второй этаж в свою комнату, а Варя протянула ей конверт с деньгами.

— Думаю, здесь хватит на первое время, пока я не найду другую работу.

Глаза мамы округлились от увиденной пачки.

Да, они столько не зарабатывали даже всей семьей за несколько месяцев. А тут всего за пару дней жизни в тюрьме рядом с Лексом.

— Так много, доча!

— Вредные и тяжелые условия труда, — криво улыбнулась Варя и чуть снова не покраснела при мысли о том, что дело было не только в еде.

— Кажется, Алексею Алексеевичу понравилась твоя еда.

— Оказалось, что он неравнодушен в домашней еде. Готовила так, как бабушка, и он был доволен.

— И ты будешь для него готовить еще?

Варя растерянно похлопала глазами.

А ведь он сказал про постоянную основу, когда они прощались. Но она была настолько расстроена и сметена собственными чувствами, что, кажется, осознала это только сейчас.

Значит, всё в силе и они не расстаются?

— Вроде как да. Но это нужно у самого Лекса уточнить.

Мама радостно улыбнулась, и Варе на душе вдруг тоже полегчало.

Может, и правда всё не так печально и она сама себе напридумывала лишнего, потому что всегда сгущала краски и видела всё только в мрачных серых тонах?

Он ведь ни разу не сказал, что они прощаются.

Да и Михалыч был очень убедителен в том, что Лёша приедет.

С этими мыслями жизнь заиграла новыми красками, и обед прошел прекрасно. Вечером Варя с мамой договорились немного прогуляться по улочкам, чтобы Варя сама увидела русский квартал, который успела забыть со своего далекого детства, когда они жили здесь с папой до того, как переехали в китайский квартал.

До вечера девушка спала, потому что наконец расслабилась, и ее настроение взлетело до небес, когда неожиданно пришло сообщение от Лекса.

Короткое, но такое желанное, что Варя не смогла сдержать широкую улыбку, а сердце тут же заколотилось, словно сумасшедшее, обдавая жаром.

«Скучаю по тебе, Варюш».

Три слова, которые вознесли ее до самых небес, включая яркими красками радугу.

Правда, что ему ответить, Варя так и не придумала: сначала написала «Я тоже», но смутилась и стерла это сообщение.

Затем набирала и стирала еще пару раз, но всё ей казалось каким-то не таким.

В итоге она ответила: «По мне или моей стряпне?», не забыв поставить улыбающийся смайлик.

Ответ пришел сразу же, словно Лекс ждал, когда она напишет хоть что-нибудь.

«По вам обеим».

Варя улыбалась, потому что словно услышала задорный басистый смех мужчины.

Засыпала она с улыбкой на губах и спала спокойно и крепко до тех пор, пока вечером не заглянула Алиска, уже готовая к прогулке.

— Просыпайся, сеструля, а то ночью спать не будешь! А настроение у тебя после сна явно поднялось. Снилось что-нибудь хорошее?

— Даже не помню, что снилось, — честно и с улыбкой отозвалась Варя, замечая, как сестра загадочно покосилась на нее своими красивыми задорными глазами.

— Умывайся скорее и пойдем уже гулять! Мы сто лет никуда с тобой не выходили!

Это было правдой.

После того как в китайском квартале к ним стали относиться словно к чужим, выходить даже просто за продуктами стало опасно — что уж говорить про прогулки.

Поэтому сейчас внутри было тепло и волнительно от предвкушения чего-то нового и обязательно хорошего.

Варя собралась очень быстро, и уже через двадцать минут они втроем вышли из нового дома, тут же встретив своих новых соседей, которые широко улыбались и махали им руками. Казалось бы, ничего особенного, но это радушие и искренний позитив значили так много в непростое время.

Алиска держала за руки маму и Варю и вышагивала вперед, с восторгом рассказывая про все магазины, где она успела побывать, про булочную, в которую она влюбилась за ее ароматы и красоту, и про то, какие красивые русские парни.

Варя посмеивалась и с интересом рассматривала всё вокруг, а мама только качала головой и повторяла, что на первом месте у Алиски должна быть учеба.

Русский квартал очень отличался от китайского в первую очередь тем, что в нем был простор: домики не жались друг к другу низкими крышами, а стояли на должном расстоянии, а в каждом дворе был сад или огородик. Вдоль дорог пышным цветом цвели клумбы со множеством цветов, чей тонкий приятный аромат окутывал и погружал в негу.

А еще здесь были белые поребрики.

Варе нравилось всё, что она видела: витрины магазинов и кафе, где готовили как привычный для Канады фастфуд, так и национальные блюда России или выходцев из тех стран, откуда были хозяева заведений. Например, Варя увидела пловную и шашлычную, которые стояли рядом, и откуда лилась тихая музыка в восточном стиле, а пожилые мужчины сидели за столиками и мирно играли в шахматы, попивая крепкий ароматный чай.

Никто не был знаком с семьей Вари, но все улыбались и здоровались, словно увидели старых добрых друзей, поэтому спустя несколько часов, когда стало темнеть, девушки вернулись домой с отличным настроением и полным желудком, потому что невозможно было пройти мимо семейного кафе, где сегодня готовили солянку.

Как же вкусно, мирно и хорошо было в родном квартале!

Варя уже позабыла это чудесное чувство, когда не нужно ничего бояться, а можно просто расслабиться и жить. Жить без оглядки на то, что ты не такая, как все окружающие, что в конце концов стало бедой на голову.

Во время прогулки Варя как смогла рассказала о днях своего пребывания рядом с Лексом, стараясь не ляпнуть ничего лишнего и никак не выдать своего отношения к этому мужчине, что у нее, видимо, категорически не получалось, потому что Алиска продолжала загадочно и весело коситься на сестру. А ночью и вовсе прошмыгнула в ее комнату и забралась на кровать с широкой улыбкой и восторженным выдохом:

— А теперь рассказывай, как всё было!

Сначала Варя хотела возмутиться и держать оборону до последнего, а потом посмотрела на сестру и вдруг подумала о том, что у нее ведь никого нет ближе Лисы и мамы.

С кем еще было делиться наболевшим, как не с ними?

Да и потом, при всей своей бесшабашности Алиска заметно выросла и иногда говорила такие фразы, до которых дети не додумались бы.

И ее уже почти сосватали!

Конечно, Варя не думала, что намерения Монгола были серьезными. И что такой завидный мужчина будет ждать девчонку-метиску до ее совершеннолетия, чтобы затем начать серьезные отношения, но факт оставался фактом.

Поэтому Варя выдохнула и всё-таки рассказала всё как есть.

С того момента, как она оказалась в клубе Лекса с теми девушками, и до сегодняшнего дня, когда он отпустил ее домой. Умолчала только об интимных подробностях и о том, насколько он шикарный мужчина.

Но, кажется, Алиска всё поняла и без этого, когда улыбнулась, прошептав:

— Влюбилась?

Варя скованно и смущенно кивнула:

— У меня просто не было шансов не сделать этого.

— Я бы тоже влюбилась. Он правда кайфовый, сеструль. И дело не только в красоте. Он великодушный.

— И иногда похож на медведя, — улыбнулась Варя, и на душе стало легче, оттого что сестра поняла ее и поддержала. — Но всё это всего лишь красивая история, которая должна закончиться.

Алиска вскинула брови, фыркнув:

— Это еще с какого перепуга такие выводы?

— Посмотри на него и на меня.

— Смотрю! И не вижу никаких проблем!

Варя только упрямо покачала головой.